Нано (СИ)

Гектор облокачивается на распахнутую дверцу авто. Он по-прежнему молчит, но в молчании читается вопрос.
— А это точно «Эккарт» послали ту Восьмерку?
Ну, ты должен спросить на всякий случай. Мало ли, в деле окажется замешана, например, «Ровена». Как будто тебе мало проблем.
— Я узнаю. — Гектор кивает и, нахмурившись, уже начинает что-то прикидывать, но быстро мотает головой и снова поворачивается к тебе. — Так что ты будешь делать?
Озвученный, вопрос не перестает быть тяжелым.
— Полагаю, мне нужно поговорить теперь и с «Эккарт», — признаешься ты. — И, по счастливому совпадению, я знаю людей, которые тоже очень хотят с ней поговорить.
Гектор не отвечает, жестом предлагает тебе занять пассажирское сидение.
— Куда-то направляемся?
— Ко мне домой. Тебе же негде упасть, верно?
Что это? Не померещилось? Гектор действительно начинает сожалеть о том, что втянул тебя во все это?
...Пусть эту жалость в жопу себе засунет.
— Слушай... Я постараюсь помочь, хорошо?
Нет, не хорошо.
Но это может пригодиться.
— Я знаю все три башни «Эккарта» как свои пять пальцев.
Амелия тоже наверняка их знает. Но ты не перебиваешь — не в твоих правилах мешать кому-либо устраивать себе проблемы. Особенно если этот «кто-либо» — Гектор.
— И я... Ты знаешь, что ты не один во всем этом?
Внезапный вопрос сбивает с толку. Недавно ты выяснил, что как раз таки один... Но Гектор имеет в виду не расследование убийств.
— Доминик знал не только о твоем существовании, вот что я хочу сказать. В его файлах были и другие Восьмерки. Исчезнувшие, но предположительно живые.
...Великолепно.
— И ты говоришь мне об этом только сейчас?
Если бы Гектор уже не начал вести машину, ты бы его придушил. Хотя... кого ты обманываешь, у тебя едва хватает сил не удариться головой о приборную доску.
Ты потерял способность удивляться. Если сейчас с неба упадет кит, ты только понадеешься, что Гектор не врежется в него
— Я не собирался говорить вовсе. Но ты выглядишь как человек, который вроде как остался один посреди сраного апокалипсиса, как в том фильме... Недавно вышел, ну...
— Гектор.
— Кто-то еще скрылся. Как ты или не как ты, но... Просто говорю, что ты не один и никогда не был один. И, конечно же, не имею в виду себя при этом. — Гектор самодовольно улыбается во все зубы.
— И спасибо тебе за это, — раздраженно откликаешься ты, — такого идиота, как ты, я бы не потерпел даже в одном поле, не то что...
— Не то что на соседнем сиденьи, в его машине, везущего тебя к себе домой.
— Именно!
Пререкания действуют на тебя хорошо, злость помогает мыслить яснее, и ты концентрируешься на том, в чем уверен.
Ты знаешь, что Кристина была убита с помощью нано.
Ты знаешь, как можно выманить Дракона.
Ты знаешь, что информация о твоем прошлом и нынешнем существовании хранится у «Эккарт».
Нано, Дракон, «Эккарт». У всех этих пунктов есть кое-что общее: организация, или даже один человек, который заинтересован в них так же, как и ты. Крест — и Амелия Эккарт.
Так что, похоже, твой путь снова ясен и наблюдается в белый прицел на черном фоне.
Что же до других Восьмерок, которые, возможно, тоже выжили и скрылись, и до их методов обхода протоколов... Разузнать о них — это тоже может стать планом. Цель это важно, и у тебя только что появилась причина выбраться из всего этого живым и здоровым.
Гектор мог узнать о действии твоих таблеток и тех рамках, в которые ты себя сознательно загнал? И потому поспешил подкинуть еще один вопрос, теперь достаточно далекий, чтобы обозначить его в своих планах как будущее, к которому можно стремиться?.. Что-то определенное. Что-то твердое. Что-то, не связанное ни с мафией, ни с корпорациями, ни с Крестом, но ради чего можно двигаться вперед.
Ты гонишь от себя эту мысль. Благодарности от тебя он не дождется.
 21. Каждый охотник желает знать 
Гектор неплохо устроился. Ничего другого ты и не ожидал от корпоративного агента с перстнем «Эккарт», но утром стал заметен весь масштаб его дьявольской везучести. И заодно выяснилось, почему в ночи вы пробирались по квартире тихо и без света. Ты устроился в гостиной с подушкой и пледом, и утром этот плед с тебя стащили.
 
В глаза бьет электрический свет, но слепнешь ты не от него, а от вида крутого женского бедра под полупрозрачным черным халатиком. Выше — тонкая талия и изящные смуглые руки в складках мягкой ткани, а еще выше...
Черт, это надо осмыслить.
Ты закрываешь глаза снова, размышляя, не сон ли это, и слышишь смешок:
— Для такого приятеля, с которым Гектор таскается по стриптиз-барам, ты слишком смущаешься от вида одной полуголой женщины.
Плед уползает дальше, и, снова открыв глаза, ты видишь, как высокая, идеально сложенная женщина тянет плед за собой и небрежно роняет его на пол.
— Не принимаю никаких жалоб, подъем ровно в семь!
Женщина проходит через гостиную в кухню и оборачивается в дверях. Добавляет хищно:
— Никто не будет спать дольше меня в моем же доме.
Тебе не показалось — она сияет ярче солнца. Здоровая гладкая кожа, водопад блестящих черных волос, жгучие темные глаза... Какое-то время вы просто смотрите друг на друга — ты, ужом извернувшись на диване и тупо моргая, и она, застыв в дверях и едва сдерживая смех.
— К тому же, моему дорогому Гектору нужно соблюдать режим, — манерным голоском продолжает она. — Без него милашка совсем загнется со своей изнурительной работой.
Гектор появляется в дверях гостиной, взъерошенный и недовольный, в дичайше яркой зеленой пижаме, от которой твои глаза начинают болеть.
— Кто это? — шепотом спрашиваешь ты, когда женщина скрывается из виду.
— Мой личный тренер, разве не ясно? — Гектор и не думает понижать голос.
— Я его жена! — раздается крик с кухни. Женщина на миг выглядывает из-за двери и очаровательно улыбается. — Анна. Можно просто Аня.
— Очень приятно. Вик, — автоматически отвечаешь ты и поспешно садишься на диване, потирая глаза. Снова смотришь на Гектора. — И нахрена ты ходишь по стриптиз-барам?
Хотя стоило спросить, чем он вообще заслужил такую диву рядом с собой. Потрясающим чувством стиля? Поеданием тортов? Эксцентричным поведением? Что-то в этом мире идет не так. И, как обычно, это становится заметно не когда пули свистят рядом с твоей головой, а когда тип вроде Гектора вдруг оказывается мужем девы модельной красоты.
Гектор плюхается в кресло рядом и пожимает плечами:
— В основном, чтобы пожрать. Аня у нас за здоровое питание, и тебе лучше уходить, если не хочешь познать все прелести завтрака из пророщенной пшеницы.
Аня возвращается в гостиную с двумя чашками. Одну протягивает тебе, из второй отпивает сама и насмешливо хмыкает в ответ на вопросительный взгляд Гектора. Тот закатывает глаза и плетется на кухню.
— У нас прекрасный и плодотворный фиктивный брак, — объясняет Аня. — Мне нужно было платить за квартиру и остепениться, чтобы соответствовать образу честного и порядочного менеджера «Нейроком», а для Гектора брак с застрявшей в Аркадии сотрудницей другой фирмы усложняет его собственную ссылку на большую землю... И я не заинтересована в сексе, так что выкинь все эти идеи из своей головы.
— Ни единой грязной мысли, — честно говоришь ты, — только чистый шок.
И то, что она плотнее закуталась в халат, однозначно помогает мыслить трезво.
В чашке чай, бледный, с плавающими на поверхности травинками и бурой пылью. На вкус ужасен, и Аню явно веселит твоя гримаса. Как минимум, у них с Гектором есть одна общая черта — любовь к издевательству над людьми.
Гектор не скрывает, что слушал ваш разговор.
— Нам надо поговорить насчет приватной информации и того, как легко ты ее разбазариваешь, — говорит он, возвращаясь из кухни.
В его руках чашка, и от нее ощутимо веет запахом крепкого черного кофе. Аня без лишних слов мягко отбирает чашку Гектора и заменяет ее своей. Гектор вздыхает, Аня улыбается еще слаще.