Сердце Сокола (СИ)

Алёнушка отшатнулась. Мои слова напугали её, хоть и не подала виду.
— Откуда ты вообще столько знаешь о магии?
— Оттуда, что у меня муж — колдун. И свекор тоже, — рассердилась я. Хотела добавить, что я сама шептунья, но вовремя придержала язык. Чем меньше народу об этом знает, тем лучше, а Алёнушка может проболтаться первому встречному. — Матушка с батюшкой придут к вечеру, попросили присмотреть за тобой. Хочешь — пойдем со мной в городской парк. Но одна ты по столице гулять не будешь!
— Ха! Да я могу целый день просидеть, раз так! — она сложила руки на груди и отвернулась. Вот уж точно, характер у неё лучше не стал.
— Хочешь побыть одна — мешать не буду. Если что, найдешь меня в кабинете на первом этаже, — я вышла из комнаты, оставив сестрицу одну, и отправилась к Алу. Наступало время наших занятий, и отменять их из-за капризов сестры я не собиралась.
Мальчик ждал меня, расположившись в кресле отца, и с серьезным видом читал книгу. Обычно с десяти до полудня у Финиста была выездная работа, и мы с Алом занимали его кабинет, чтобы спокойно позаниматься. Алу очень нравилось сидеть на месте Финиста и чувствовать себя большим. Он даже сосредотачивался лучше. Заметив это, я договорилась с мужем, чтобы он не выгонял нас из кабинета в это время.
— Та злая тетенька не ушла? — спросил Ал с детской непосредственностью, оторвавшись от книги. Я покачала головой.
— Нет, не ушла. И эта тетенька моя сестра, как Василиса. Она вовсе не злая, просто немного сумасбродная. Василиса же тебе нравится?
— Тетя Вася — добрая, — покачал головой мальчик, явно не разделяя моего мнения об Алёнушке. — А эта — нет.
— Нехорошо так говорить, — я нахмурилась. Обычно Ал не упорствовал в своих суждениях, понимая, что взрослые знают больше. — Почему ты называешь её злой?
Ал неожиданно покраснел и промолчал.
— Александр?
Он не ответил и вместо этого показал мне книгу.
— Я не понимаю, что это значит. Можешь объяснить?
Вздохнув, я присела рядом. Вытягивать из него ответы я не хотела, если захочет, сам расскажет. Главное, чтобы Алёнушке в лицо не сказал, что она злая, а то обид будет на всю жизнь.
— Ты всё же попробуй подружиться с Алёнушкой. Хорошо? — попросила я Ала, присаживаясь рядом и пододвигая книгу, чтобы было видно, что он читает. — Так, магическое право. Давай посмотрим, с чем его едят.
Ал улыбнулся незатейливой шутке, и следующий час мы изучали местное законодательство.
Позанимавшись, Ал умчался к соседям, успокаивать потерявшего собаку друга, а я отправилась к Врану. По пути заглянула к Алёнушке. Она всё ещё дулась и никуда идти не хотела, я предупредила ее, что отлучусь ненадолго, а сама отправилась к холму, где меня уже поджидал мастер.
Вран был мрачнее тучи.
— Перефразируя известную поговорку, с такой сестрицей и врагов не надо, — проворчал он, привычно гоняя меня по склону. Правда, сегодня он решил разнообразить занятие, и теперь следом за мной бегал огненный кот. Если я не успевала или останавливалась отдохнуть, кот ласково начинал тереться о мои ноги. И всё бы ничего, если бы он не был создан из чистого пламени! Так что прыти это прибавляло, да еще какой!
— Так, хватит пока, отдохни, — после этих слов мага кот растворился, как дым, и я без сил села на траву, пытаясь отдышаться. Вран наколдовал мне воды, и я жадно её выпила. — Ну-ка, попробуй сделать стену.
Это были базовые упражнения, которые я выполняла машинально, и руки привычно заплели замысловатый узор заклинания, а рядом со мной стала подниматься густая трава.
— Отлично. Теперь «лезвия».
Я уже говорила, что Вран не давал передышки? В его понятии отдых от бега означал отработку заклинаний. Я стиснула зубы и попыталась вспомнить, как правильно делать пассы. С лезвиями было сложнее. Нужно было «заострить» траву, сделать её толще и крепче. Кому-то это покажется ерундой, но такие лезвия без проблем пробивали кожаные доспехи — я сама убедилась в свое время в этом, проверяя заклинание на силу и прочность.
— Ты рассеяна, — сделал мне замечание мастер, когда вместо длинных острых лезвий получились спирали. — Из-за сестры?
 
— Я всё думаю, как она умудрилась пробраться к нам незамеченной? Алёнушка не такая уж и авантюристка, чтобы лазать по деревьям. Скорее, в её стиле приехать в бальном платье в карете, запряженной четверкой белоснежных лошадей, нежели ночью лезть в окно. Может, ей кто-то помог?
— Лель сказала, что Алёнушка была одна, — покачал головой Вран. — Да и кому это нужно?
Он резко оборвал себя, задумавшись.
— Идем со мной, — позвал он меня, и пришлось идти следом, плутать по незнакомым кварталам города, пока мы не оказались у невысокого каменного здания, ничем не примечательного на вид.
— Мне подождать снаружи? — привычно спросила я. Мастер не первый раз таскал меня с собой по делам, но к большинству знакомых не водил, просил дожидаться его на улице.
— Нет, так ты только больше внимания привлечешь, — покачал головой Вран, и мы зашли в здание.
На первом этаже сидел невысокий человек в военной форме, и Вран прямиком направился к нему.
— Святослав Попович на месте? — спросил мастер, и служащий кивнул.
— Да, в своем кабинете. Только у него перерыв.
— Ничего, меня он примет, — усмехнулся Вран и с кряхтением стал подниматься на второй этаж.
Открыв дверь в кабинет старшего следователя столицы, мы стали свидетелями любопытной картины. Святослав отжимался от пола на одной руке, другую отведя за спину и плотно прижав, при этом он читал вслух сонеты популярного в столице поэта.
— Поняла, какие должны быть тренировки? — повернулся ко мне Вран, и Святослав, вздрогнув, одним движением перетек в стоячее положение. — Да не дергайся ты так. И штаны подтяни — тут замужняя женщина, между прочим.
Шептун зашел в кабинет, пока Святослав собирался с ответом, и бесцеремонно заглянул в лежащие на столе бумаги.
— Хм, воровство и грабеж, это всё не то…
— Что ты тут делаешь? — Святослав посмотрел на мага очень недовольно, и как только тот отошел от стола, смахнул все бумаги в ящик и закрыл на ключ.
— Можно подумать, ты там непотребства какие прячешь, — противно захихикал старик. — Я хотел узнать, не случилось ли нападения на магов прошлой ночью.
— Случилось. Слухи уже пошли? — мрачно поинтересовался Святослав, а шептун покачал головой.
— Да нет, это так, размышления. И что, так же глухо?
— Могу труп показать. Хочешь? — огрызнулся следователь, и Вран неожиданно ухватился за эту идею.
— А давай, веди. А ты чего стоишь, быстро за нами! — окликнул меня шептун, и, проклиная его любопытство, я пошла следом.
Мы зашли в холодное помещение, где на столе лежал труп, а запах стоял такой, что я едва не рассталась с содержимым обеда, и мне стало понятно, почему Финист не рассказывал мне подробностей о преступлениях. Впрочем, даже по его оговоркам было понятно, что смерть магов не была быстрой и безболезненной. Но одно дело услышать, а другое — увидеть собственными глазами. Я смотрела на изуродованное тело, в котором трудно было узнать человека, и комок подкатывал к горлу.
— Уверен, что ей стоит быть здесь? — заметив, что я побледнела, уточнил Святослав.
Вран бросил на меня беглый взгляд, убедился, что я не упаду в обморок и вернулся к осмотру трупа. А меня передернуло, когда он стал его поворачивать, и органы едва не вывалились наружу.
— Более чем. Вы когда его нашли?
— Под утро. Вызов поступил сразу, как от вас ушел. Одна из «ночных бабочек» возвращалась с работы и заметила труп в куче мусора.
— Меньше двенадцати часов назад, значит, — Вран подошел к телу, провел над ним руками. — Принеси мне стакан воды, — приказал он следователю. Я даже удивилась тону, но Святослав послушался, как ни удивительно это было. Когда следователь ушел, Вран кинул мне маленький мешочек, остро пахнувший мятой, а сам закатал рукава. — Лада, ты как, держишься?
 
— Да, — пискнула я, боясь сглазить. Но Врана мой ответ устроил. — Что с этим делать?