Несгибаемый (СИ)

— Пусть только попробуют, – оскалился торговец, – мы их сами на куски порвём!
— Тише, тише! – подняв примирительно руки вверх, сказал я ему. – Никто не сомневается в твоей чести и отваге, только против экзоброни, согласись, у тебя шансов нет.
— И что ты предлагаешь?
— Я предлагаю тебе один очень хитрый ход, – доверительно приблизившись к нему, я тихо произнес, – У тебя сейчас шикарный момент навязать городу свои условия. Ты обеспечиваешь семье лорда полный уход за его детьми, а взамен можешь просить все, что угодно. Наверняка есть что-то, в чем нуждается поселок, и Тарнонд может это вам предоставить.
Гордон надолго задумался, поглаживая небритый подбородок. Его лицо постоянно менялось, то нервно подрагивая, то недовольно усмехаясь. 
— Ты говоришь красивые вещи, Бэливер из Лочлэнда, – произнес он после длительного молчания. – Даже правильные. Только вот я и представить не могу, из какой дыры ты выполз. Ты же понятия не имеешь, как к нам относятся горожане? Да и как думаешь, обрадуются поселенцы горожанам?
Я промолчал. Действительно, у меня мало информации об этом мире. Могу судить только по тому, что увидел за последние три дня. Мои рассуждения казались мне вполне логичными. Однако я понятия не имею, какие подводные камни могут скрываться в отношениях между поселением и городом.
Большая часть поселенцев казалась мне отбросами общества. Но и среди них должны быть вменяемые, как Гордон.
— Скажи им, – кивнув в сторону людей Гордона, предложил я, – что берешь Карэн и Дирка в заложники.
Торговец в ответ только усмехнулся:
— Если Эролл узнает, что я взял его детей в заложники, то он и камня на камне не оставит от поселения. Ты даже не представляешь, какой он устроил переполох, разыскивая Дирка.
— Эролл - имя лорда Тарнонда? – спросил я.
— Угу, – ответил Гордон, продолжив, – братец скор на расправу, не думая о последствиях.
— Погоди, – опешил я, – Лорд Тарнонда твой брат?
Торговец только кивнул в знак согласия, в задумчивости поглядывая на Карэн, суетившуюся возле брата. Я тоже задумался. Вряд ли у Гордона нет чипа, раз его брат является лордом Тарнонда. Видимо, его выгнали из города, только вот за что? Хочу ли я это знать? Возможно, их взаимоотношения могут нам пригодиться, а может, наоборот, помешают. Ведь Гордон отдал приказ не пускать в посёлок городских.
— Твоё решение биться один на один здорово нам поможет! – внезапно заговорил торговец. – Эти ребята понимают только грубую силу, а тут все нормально. Победил - значит вправе.
— То есть вы пустите нас в посёлок? – уточнил я.
Гордон задумчиво кивнул в ответ:
— Только нам нужна выгода, или в посёлке тоже начнется бунт. Например, нам позарез сейчас нужна АКП, и желательно побольше.
— АКП? – переспросил я торговца.
— Антикварковая плазма, у нас осталась одна штука, и ту ты тогда с Брайсом принес. Как раз в тот день, когда Дирк пропал, город нам должен был штук двадцать предать, но Эролл нас обвинил в похищении сына. Весь посёлок перерыл. Дирка не нашел, а АКП так и не передал.
У меня в голове тут же закрутились шестерёнки. Я принес с Брайсом два жвала скорбуса, один хвост и мешочек янтарного цвета. Судя по всему, самым дорогим из этого добра был мешочек с ядом, который Брайс отдал как оплату за свой долг, да ещё и с процентами. Уточнять у Гордона я не стал, иначе переговоры провалю. Потому я задал другой вопрос:
— Где у вас самое большое скопление пустошников?
Торговец как-то странно на меня посмотрел:
— Тарнонд - приграничный город с серой пустошью. Конечно же, в пустоши!
— Дайте мне отоспаться один день, и я принесу вам АКП, – заявил я Гордону.
— Ты собираешься идти туда один?
— Ну почему, – улыбнулся я, – со мной будет мой гримби.
⁎⁎⁎
Карэн мерила шагами комнату, отведенную нам для отдыха. Её глаза метали молнии. При любом шорохе она поворачивалась, прожигая взглядом всё, что мешало ей думать: будь это легкий ветерок или даже лохматый хвост моего зверёныша. Марк и я наблюдали за метаниями девушки, сидя (на наше удивление) на удобных кушетках. Парень спокойно поглощал из стеклянной вазы жаренные орешки, принесенные нам людьми Гордона
  
— Ты… никуда… один… не пойдешь! – проговаривала каждое слово командным голосом Карэн.
— Конечно, не пойдет. Я пойду с ним! – тут же парировал Марк.
— И ты не пойдешь! Ясно вам? – чуть ли не крича, отчеканила девушка. – Это же надо было пообещать достать двадцать ядовитых желёз пустошников! Да как у тебя вообще в голове такая мысль появилась?
— Послушай, Карэн! – успокаивающе произнес я, поглаживая за ухом гримби, развалившегося у меня за спиной. – Чего ты так разошлась?
— Да я вообще не понимаю, как ты мог решить всё за нас? – девушка теребила волосы, превращая их в воронье гнездо. – Почему ты решил, что мы спокойно будем смотреть, как ты рискуешь своей жизнью?
Поправив подушку, я с удовольствием откинулся на кровать, выпрямляя уставшие ноги и отодвигая к стене нахального малого:
— А ты не смотри.
Девушка от негодования открывала и закрывала рот, так и не придумав, что мне ответить:
— Дайте мне винтовку, я сама его пристрелю! – бросив в мою сторону подушку с кровати Марка, крикнула Карэн.
— Э-э-э. Подушку верни! – возмутился Марк.
Я уступчиво кинул подушку обратно парню. Гримби, подумав, что это веселая игра, перехватил её у Марка. Карэн попыталась отнять, но зверёныш в один момент превратил подушку в облако белых перьев.
— Что тут у вас происходит? – раздался опешивший голос Гордона.
Мы оглянулись. Перья от подушки кружились в воздухе, плавно опускаясь на головы Гордона и Эйлы, стоящих в дверях. Зверёныш радостно лаял, носясь по комнате опрокидывая стулья. Я и Марк резко вскочили с кровати, пытаясь успокоить гримби.
— Мда… И это они собрались завтра выдвинуться в серую пустошь? – разочарованно произнес торговец.
Поймав гримби, я улыбнулся в ответ Гордону, пожимая плечами, мол, всякое бывает. Эйла, отмахиваясь от перьев, норовящих попасть ей в рот, и отплевываясь, неожиданно произнесла:
— Дирк очнулся!
Карэн тут же рванула к двери, но Гордон её остановил, схватив за плечи:
— Погоди… Он просил сначала позвать Бэла.
— Что? – опешила Карэн.
  
Глава 14
 
— Извини, Карэн! Дирк просил тебя немного подождать, – сказала Эйла, громко чихнув от навязчивого пуха.
Я насторожился. По какой причине меня хочет видеть Дирк? Если верить системе, то даунгрейд должен был сработать, удалив все данные за последние пять дней, и Дирк просто не может меня помнить. Судя по всему, мой план не сработал.
— Эйла, – обратился я к девушке, – скажи, как Дирк вёл себя, когда очнулся?
— Если честно, меня это тоже немного насторожило, – ответила Эйла, – Первое, что он спросил, было: «Знаешь ли ты Бэливера?»
— Даже так? – я присел на кушетку, пытаясь понять, что же на самом деле происходит. – И что ты ему ответила?
— Я сказала, что знаю, и он словно с цепи сорвался. Кричал, что ему нужно срочно увидеться с тобой! Вот я и побежала к тебе. Боюсь, у мальчика будет нервный срыв.
— Ясно, – вскочив с кровати, я ринулся собирать вещи, – Гордон, Барри был в городе, когда начался бунт драгеров?
— Подожди, Бэл, – запротестовал торговец, – ты же не хочешь уйти в пустошь прямо сейчас?
— Заночую в горах, – ответил я Гордону, наспех бросая в дорожный мешок вещи, которые должны были пригодится нам в пустоши, – ты не ответил про Барри?
— Да, он был там.
— Он сам сбежал, или его кто-то направил в посёлок?
Гордон задумался, почёсывая небритую щеку:
— Насколько я помню, Барри появился в посёлке с двумя дружками из Тарнонда как раз часа за три, перед тем как появились вы. Он утверждал, что городу скоро конец и не собирается больше оставаться под гнётом самодура Лорда Эролла.
— Он говорил про то, как вели себя драгеры? – перебил я торговца.