Выгодная сделка

Майлз спал, Дарси слышала его ровное дыхание. Иногда ей хотелось повернуться и посмотреть, как выглядит его лицо без этой злобной гримасы, но она боялась, что он проснется и обнаружит, что она наблюдает. И Дарси лежала, отвернувшись, пока не начинало розоветь небо, и лишь тогда засыпала.
Тоже мне замужество! А чего было ждать? Какие юные фантазии толкнули ее на якобы Практичный шаг — стать женой Майлза Хоторна? Она не решалась ответить себе.
— Дарси, ты меня слушаешь? — дошел до нее настойчивый голос Тессы, и Дарси нырнула в воду, чтобы не продолжать разговор. Но выныривать все равно пришлось.
— Как жарко. — Она ухватилась за доску и продолжила, пытаясь сменить тему: — Давай пойдем в дом, устроим сиесту. Может, это ураган? Эван говорит, перед самым началом урагана бывает особенно жарко.
— Не сбивай меня! Ураган еще над Кубой, по радио говорили координаты, но я синоптиков терпеть не могу. Я все равно расскажу тебе, и не строй из себя босса.
Дарси вздохнула, признав поражение, вылезла на ступеньку бассейна и стала отжимать волосы.
— Давай говори.
Тесса подгребла на дощечке.
— О'кей. Слушай, Эван устраивает прием в вашу честь.
Минуту Дарси не могла понять. Невинное сообщение было так далеко от ее страхов по поводу блондинки! Она рассмеялась над собственными страхами. Ну откуда Тесса могла узнать про блондинку? Хотя там, может, и узнавать нечего.
— Когда вы поженились, настоящего приема не было, и теперь Эван устраивает официальный прием в честь новобрачных. — Тесса смаковала звучные слова, явно чувствуя себя героиней светской хроники. — Он хочет, чтобы это был сюрприз, но тебе нужно будет платье, и я подумала, что лучше рассказать. Только не подавай виду, что знаешь.
— А Майлз знает?
— Нет. — Тесса была ужасно довольна. — Не говори ему. Никаких разговоров в подушку.
— Не скажу, — заверила ее Дарси. Как будто у нее есть такой шанс! Иногда ей отчаянно хотелось перестать притворяться, что у них нормальный брак. Но это делалось не только для того, чтобы убедить мистера Стоуна, но и ради романтических грез Тессы, самоуважения Эвана, на случай судебного крючкотворства Джорджа. Но как больно ночами лежать рядом с Майлзом... — Не скажу ни слова. Когда это будет?
— В субботу, — прошептала Тесса, скорчила рожицу и показала на другой конец бассейна. — Шшш! Тихо!
Дарси взглянула в ту сторону и почувствовала глухой толчок сердца. Она вцепилась в горячие поручни. Майлз.
Что он тут делает? В это время дня его никогда не бывает. Он удивился не меньше, Увидев ее.
Майлз выглядел почти нереальным, красите, чем модели на рекламных туристических плакатах. Медовая, гладкая кожа, совершенной лепки тело, широкие плечи, узкие бедра, стройные ноги. Все вокруг стало казаться искусственным: слишком розовые цветы, слишком синее небо, слишком белые облака, и Пальмы шумят слишком нежно под слишком ласковым ветром.
А на ней это дурацкое бикини!
Она мысленно выругала себя — надо было надеть другой купальник! Хотя тот висел совершенно мокрый. Могла бы и мокрый надеть, ничего бы с ней не случилось!
— Привет, Майлз. — Тесса оттолкнула доску и быстро выбралась из бассейна. — А я как раз собиралась уходить. Я уже сказала Дарси, что ужасно хочу устроить сиесту. Залезай. Как раз составишь ей компанию и сообщишь координаты урагана.
Дарси готова была схватить сестру за ногу. Вот врушка! Как же, они ведь «новобрачные», по убеждению Тессы!
Он кивнул и шутливо обнял прошмыгнувшую мимо Тессу. Дарси кольнула мысль: Тесса запросто обнимает его, а она, законная жена, не может этого сделать...
— Привет, — сказала она неестественно высоким голосом. — Решил искупаться?
— Да. А что, нельзя?
— Можно, конечно. — Она была как ребенок, принявший вызов: я могу... ты меня не запугаешь... Она постаралась вернуть голос к нормальному тону: — Я буду рада.
Дарси пыталась сохранять безразличие, но не могла оторвать глаз, глядя, как он взбирается на вышку для прыжков. Он подошел к краю трамплина и поднял руки над головой. С развернутыми плечами и сомкнутыми ногами его тело представляло собой треугольник; солнце светило, как прожектор, и вся природа замерла, глядя на небывалое зрелище.
 
Он нырнул почти без всплеска. Вода словно расступилась, а потом с жадностью поглотила его. У Дарси перехватило дыхание. Но ведь он действительно потрясающий, он невероятно сексуальный, это скажет любой!
Майлз вынырнул, а она так и сидела на ступеньках — как утка. Он отжал волосы — на ресницах остались висеть капли — и подошел к ней.
Почему он молчит? Смотрит на нее своими карими глазами и молчит?
— Как жарко сегодня! — О Господи, почему она сказала эту чушь?!
Майлз улыбнулся уголком рта.
— Ты так считаешь? — Он оглядел ее. — У тебя покраснела кожа. Тебе лучше пойти в тень.
— Обойдусь, — грубовато ответила она; пусть не думает, что при виде голой груди мужчины она теряет голову.
— Ладно. Значит, Тесса сказала тебе про прием?
— Она говорила, что ты не знаешь!
— Официально не знаю, но разве можно подготовить большую вечеринку так, чтобы я не заметил?
Она кивнула и натянуто сказала:
— Это очень мило со стороны Эвана.
— Ага. Он вообще очень мил. Только, к сожалению, очень наивен.
Она нервно терла металлические поручни.
— Что ты хочешь этим сказать?
— А то, что он уверен, будто наш брак — это нечто такое, что следует праздновать. Вчера он сказал мне, как, мол, мне повезло. Ему и в голову не приходит, что ты самая холодная жена, которая когда-либо доставалась мужу.
  
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
 
Суббота наступила слишком быстро. Дарси так и не смогла подготовиться и обдумать свое поведение. К восьми часам у нее появилось ребяческое желание куда-нибудь убежать. Как она посмотрит в глаза всем этим людям, заполнившим дом? Их пригласили отпраздновать старательно разработанный обман, им будут демонстрировать несуществующую близость, для нее это как пощечина, даже если она будет улыбаться.
На крючке у двери ванной висело розовое платье. Она уже приняла душ, но никак не могла собраться с силами причесать волосы и наложить макияж. Так и сидела, накинув полотенце, глядя на платье. Казалось, оно принадлежит кому-то другому.
Со стороны гостиной раздался легкий стук в дверь, и, прежде чем она ответила, ручка повернулась, и вошел Майлз.
— Дарси, мне надо с тобой поговорить. — Он ожидал застать ее за туалетным столиком и, не найдя там, оглянулся, увидел, как она сидит на кровати, и лицо его потемнело, а руки сжались в кулаки.
Почему он злится? Дарси посмотрела на стенные часы. Не так уж она опаздывает; в чем дело?
— Извини, я еще не готова, — заплетающимся языком сказала она и встала, стараясь потуже обернуть вокруг тела полотенце, чтобы оно не соскользнуло. Под жадным взглядом его темных глаз она почувствовала себя раздетой.
Тело без разрешения бурно отозвалось: только что полотенце было мягким — и вот оно уже грубо трется о соски; только что оно прикрывало ее, а теперь подчеркивает ложбинку сзади, обтягивает ягодицы.
Может, не было бы такого контраста и ощущения неловкости, будь он одет небрежно, но он был в черном смокинге, такой официальный, во всеоружии, в отличие от ее незащищенности. Ей стало стыдно.
— Ты хочешь поговорить?
Звук ее голоса, казалось, вывел его из задумчивости.
— Да. Я хотел предупредить тебя, что Джордж звонил еще раз. Он узнал про вечеринку, наверное, проболтался кто-то из приглашенных, и собирается прийти. — Он подошел к туалетному столику, бесцельно подвигал какие-то баночки, стараясь не смотреть на нее. — Я решил, что тебе надо знать.
Колени у нее подогнулись, и она опять села на кровать. Джордж! Любые зрители на сегодняшнем представлении были ей в тягость, но Джордж!..
И голос ее, и губы задрожали от страха.
— Как ты думаешь, чего он хочет?
— Не знаю. — Майлз посмотрел на нее в зеркало, напрямую не решился. — Может, он просто хочет установить дружеские отношения. Ведь теперь кошелек в твоих руках.