Законы Рода. Том 8 (СИ)

Вертолёт полетел в сторону Белого моря, чтобы на одиноком острове отправить на испытания и тесты Владимира.
* * *
День спустя. Усадьба Романова Константина Игоревича.
Глава разведки стоял на террасе с телефоном в руках и слушал. Слушал внимательно, запоминая то, что выяснил его двойной агент, работающий на Багратиона уже практически двадцать лет. Он был рядом с ним ещё тогда, когда Александр даже не помышлял о службе в разведке. Константин был тем, кто лично разрабатывал планы привлечения этого талантливого мага и сына доблестных, знаменитых на всю империю родителей на службу в его ведомство. И его план удался. Впрочем, как и всегда. Ничего неожиданного.
— Ясно, — коротко ответил на длинный рассказ Романов и положил трубку, после чего достал из кармана ручку и начал её крутить.
Он это делал каждый раз, когда усиленно думал и пытался понять, что происходит и почему случилось то, что смогло его удивить и подвергнуть опасности империю.
В этот раз этой угрозой оказался восемнадцатилетний мальчишка. Берестьев Максим, который по разным слухам то умер во время лечения в Тибете, то принял буддизм и стал монахом, то вовсе не выезжал из империи, наконец нашёлся. Гарантия была не стопроцентной, но пазл сложился у его помощника, у Багратиона. А его выводам Романов порой доверял больше, чем своим. После изучения особенностей магии Краста и Владимира Берестьева, Александр заключил, что эти люди — родственники.
Магические аномалии в нашем мире не так уж и редки. Но обычно все эти аномалии носят негативный характер, мешающий магу развиваться. А вот когда аномалии, своего рода мутации, носят положительный характер… Такое бывает очень редко. И никогда одинаковые мутации не возникали у людей, что не имели бы между собой родственных связей.
«Значит, в нашей империи два мага без определённой предрасположенности. Универсалы… И раньше, когда их род ещё настолько не загнулся, их было куда больше. Странно, что за сотню лет мы не видели от членов этого рода никаких парадоксальных и экстраординарных техник. За исключением тех, что были и так на слуху. Их ценность слишком велика, чтобы их уничтожать. И вместе с тем тот, что носит фальшивую фамилию Краста, непредсказуем и опасен. Он подбирался и пудрил мозги Стефании, он нашёл покровителей в лице Багратионов. Он герой среди ликвидаторов, и о нём за этот год написали слишком многие…» — размышлял Романов, думая, как быть ему, его семье и его империи.
Империя — это не труд и старания одного человека, а множества тысяч и миллионов жизней. Рисковать всем этим из-за мести одиночки — непозволительная роскошь. У него есть власть и возможность этого скрывающегося ото всех мстителя схватить, используя одну из лап «медведя», частью которого он является.
Большие возможности и потенциал, проявленные Крастом против риска, вызванного его непредсказуемостью… Даже Романов не может быть уверен в том, что однажды над его кроватью в зелёной вспышке не появится представитель оскорблённого империей рода с занесённым кинжалом, с лезвия которого будет капать яд.
— Осман в тюрьме… Вот как он выбрался. И вот кто его убил. Атаковал мать Максима, и парень свершил месть. Запутанный пазл начал складываться…
«Возможности роста и риск или же стабильность и контроль? Потенциальный Верховный Архимаг или уничтожитель династии Романовых? Что взбредёт в голову молодого парня, чья кровь способна принести разрушения, масштабы которого более чудовищны, нежели нашествие монстров? Османы уже прочувствовали на себе, каково это — быть врагом Берестьева. Узнали, как он умеет развлекаться».
«В России я подобного не допущу. И выхода у него всего лишь два: подчиниться мне и пойти на Капонарию, пройти чистку разума со стороны псиоников и превратиться в секретное оружие России, либо — умереть».
Глава разведки сделал выбор, лишь на несколько мгновений восхитившись ходом, который провернул Берестьев.
— Завтра вылетает самолёт из Болгарии со студентами. Надо бы встретить Берестьева, как полагается герою. И заманить в главное управление разведки…
 
Только вот Константин и не догадывался, что у Максима Берестьева есть свои планы по поводу возвращения в Россию.
* * *
Наши дни.
Чартерный рейс из Бреста приземлился в Московском аэропорту. В столицу Российской Империи прибыли несколько гвардейцев воюющей Болгарии и другие люди, сопровождающие тайный отъезд болгарской принцессы.
— Их меньше, чем я ожидал, — оценил представитель КГМБ десятку широкоплечих костюмов, которые спустились с борта самолёта. — И нашей потеряшки здесь тоже нет… А ведь я уже третий раз его встречать еду. Что за дела?.. Куда он вечно пропадает?
— Не знаю. А позвонить ему не пробовали? Телефон запеленговать? — скорее ради поддержания разговора, а не в попытке дать бесполезный совет своему напарнику, ответил второй агент.
— Исчезло всё этим утром. Ведущая наблюдение за ним группа уже сбилась с ног: десять агентов по всему Бресту пытаются найти. Местных спецов подключили…
— И как? — повернулся к своему напарнику носитель серого неприметного костюма.
— Засекли по камерам, как он из ресторана вышел, а потом в парк двинул. В парке его потеряли. Там камер не было. Когда добрались утром — уже и след простыл. Потом вроде как в центре Ликвидаторов он был, но там какая-то шумиха из-за нашествия, не удалось свести концы с концами. Но ничего, найдут. Это лишь вопрос времени. Пойдём наших дорогих гостей встречать. Интересно, они рады, что им удалось избежать битвы за Софию или нет? — ухмыльнулся первый агент.
— Это же гвардия княжеская. Для них его слово — закон. Им плевать, где воевать и где умирать ради него, — с уважением в голосе отозвался напарник.
— А ты весьма высокого о них мнения! Ладно, пойдём проверять самолёт. Может, он всё же сел в него, но спрятался. Доставай аппаратуру…
Двое пошли выполнять свою работу, а тем временем в Кремле медленно назревало извержение вулкана.
Стефания добилась всё-таки ответа на свой вопрос, и компетентные ей люди подтвердили, что Багратионом проводились несогласованные манипуляции с активацией Сфер развития в их северном научно-исследовательском центре. Он был вызван на ковёр, равно как и его начальник, чтобы ответить на несколько вопросов. Первый из них: кто разрешил проводить исследования и тратить драгоценные ресурсы. Второй: какие результаты показал Владимир Берестьев, и насколько они совпадают с результатами её фаворита Краста. Третий вопрос возникал из второго в случае положительного ответа и подтверждения, что Краст и есть исчезнувший глава едва ли не уничтоженного её же руками рода.
В малом зале поднялась настоящая буря. Багратион понял, что, несмотря на все предпринятые им меры предосторожности, тайное перемещение, отсутствие свидетелей, отключённые камеры и прочее, кто-то его сдал. А об этом знало не так уж и много человек, что наталкивало на нехорошие мысли.
Стефания была в ярости, услышав ответы разведчика. Человек, которого они столько времени искали, оказывается, всё это время мельтешил у них перед глазами! Более того, она провела с ним не одну ночь! И пусть она ничего не помнит, сердце подсказывает, что он наверняка воспользовался подаренной судьбой шансом и опорочил её честь. Ведь это не она играла им, а он использовал её…
Стефания, будь у неё достаточно сил, поколотила бы сейчас главу разведки, на которого сыпались проклятья за то, что он вообще упустил этого наглеца и подпустил к ней.
— А если бы он меня решил убить⁈ Даже я знаю, на что способен Краст! Видела записи его битв и сражений! Думаете, его бы остановил антимагический ошейник? Силу воителя он подавить не в силах в полной мере! Он бы просто сломал мне шею голыми руками, если бы захотел! — кричала она, распаляясь всё больше и больше.
А молчаливый и хмурый Константин стоял и молча слушал её, пытаясь понять, откуда произошла утечка информации. Как Стефания, никогда не интересовавшаяся той научной базой, вдруг решила провести проверку и внезапно выяснила, что на ней был Берестьев. Он сам об этом узнал лишь недавно, и никто об этом не был в курсе, кроме его информатора и ещё парочки человек.