Сердце Сокола (СИ)

— Нет! — я вскочила и заслонила их собой. — Что мне надо делать?
— Вот это другой разговор, — Михаэль вернулся к пентаграмме и довольно грубо оттолкнул в сторону Алёнушку. Та сломанной куклой откатилась по полу, но я успела заметить, что сестра очнулась, пусть и не подавала виду. Это вселило в меня слабую надежду. Алёнушка была вредной, в чем-то даже озлобленной, но при этом хитрой и изворотливой. И я надеялась на её умение выходить сухой из воды.
— Ложись! — Верховный маг указал рукой на освободившееся место, и я легла в центр пентаграммы на жесткий холодный пол.
— Знаешь, если ты выживешь, мы можем стать друзьями. Близкими друзьями, — Михаэль наклонился надо мной, проведя рукой от щеки к вырезу платья, и приступ тошноты повторился. — Неплохо бы забрать у тебя немного магии до ритуала, — он потянул за шнуровку, но в этот момент Сирин снова закашлялся, и Верховный маг с сожалением отстранился.
— Не медли! — прохрипел кронпринц, и в тот же момент Михаэль стал расставлять кристаллы по углам звезды.
— Знаешь, в чем прелесть шептунов, — произнес он, коснувшись ножом кожи на моем запястье и разрезав её. Боль была почти неощутимой, но страх захлестнул меня с головой. — Большую часть подготовки можно опустить. Не нужно сосредотачивать силы в одном месте — у вас их и так избытком.
Кровь потекла в едва заметные желобки на полу, а Верховный маг что-то зашептал, заставляя древнюю магию пробудиться. Я почувствовала, что к месту разрезов будто присосалась пиявка, настолько противное ощущение возникло в руках. Но магия терялась как-то не особо заметно. Склонив голову на бок, я наблюдала, как тонкие ручейки моей силы стелются по полу, сгущаясь у кристаллов, как бесцветный хрусталь приобретает насыщенный кровавый цвет.
— Получается! — самодовольно заметил Михаэль, дождавшись, пока один из кристаллов полностью наполнится магией. Вытащил накопитель и тут же заменил его на новый, а сам кристалл передал принцу. Тот схватил его дрожащими руками и крепко сжал. Неестественная бледность стала сходить с его лица, на щеках появился румянец, а прерывистое дыхание вернулось в норму. Вместе с тем пустой накопитель отлетел в сторону.
— Как вы себя чувствуете? — с волнением спросил Михаэль, и Сирин довольно улыбнулся, как объевшийся сметаны кот.
— Восхитительно! — он посмотрел в мою сторону, требовательно протянув руку. — Дай ещё.
— Вы же знаете, много сразу не рекомендуется, — попробовал мягко отказать Михаэль, но кронпринц только выругался и оттолкнул его.
Приблизился, нетерпеливо наблюдая, как наполняется силой следующий кристалл.
— Ты можешь ускорить процесс? — обратился принц к Михаэлю.
— Это опасно.
— Да мне плевать! — Сирин развернулся к Верховному магу, его руки дрожали. — У нас есть ещё мальчишка и два мага, так что на твои эксперименты хватит. Я хочу её силу. Целиком. Сейчас!
— Но зачем торопиться?
— Мне сделать всё самому? — кронпринц развернулся, схватил со стола нож и двинулся ко мне. Он выглядел сумасшедшим.
Нет, он и был сумасшедшим, раз по его поручению убили стольких людей.
— Ваше Высочество!
— Не вмешивайся! — бросил он сквозь зубы и с силой ударил ножом по моей руке. Это был не аккуратный разрез: кровь хлынула фонтаном, а магия из тонкого ручейка стала превращаться в полноводную реку. Сирин смотрел за ней с жадным блеском в глазах, а затем слизнул кровь с пальцев, схватил мою руку и с утробным урчанием присосался к ней, как настоящий упырь.
Дико, больно, страшно. Михаэль невозмутимо сменил кристаллы, положив наполненные магией на стол и заменив на пустые. Это стало последней каплей.
«У обычных магов, в отличие от нас, колодец для силы не бездонный. Кинь туда больше — и пойдет магия веселиться в крови. А коли много её — бум! — и нет колдуна!» — вспомнились мне слова Врана, и я поняла, что должна сделать.
«Хотел магии — получи сполна!» — подумала я, с ненавистью глядя на Сирина, и направила всю свою силу наружу, передавая её мощным потоком. Блаженное выражение лица кронпринца сменилось непониманием, а затем испугом.
 
— Это тебе за тех, кто умер по твоей прихоти. Лопни! — выдохнула я, из последних сил схватив его за руку и удерживая. Он попытался отстраниться, оттолкнуть меня, но я держала крепко.
Только бы успеть, пока не вмешался Верховный маг!
— Тварь!
Удар ножа по руке заставил меня разжать хватку. В глазах Сирина я прочитала приговор: он не собирался оставлять меня в живых. Слишком напугался того, что могло произойти, слишком напугался силы, которая была ему неподвластна.
Он снова занес нож, но тот вдруг раскалился, и Сирин с криком выпустил его из руки.
— Не трогай мою сестру! — Алёнушка, бледная от недостатка сил, сложила руки в самый простенький знак для стихии огня. Никак, читала мою книгу по магии для новичков. Её шатало — здешние стены, и, правда, выпивали магов досуха. Удивительно, что у неё вообще получилось это простенькое колдовство!
— Что ты стоишь?! — с истерикой в голосе обернулся Сирин к Верховному магу и замер на полуслове. Михаэль не мог ему помочь. Он бесформенной фигурой валялся на полу, а рядом с ним с тяжелым подсвечником в руке стоял Святослав.
Кажется, я пропустила эпичный момент!
— Сдавайтесь, Ваше Высочество, — просто сказал следователь, не решаясь ударить принца. Отпускать он его не собирался, перегородив проход. Я услышала шум и голоса — в подземелье бежали люди, и, узнав голос Кощея, выдохнула с облегчением.
А вот Сирин так просто сдаваться не собирался.
Я не поняла, когда Ал оказался неподалеку от него — то ли он бежал ко мне, то ли Сирин дернулся в его сторону, но кронпринц схватил Ала и выставил перед собой как щит.
— Только дернетесь, и я сверну ему шею, — предупредил он, начиная медленно отступать. Попутно он схватил со стола несколько наполненных кристаллов, бросив себе в карман. — Прикажи своим людям меня пропустить.
В этот момент в комнату ворвалась охрана. Вышколенные годами службы, мужчины остановились по одному жесту Святослава. Я видела — следователь колебался и был готов пожертвовать жизнью Ала, если потребуется.
Сирин продолжал пятиться к выходу. Шаг. Еще шаг.
Я поймала взгляд Ала. Мальчик смотрел на меня, а затем разжал кулак, и на пол упало яблочное семечко.
«Ты сможешь, мама!» — прочитала я по его губам и решилась. Прижала ладонь к полу, представляя, как из земли вырастает тонкое деревце, пуская корни на пути кронпринца.
Сирин споткнулся, нелепо взмахнул руками и упал. Но прежде, чем его схватили, негромко хрустнули раздавленные им накопители. Чистая сила взметнулась в воздух, вливаясь в ближайший доступный для неё источник, уже наполненный до краев.
Раздался вскрик, громкий хлопок…
И всё стихло.
Следующие пару дней я помнила смутно. Помнила, как обняла подбежавшего ко мне Ала, как хромая, подошел Финист и что-то успокаивающе прошептал нам обоим. А затем нервное напряжение, поддерживающее меня, схлынуло, и я потеряла сознание, провалившись в пугающую тревожную темноту. Изредка я слышала чужие голоса, но не находила в себе сил очнуться. В какой-то момент показалось, что меня похвалил Вран, но я списала это на бред больного воображения. Таким гордым тоном наставник никогда со мной не разговаривал.
Из всей сумятицы образов и снов, один разговор запомнился мне особенно хорошо.
Алёнушка пришла очень тихо, присела на краешек кровати и поведала о том, что натворила по глупости и незнанию. Оказалось, что Михаэль встретил её в городе ещё в день приезда и убедил, что я околдовала Финиста. Что силы, которые поддерживают моё черное колдовство, скрываются в растущей в саду яблоне. Он даже кости собачьи ей передал, пообещав, что это поможет отвести от дома беду. Михаэль до последнего думал, что Лель — фамилиар Финиста.
 
Когда Алёнушка поняла, что натворила, было поздно. И она сполна заплатила за свою глупость — шрамами по телу, и гораздо более глубокими — в душе.