Игрок (СИ)

Ей бы испугаться, удрать в шоке от ужаса. Однако она смотрела в его светлые серебристые словно ртуть глаза и знала, что сейчас поступает правильно. Просто знала это.
Его руки чуть сжались на ее плечах, мужчина склонился к самому ее уху и спросил:
- Ты мне веришь?
- Да, - сдерживая нервную дрожь, кивнула Даша.
- Тогда слушай.
  
глава 26
 
Потом уже, когда Игорь вез ее обратно в своей машине, Даша сидела на заднем сидении, окруженная пакетами, и все время возвращалась мыслями к тому разговору. Все время по кругу, как заезженная пластинка. В конце концов, Игорь дал ей время подумать до утра и принять окончательное решение.
Он молчал, лишь изредка взглядывал на нее в зеркало заднего вида. А Даше сейчас требовалось уединение. И он его дал. Правда, все равно коротко поцеловал перед тем, как посадить в машину.
Это было как укол, ядовитый укус. Или она уже не знала названия тому, что с ней происходило в каждый такой раз, когда он выводил ее из зоны комфорта. Давал на краткий миг почувствовать себя желанной, а потом вдруг снова становился простым и невозмутимо спокойным, неопасным... как бы.
Странные ощущения, словно трещинки в той броне, которой она себя окружила после предательства Тимура. Правильно ли это, ведь она знакома с этим человеком всего ничего? Даша не знала. Ох, ничего она уже не знала и ни о чем не могла судить. В голове каша...
Подъезжали к дому, Даша нервно смотрела в окно. Глупо, конечно надеяться, что все это не обрастет грязными сплетнями в первый же день, но Даша из последних сил надеялась.
А в голове меж тем вертелось одно и то же. Тот разговор.
- Разумеется, то, о чем мы с тобой говорим, остается строго между нами.
- Я же давала подписку, - Даша вскинула на него взгляд.
- Да, совершенно верно, ты давала подписку. И я уверен, что никаких моих тайн ты не выдашь. Речь о тебе, Даша.
- Обо мне? - пролепетала она одними губами.
- Сможешь ты удержать в себе ту информацию, которую узнала? Ведь я так понимаю, твой бывший как-то общается с твоей мамой. Даже успел перетянуть ее на свою сторону.
Даше неприятно было это слышать, тем не менее, это была правда.
- Смогу, - коротко проговорила она тогда и отстранилась.
Потому что упоминание семейных неурядиц начисто разрушило всю гармонию момента. Они больше не могли вот так стоять рядом, глядя друг на друга в зеркало, и видеть себя в отражении парой. Потому что стоило вспомнить о матери, как это все будто покрылось грязью. А радость от покупок и вовсе. К чертям исчезло все хорошее, стоило представить, какой ее теперь дома ожидает прием.
То, что он сказал потом, только добавило сложности.
- Тогда, Даша, поддерживай то впечатление о нас, что сложилось у твоей мамы. Прости, что я об этом говорю, но если она решила, что у нас с тобой, - тут он поморщился, подбирая выражение. - Товарно-денежные отношения, пусть так и будет. Иными словами, пусть тебя считают моей любовницей.
Она невольно сглотнула, представляя, каково ей будет это выдержать. А Игорь смотрел на нее и продолжал:
- А также постарайся подчеркивать при каждом удобном случае свою значимость. Поняла?
Несколько долгих секунд пришлось осмысливать.
- Зачем? - наконец спросила она.
- Коротко говоря, это нужно для того, чтобы тот, кто тебя ко мне подослал, поверил, что я съел наживку и полностью тебе доверяю.
Господи, как отвратительно это звучало! Дашу аж повело от неприятного ощущения, что она попросту уже не понимает, когда этот человек шутит, а когда говорит правду. И что есть правда вообще?
 
- Тогда он активизируется, выйдет из тени. Надо спровоцировать твоего бывшего на действия.
Видя, что она молчит, Игорь проговорил:
- Ты всегда можешь отказаться. В любой момент. И тогда мы просто отыграем первый сценарий. Я увезу тебя вместе с ребенком туда, где ты будешь в безопасности, и если захочешь этого, мы поженимся.
Если захочешь, мы поженимся. Если захочешь. Если.
Нет уж, она не хотела, чтобы на ней женились вот так, из жалости или в припадке благородства. Кто он и кто она? Шикарный богатый холостой мужик, молодой и красивый. А она никому не нужная брошенка с прицепом. Где логика? Где здравый смысл?
Что бы Игорь Надеин сейчас ни говорил, он очень скоро пожалеет об этом. Наскучит играть в Робин Гуда. А каково будет ей?
Может, это и глупо, женщине с ее печальным опытом мечтать о любви. Но почему бы не помечтать о хорошем, черт возьми. О том, что она может стать кому-то единственной, необходимой, нужной? Потому что плохое в жизни у нее уже было.
- Нет, я не передумаю, - проговорила она. - Все остается в силе.
Он промолчал в ответ. Трудно было сказать, о чем он в этот момент думал, непроницаемое лицо, поблескивающие ртутью зеркала в глазах.
Потом выдохнул, глянул на нее странно и сказал:
- Просто помни, что бы ни случилось, я смогу подстраховать тебя и защитить.
И она эти слова помнила. И не хотела анализировать, зачем ему вообще это нужно. Тратить на нее свое время, защищать, подстраховывать? Да, он давал понять, что она ему нравится.
Но простите! С его деньгами можно и пошикарнее любовницу найти. И беспроблемную. Во всех отношениях.
Только ради игры? От скуки? Возможно, просто в голову плохо ложилось.
Чувство вины... Эта мысль тоже проскакивала. Чувство вины, косвенной причастности к делу, касавшемуся ее отца. Да, это могло бы им двигать. Теоретически. Но при этой мысли почему-то уж совсем горьковато становилось.
А потом она просто сказала себе, что подумает об этом завтра. Потому что со все этим надо переспать. Даша устало потерла глаза и покачала головой.
Игра еще не началась, а у нее лоб заранее трещит.
***
У самого подъезда Игорь остановился, притер к машину к бордюру. Секунду, наверное, лишнюю повременил и только потом обернулся к ней.
- Ну... я пойду? - выдавила Даша, потому что надо было что-то говорить.
Кивнул, серьезно на нее глядя, но дверей-то так и не разблокировал.
Повисла какая-то густая тишина, Дашу стало душить смущение. Опустила голову, перебирая свои многочисленные пакеты.
- Я пойду, - повторила глуше.
- Да, - он словно очнулся и разблокировал двери.
Даша стала выбираться, и вдруг он быстрым жестом перехватил ее за руку. Она так и застыла, тревожно на него глядя и полуоткрыв рот от неожиданности. Как будто искра проскочила от него к ней и обратно.
- До завтра, - проговорил он наконец, и медленно отпустил руку.
Ох, как она опрометью метнулась в подъезд. Пока добежала до лифта, смешалась окончательно, сердце колотилось в горле, ноги тряслись.
Уже никакая. А ей еще предстоял непростой разговор с матерью.
  
глава 27
  
Как Даша и предполагала, мама критически оглядела ее пакеты. Но ничего не сказала, молча ушла на кухню. А вот Максимка топтался рядом и все норовил обхватить ее за ноги. В конце концов, Даша рассмеялась и подхватила его на руки, а он повис как коала и стал гладить ее шею маленькими ладошками.