Жар под кожей (СИ)

К моему удивлению она называет адрес училки, только квартиру соседнюю, а не ее. Я хмыкаю. Вот уж не думал, что второй раз за вечер вернусь к ее двери.
— Ты как к парням этим попала? — интересуюсь у нее.
— Случайно, — она пожимает плечами. — Пришла к подруге на день рождения, все порасходились по клубу, а я осталась одна. Вышла на улицу и тут они, — она чуть вздрагивает, ведя плечами.
— Испугалась?
Девушка только кивает и складывает руки на коленках. К ее дому мы доезжаем за полчаса. Я помогаю ей выйти и веду к уже знакомому подъезду, и даже поднимаюсь на нужный этаж.
— Ты с родителями живешь или одна?
Девушка немного запинается и со страхом поворачивается в мою сторону.
— Да успокойся ты, — произношу, — ты не в моем вкусе.
Она чуть расслабляется, но все равно не до конца. Все еще напряжена и не знает, что мне отвечать. У двери мы останавливаемся и девушка, наконец, отмирает.
— Я Ангелина, — произносит она. — И я живу одна.
Я только киваю, не проявляя никакого интереса к ее жилищу. Вернее, делаю вид. На самом деле я хочу продолжить с ней общение и узнать побольше о соседке и ее отношениях с мужем.
— Руслан, — протягиваю ей руку.
— А я думала спайдермен, — она хихикает, а я улыбаюсь, понимая, что все идет как надо.
— Ну пока, Ангелина, — произношу и разворачиваюсь, чтобы уйти. Обычно это действует, как красная тряпка для быка. Девушки думают, что все, что произойдет дальше — их инициатива и они полностью контролируют ситуацию.
— Руслан, — она останавливает меня на полпути. — Может, кофе?
Я задумываюсь и стараюсь не показать своей радости. На самом деле только этого я и ждал. Это поможет мне узнать больше о моей Ане, и о ее этом говняше, который почему-то вызывает во мне подозрение. Мы заходим в ее квартиру. Здесь чисто и уютно, выбеленные потолки, оклеенные обоями стены и пол с коврами. В такой квартире я жил в детстве у бабушки, но вслух говорю:
— У тебя уютно.
— Спасибо, — она чуть смущается и спрашивает: — Чай, кофе? У меня есть немного виски и вина, — девушка чуть опускает взгляд, и только сейчас я понимаю, что нравлюсь ей. Она вдруг поняла, что я в разы лучше тех отморозков, что приставали к ней, или же боится оставаться одной?
— Виски, — произношу, понимая, что она не против выпить, да ей и не помешает после всего, что пришлось пережить.
Девушка начинает суетиться, а я сажусь на небольшой обшарпанный диван на кухне и закидываю ногу на ногу. В таких квартирах я давно не был. Да и вообще давно не общался с простыми девчонками, как Ангелина. Всегда обычно с моделями, актрисами и богатыми попочкиными дочками, у которых за пазухой была крутая квартира с ремонтом от известного дизайнера.
Ангелина ставит на стол виски и вино, достает лед и бокалы и нарезает лимоны, сыр и выкладывает сосиски.
— У меня больше ничего нет, — она виновато опускает взгляд, но если кто-то здесь и виноват, то не она, а я.
Собрался к девчонке, у которой зарплата меньше, чем я трачу за вечер в клубе, и ничего с собой не взял. Не предложил заехать в супермаркет и взять что-то, но кто же знал, что мы пойдем дальше?
— Если хочешь, я поеду что-нибудь куплю, — произношу. — Мне хватит того, что есть.
— Не нужно, — поспешно произносит она. — Я ничего не хочу.
Я беру в руки бутылку с вином и наливаю ей в бокал. Себе же наливаю дешевого виски и кидаю пару кубиков льда. На вкус не виски, а черти что, но я улыбаюсь. Моя жажда узнать об Ане настолько сильна, что я готов пить даже эту бадягу.
— Расскажи о себе, Руслан, — просит она. — Чем занимаешься и почему решил помочь девушке в беде?
— Не привык смотреть, как девушек к чему-то принуждают, — отвечаю честно. — Занимаюсь… подрабатываю и учусь. А ты?
— Работаю, — она пожимает плечами. — Училась, пока родители были живы, а как их не стало… — она замолкает. — Полгода прошло, а я все никак не поверю.
Между нами повисает неловкая пауза. Я уже жалею, что пошел с ней и решил таким образом узнать побольше об Ане.
— Так как так получилось, что ты осталась в клубе одна?
 
— Я обычно не хочу по таким местам, — замечает она. — Работа не дает, да и друзья эти… не то, чтобы друзья. Так, коллеги по работе. Я пошла больше из-за соседей. У них то ли праздник сегодня, то ли что, — она вздыхает. — Обычно все заканчивается не очень весело.
— Тусовщики? — решаю, что это уж точно не об Ане и радуюсь, что она сама перевела тему на соседей. Вдруг, так смогу узнать больше и о ней.
— Да нет, — она пожимает плечами и отпивает вина из бокала. — Семейная пара. Тут по соседству живет, — она кивает в ту сторону, где находится квартира Ани и ее недомужа.
— И что они? — сглотнув, спрашиваю.
— Не они, а он… — тише произносит Ангелина. — Мне кажется, он издевается над своей женой.
  
Глава 14
 
— В каком смысле издевается? — прокашлявшись, спрашиваю у девушки.
Горло сдавливает спазмом, руки автоматически сжимаются в кулаки. Хочется одного: отходить ее мужа так, чтобы он встать не мог. Издевается? Бьет ее?
— Я не знаю, — Ангелина пожимает плечами. — Однажды я слышала ее крик и стук. Потом он что-то кричал ей. Я не слышала слов, но так боялась. Аня очень хорошая, она помогала мне с продуктами, да и денег одалживала до зарплаты.
Когда девушка произносит имя Ани сомнений в том, что это не они, и я что-то напутал, не остается. Я сжимаю руки в кулаки сильнее и буквально представляю, как то чмо, которое я видел в кафе, протягивает к ней свои руки и бьет.
— Ты в порядке?
Голос Ангелины звучит непривычно нервно. Она, видимо, улавливает перемену в моем настроении и опасается. Стараюсь взять себя в руки и улыбнуться, но по тому, как девушка смотрит на меня, осознаю, что улыбкой и не пахнет. Скорее, оскалом.
— Извини, — произношу. — Я что-то задумался.
— Всё нормально, — шепчет она. — Я просто подумала, что ты знаешь их и…
— Нет, — смеюсь, хотя самому хочется врезать по столу, стене, не важно по чему, лишь бы заглушить то раздирающее нутро чувство.
Мне плохо от одного осознания, что она может подвергаться насилию. Что же у нее за мужчина, раз позволяет себе такое. С виду выглядит, конечно, не очень. Больше похож на каблука, но чтобы на начальника.
— Знаешь, я так устала, — произносит моя спутница, и я решаю, что она хочет спать.
— Да, конечно, — поднимаюсь. — Я уйду.
— Нет, — она смеётся. — Прости, я не умею выражать свои мысли правильно. Я имею в виду в общем устала. От работы, от всего. И родители…
Следующие полчаса я превращаюсь в послушного слушателя. Ангелина рассказывает. Поначалу я думал, что она будет жаловаться, но она говорит так, что я тут же понимаю: она просто рассказывает, делиться наболевшим, но не жалуется. Ей сложно, но не настолько, чтобы плакаться в жилетку.
Я становлюсь слушателем, Ангелина просто тем, кто долго держал боль внутри. Ей нужно поговорить, а мне остыть и подумать. Стучать в дверь к Ане и говорить:
— Собирай свои вещи, я заберу тебя.
Нет, в другой ситуации я так бы и сделал. А потом бы подумал. Сейчас же я напрягаю мозги и вспоминаю то, что нам говорила психолог. Жертвы насилия могут не понимать, что над ними издеваются. Где гарантия, что Аня понимает. Тем более я вспоминаю, как она отстаивала мужа в ресторане. Как рьяно противоречила мне.
Ангелина всё говорит, а я чувствую себя совершенно спокойно. Знаю, что в ближайшее время буду думать о том, как сделать так, чтобы забрать ее. Поговорить, уговорить, сделать что угодно, лишь бы она согласилась и поняла, что ее жизнь ненормальна.
 
С Ангелиной весело, к окончанию вечера она становится развязнее и веселее, приближается ко мне и кладет руку на колено. Впрочем, я тут же убираю ее ладонь.
— Извини, — произношу, чтобы ее не обидеть. — Я верен своей девушке.
Ангелина извиняется и краснеет.
— Боже, я такая дура, — она закрывает лицо руками.