Западня (СИ)

— Можно? — задыхаясь от волнения, прошептал Сергей.
— Да, — сказала Алина одними губами. Их тела ринулись навстречу друг другу, опьяненные любовным порывом.
Утром, едва открыв глаза, Алина увидела Сергея, который сидел на краю постели с красненькой бархатной коробочкой в руках.
— Любимая, я предлагаю тебе стать моей женой, — сказал он, глядя в глаза Алине. Потом взял ее руку и надел кольцо на палец.
Девушка потянулась к нему, заключив в объятья:
— Я согласна, — прошептала она Сергею на ухо.
Алина вернулась домой только через три дня. Тамара Федоровна несколько раз звонила ей, но дочь только слала смс: «У меня все хорошо».
Когда Алина вошла в квартиру, Тамара Федоровна по привычке хотела было выказать неудовольствие, но посмотрев на дочь, осеклась.
Девушка расцвела. Счастье светилось в ее глазах так явно, что Тамара Федоровна все поняла.
«Не уберегла!» — подумала она.
— Мама, папа! — закричала Алина, — Сергей сделал мне предложение, я выхожу замуж. А сегодня, я переезжаю к нему. Вот, смотрите! — она выставила вперед руку с кольцом. — Мы жених и невеста. Как только закончатся праздники, подадим заявление в ЗАГС.
Тамара Федоровна села на стул и взялась за сердце.
Алина посмотрела на мать:
— И ничего не говори мне, мама. Все уже решено. В конце концов, мне уже двадцать лет. Лучше давайте отпразднуем Новый год. Мы же еще не виделись в Новом году. Я позову Сергея?
— А где он? — оглядываясь на жену, вставил Роман Николаевич.
Он во дворе, ждет моего звонка.
— Ну, звони, — продолжил отец, воспользовавшись молчанием Тамары Федоровны.
Сергей вошел с огромным букетом.
— Здравствуйте, с Новым годом! — он протянул букет Тамаре Федоровне.
Та не сдвинулась с места. Роман Николаевич принял букет вместо нее.
— Проходи, Сергей, в комнату, — сказал он, передавая букет Алине.
Сергей разделся и прошел в зал, сел за стол напротив Тамары Федоровны. Алина быстро поставила цветы в вазу и присоединилась к ним. Роман Николаевич встал сзади жены, держась за спинку стула.
Сергей поднялся:
— Уважаемые Тамара Федоровна и Роман Николаевич, Вы знаете, что я давно люблю Вашу дочь и сегодня прошу у Вас ее руки.
Мать Алины безнадежно махнула рукой и отвернулась в окно.
— Вот и хорошо, — поспешил загладить неловкий момент Роман Николаевич.
— А позвольте узнать, когда свадьба планируется, и где Вы собираетесь жить?
Алина обрадовалась и затараторила, опережая Сергея:
— Свадьба, наверное, через месяц. Если мы одиннадцатого января заявление подадим, то где-то в середине февраля — роспись. А жить я сегодня переезжаю к Сереже, правда, Сергей? — она повернулась к парню, ища его поддержки.
— Да, мы так планируем.
— Нас, конечно, ни о чем не спрашивают, — сказала Тамара Федоровна и не в силах себя сдерживать, вышла из зала в спальню.
— Но ничего, привыкнет, — шепотом сказал Роман Николаевич. Алина подскочила к нему, крепко обняла и поцеловала в щеку.
Отец расчувствовался, смахнул навернувшуюся слезу и смущенно объявил:
— Давайте торт есть. Я вчера испек, думал, вы вечером заедете.
— Наполеон? — закричала Алина. — Твой фирменный?
— А то, — отец самодовольно улыбнулся и стал доставать чайный сервиз из серванта.
— И фужеры доставай! — Алина бросилась помогать отцу. — Мы шампанское принесли.
Тамара Федоровна, услышав звон посуды, вышла из спальни в зал.
— Ты что, доченька, пить начала? — сказала она с усмешкой, услышав про шампанское. Потом вдруг решила вернуть себе бразды правления:
— Подождите, я хоть картошку с курицей разогрею. Что сразу за сладкое схватились!
— Мамочка! — обрадовалась Алина, — давай, я помогу тебе!
Январь выдался снежным и морозным. Давно не было такой холодной зимы. Ленивые праздники, сытые и веселые, подошли к концу. У студентов началась сессия. Алина засиживалась за подготовкой к экзаменам допоздна. Очень уставала. Да еще приходилось кушать готовить, стирать, гладить, по дому прибираться. В общем, женская работа была теперь на ней.
Сергей кроме учебы, как обычно, занимался преподаванием, научной работой, в больнице подрабатывал, дежурил по ночам.
 
Алла Игоревна не могла нарадоваться на такого помощника. Очень нравился ей этот парень.
«Высокий, широкоплечий, а глаза… прямо тонешь в них, — думала она, — хоть и молодой, но рано возмужал, понадежней другого взрослого балабола будет. Такие мужчины пошли, как дети! Все за них реши, на подносе поднеси. А этот — ответственный, умный, все на лету хватает. Не иначе, как профессором будет. За таким не пропадешь», — размышляла она, искоса любуясь парнем.
Алла Игоревна была разведена. Не повезло ей с мужем. Пристрастился спирт на работе глотать. Тоже врач был. Как ночное дежурство — он в зюзю пьяный. Стыдно от коллектива. Так и развелась с ним.
«Благо хоть детей не успели настряпать, — размышляла женщина, — а то была бы сейчас с приплодом. Кому такая нужна?»
Алла Игоревна, женщина видная, фигуристая, много мужиков за ней ухаживали. Но она себе цену знала.
«Один раз ошиблась. Теперь уже нет у меня попыток. Время мое женское уходит. Надо сразу в дамки, такого мужа найти, чтобы потом не пожалеть», — думала женщина.
Когда впервые Алла Игоревна увидела Сергея, ей показалось, что он всего на два-три года ее младше. Очень удивилась, узнав, что он еще студент и ему всего-то двадцать лет. Есть такие мужественные парни, которые выглядят гораздо старше. Сергей с юных лет горя хлебнул через край: отец погиб, мама тяжело заболела. Пришлось ему взрослеть раньше времени. Поэтому и взгляд, и рассуждения, и поступки выказывали в нем ответственного серьезного мужчину.
Алла Игоревна сначала убеждала себя в том, что он молод для нее, что с годами ей будет трудно соответствовать его возрасту. Злилась на Алину, замечая, как трепетно Сергей к ней относится. Но чем чаще им приходилось работать вместе, тем труднее становилось женщине удержать свою страсть к парню.
Один раз она вызвала Сергея к себе в кабинет. Когда Сергей на ходу постучал и вошел, как обычно, не дожидаясь ответа, сделала вид, что не услышала стука и показалась из-за ширмы без халата в одном кружевном нижнем белье. Испуганный парень выскочил обратно в коридор, как ошпаренный. Потом долго сидел под дверью, стесняясь зайти, пока старшая медсестра сама не пригласила его в кабинет. Сергей вошел вслед за ней и смущенно опустил глаза.
— Простите, Алла Игоревна, Бога ради. Вы же сами вызвали меня, я не думал, что так получится.
Алла Игоревна подошла, наклонившись пред ним, якобы взять со стола папку с документами. Верхние пуговицы халата были расстегнуты. Полная белая грудь старшей медсестры так и норовила вывалиться на стол прямо перед ошеломленным Сергеем. Парень встал из-за стола и отошел от греха, подальше к дверям:
— Что Вы хотели? — спросил он, держась за ручку двери, как за спасательный круг, — меня пациент ждет, нужно укол сделать.
— Поставь Жидкову из третьей палаты капельницу. Он опять жалуется, что Нина Андреевна плохо в вену попадает. Пора ей уже на пенсию, — с раздражением сказала женщина и подумала про себя: «Так-то взрослый, а в любовных делах еще ребенок. Не Алинка же здесь причина. Если же он однолюб — то, конечно, проигрышный вариант. Но ничего, можно сделать так, что она сама от него откажется».
Алла Игоревна не привыкла терпеть отказы от мужчин. Холостой, женатый — все равно. Если она захотела — будет ее, хоть на несколько ночей, но будет. С Сергеем у нее пока ничего не получалось. И женщина решила пойти ва-банк. Зная, что Сергей дежурит, она отпустила медсестру домой, а сама подменила ее, чтобы остаться с парнем наедине. Когда больные заснули, и можно было передохнуть, Алла Игоревна предложила Сергею немного поспать в своем кабинете.
— Я знаю, как ты устаешь, — ласково щебетала она, заглядывая ему в глаза. — Ложись, поспи пару часов, а я посижу на посту, подежурю.