Невеста ледяного дракона в академии (СИ)
Моей вины? Печати, которая по непонятным причинам запятнала ауру, моя вина?
Я повернулась к ректору. Дракон был мрачен, но явно не побежден:
— Доминик, оставь девушку под мою личную ответственность. Я сам привезу ее для проверки артефактом. Можешь поставить следилку, если не доверяешь. Это невеста уважаемого эльфа…
— Какого еще эльфа, лорд Джерт? У нее даже имени нет.
Старику-архимагистру, видимо, надоело перепираться. Он приосанился и сурово возгласил:
— Лорд Джерт арк'Брокк, от имени Багрового Замка и Совета магов, я, архимагистр Валасьен, задерживаю студентку Дану для проверки ее способностей и выявления степени опасности для государства. Вам или вашему представителю надлежит завтра явиться в Совет для дачи объяснений или вам предъявят обвинения в укрывательстве потенциально опасного мага.
Он взмахнул широким рукавом мантии, и воздух затрещал от разрыва пространства. Голубое сияние портала осветило лица, придавая картине моего ареста еще более зловещий окрас.
Шелковая багровая пелена опустилась мне на голову, а потом меня подхватили сзади за плечи и внесли в портал.
________________________
[1] Аззара дан’Тарр — бывшая королева Зангрии, мать нынешнего короля Даррена X, ее история в романе «Миа: Замуж по воле Солнца».
14.3
Багровый замок на самом деле никакой не багровый. Это обычная крепость из серого гранита на вершине неприступного утеса возле озера Эрс. Говорят, название пошло от цвета мантий чиновников этого магического ведомства. А я думаю, все это мания величия, возведенная в абсолют. Только воспаленный мозг тех, кто построил укрепленную крепость на одинокой скале, которую никто и не собирался штурмовать, мог выдумать такое название.
Попасть сюда можно по воздуху и только по особому разрешению (или же, как я — под конвоем). Здесь заседает Высший Совет, и решаются судьбы магов и их изобретений. В этом же здании помещается Главный королевский инквизитор, задача которого — выявление неблагонадежных, арест и наказание преступных магов.
В распоряжении ведомства эйса Доменика дей’Теора был первый этаж, и, как я узнала позже, страшная подземная тюрьма. По прибытии в крепость с моих рук сняли оковы, но разместили не в камере, а в маленьком флигеле во внутреннем дворе крепости. Однако до свободы и здесь было далеко. К двум темным комнаткам с зарешеченными оконцами прилагалась здоровенная тетка-надзирательница — госпожа Орли. Она неприязненно стрельнула в меня сквозь узкие, опухшие щелки глаз, но низко поклонилась лорду инквизитору, когда тот велел прислуживать мне, как сьерре. Это распоряжение меня страшно удивило: с чего вдруг такое после явно пренебрежительного отношения в академии? Я, разумеется, не против, но как-то это подозрительно выглядит.
— Ты раненая, што ль? — пробасила тетка Орли.
Я покачала головой, недоумевая, откуда такой вывод?
— А бинт-то зачем? — Толстенный палец уперся мне в лоб.
Тут только я вспомнила о нелепом чепчике, который соорудила моя однокурсница. Прямо сроднилась с ним со всеми этими треволнениями. Сдернув повязку, я провела рукой по встрепанным волосам.
— Целительница? — сделала еще один ложный вывод тюремщица.
— Нет, просто у нас занятие было у целителей. Я из академии «Синей звезды».
— А, понятно. Ведовством, значит, занималась? Женихов опаивала да приманивала, ы?
Хотелось остаться одной, подумать и погоревать, но еще полчаса я была вынуждена опровергать дикие предположения тетушки Орли — та оказалась ужасно любопытной особой. Это был своего рода допрос. Скрывать истинную причину задержания подсказала осторожность — ведь, скорее всего, эта женщина — шпион и доносит начальству все, что услышит. Едва тюремщица отстала, за мной явился конвоир в багровом плаще и увел на настоящий допрос.
Мы прошли через черный ход, затем — длинным коридором мимо множества кабинетов. Наконец, оказались в ярко освещенной приемной перед строгим господином с цепким, подозрительным взглядом. Секретарь лорда-инквизитора проводил меня к начальнику. В кабинете инквизитора, едва глаза привыкли к полумраку, я первым делом разглядела знакомую фигуру декана боевиков. На душе потеплело. Мужчина вальяжно развалился в кресле для посетителей перед письменным столом. Сам белокурый хозяин кабинета обнаружился у окна. Эйс дей’Теор присел на заваленный папками подоконник со стаканом, наполненным светлой жидкостью, в руке.
Адер дей’Хант приветствовал меня, подняв свой бокал.
— Вот и Дана! И это, по-твоему, заговорщица, Дом?
Я застыла на пороге и ошалелыми глазами смотрела на мужчин, расположившихся столь неформально в таком жутком месте.
— Ты выглядишь лучше без бинтов на голове, Дана, — оценил мой внешний вид инквизитор.
— Не подбивай клинья, Дом, у девочки уже есть жених. Причем он ледяной дракон. Кстати, — дей'Хант мило улыбнулся, — я уже сообщил ему, так что, жди визита в скором времени.
Доменик дей’Теор досадливо поморщился, но пренебрежительно хмыкнул и обратился ко мне:
— У тебя несколько могущественных женихов, безродная? Ректор говорил про знатного эльфа, ты, Адер, про дракона. Где-нибудь еще и демон припрятан, наверняка. Ты их коллекционируешь, что ли? Как раз на такой случай?
Ответа на насмешку не требовалось. Но слово «безродная» задело больнее, чем я могла себе признаться.
— Прошу обращаться ко мне — «лишенная рода», мой лорд. Камень моего славного рода был разбит, но я законная дочь графа Эглза и сьерры из знатной семьи, а вовсе не безродная.
Мужчины обменялись насмешливыми взглядами. Конечно, ни один из этих знатных эйсов не окажется в моем жутком положении, так что могут смеяться, сколько им влезет!
— Простите великодушно, сьерра, лишенная рода, — инквизитор учтиво склонил голову, но в глубине его глаз все-таки тлел огонек насмешки. — Но постойте… Эглз? Эглз… М-м-м, где-то я слышал это имя…
— Аристократ из Надании, где ты мог о нем слышать? — проворчал дей’Хант.
Но лорд-инквизитор упрямо тряхнул блестящими золотистыми прядями. «Пожалуй, еще и завивает локоны специально, чтобы красоваться, словно арод!» — раздраженно подумала я, невольно сравнивая красавца эйса с домашней птицей — символом тщеславия.
— Вспомнил! Графиня Эглз — леди Этониэль энн’Деммиллион из Высокого дома Плакучей Ивы. Осуждена на двадцать пять лет за организацию побега и укрывательство бывшего профессора вашей академии, а также за покушение на члена королевской фамилии.
Я ахнула. Моя бабушка! Нет, не найти мне родного приюта!
Декан присвистнул:
— Профессор ди’Кей, этот старый чудак? Прошло три года с момента его ареста.
— Да, три года, как у магистра случайно проявилась метка Тьмы. И вот сюда приезжает его родственница с такой же печатью!
— Я не знаю, о ком вы говорите!
— Все так говорят.
— «Всех» я тоже не знаю, мой эйс, я отвечаю только за себя!
Инквизитор снова с сомнением хмыкнул и, оторвавшись, наконец, от подоконника, прошел к своему месту за столом.
— Садитесь, сьерра, — проговорил он, указывая на место возле эйса дей’Ханта. — Она всегда такая дерзкая и языкастая?
— Всегда, — охотно откликнулся декан.
— Хорошо, будем работать с тем, что есть. Адер, выметайся и передай вашему чрезмерно заботливому ректору, что с девушкой все в порядке. У вас ведь нет нареканий на условия содержания, сьерра?
Я помотала головой, с сожалением наблюдая, как декан — строгий, привередливый боевик, который гонял меня до изнеможения на тренировочном поле и в классе огневиков, — поднимается с кресла. Сейчас он уйдет, и я останусь одна с чужими и жестокими магами. Да и сам эйс дей’Хант расчувствовался настолько, что ущипнул меня за щеку (впрочем, это, пожалуй, было лишним). Все же на душе стало светлей — кто-то обо мне волнуется.
Инквизитор встал, чтобы проводить гостя, — как оказалось, своего родственника — до дверей.
— Привет тетке, Дом! Мать жалуется, что ты к нам совсем дорогу забыл.