Обман (ЛП)

Я подняла голову, опираясь на локти, поддерживая свой вес.
— Расскажи мне.
— Это не мое дело. Но твоя мама, она хочет поговорить с тобой.
— Что? Ты сказала, что все «хорошо». Значит, она не больна, не так ли? — Я вспомнила, как Брайс рассказывал мне, что месяц назад в Калифорнии ей было нехорошо.
— Нет, ничего подобного, — сказала Джейн. — Изменения. Это старое место не видело изменений… в течение долгого времени.
Я отрицательно покачала головой.
— Скажи ей… — Я глубоко вздохнула. — …скажи ей, что я могу поговорить с ней.
— Дитя, я скажу. Она, наверное, перезвонит тебе с моего телефона.
— Хорошо. Я буду ждать. Но…
— Что?
— Я остаюсь здесь. Я много работаю, и хочу осуществить свою мечту.
— Алекс, милая, этого хочет каждый. Все хотят. Твоя мама, она тоже этого хочет.
Я прикусила нижнюю губу.
— Ей когда-нибудь это удавалось?
— Еще не поздно, никогда не поздно, пока Господь не призовет нас к себе. Я скажу ей, что ты звонила.
Ее ответ вселил в меня немного надежды и в то же время наполнил разум новыми вопросами.
Почему мне никогда не приходило в голову, что у матери есть собственные мечты? Или, все ее мечты были обо мне? Чем она пожертвовала ради этих мечтаний? Была ли Джейн права? Было ли еще время?
— Спасибо тебе, Джейн.
— Помнишь? — спросила она.
Мои щеки вспыхнули, как и с тех пор как я стала достаточно взрослой, чтобы помнить.
— Да, я помню.
— Красивее внутри — вот кто ты есть. А снаружи ты прекрасна.
— Я люблю тебя.
— Ты же знаешь, что я тоже люблю тебя, — ответила Джейн, прежде чем связь оборвалась.
Мои легкие наполнились воздухом как раз перед тем, как я с выдохом рухнула обратно на кровать. Поиски моего потерянного вибратора были забыты, когда мой краткий разговор с Джейн прокрутился в голове. Незаметно для меня слезы потекли из уголков глаз, эмоции, которые я никогда не собиралась проливать. Я ненавидела Саванну, но были такие части, как Джейн и даже моя мать, которые продолжали звать меня, тянуть назад.
Они были частицами того, кем я была, или, может, они были частью того, кем я стала сегодня.
Александрия? Алекс? Или Чарли́…?
Возможно, все трое, испуганная маленькая девочка, независимая молодая женщина и женщина, готовая доверять и любить, чтобы сделать себя цельной. Если это правда, то я не могла оставить ни одной части позади. Мне нужно взглянуть в лицо прошлому и настоящему и признать, что я сделала это не в одиночку. Мне все время помогали.
Глава 27
Аделаида
— Почему она должна прийти сюда? — спросила я, укладывая волосы во французский пучок. Обычно к тому времени, когда Алтон присоединялся ко мне, я уже была полностью готова к ужину. Сегодня все по-другому. Вместо того, чтобы быть внизу, в гостиной или в своем кабинете, как он обычно делал, когда возвращался домой из офиса, он был в нашей комнате, информируя меня о предстоящем ужине из ада.
— Потому что, Лаида, это часть иллюзии, — ответил Алтон таким тоном, словно я спрашивала о чем-то общеизвестном, например, почему небо голубое или море зеленое. — И, — продолжил он, — по словам Брайса, у нее проблемы со всем этим. Маленькая шлюшка была готова взять деньги, но она совсем не ожидала, что это будет от кого-то, у кого была история с Александрией.
Я расправила плечи, осматривая свою прическу и макияж.
— Она мне никогда не нравилась, особенно когда жила с нашей дочерью. Но я… — я старалась подобрать нужные слова. — …никогда не думала, что она проститутка.
Алтон наблюдал за моим ответом, его глаза сужались с каждым моим словом.
— Я никогда ей не доверяла, — продолжила я. — Ты думаешь, она использовала Александрию для собственной выгоды, поощряя ее сопротивление именно для такого случая?
Алтон задумчиво наклонил голову и сделал глоток коньяка из стакана, который держал в руке. После встречи в его кабинете несколько дней назад он, по крайней мере, успокоился по этому поводу.
 
Он присутствовал на нескольких встречах с адвокатами Брайса, которые занимались делом о Мелиссе, и внезапно Алтон Фицджеральд снова стал самым большим защитником Брайса. Алтон объяснил, что компания, в которой Брайс заручился поддержкой Челси, что было просто джентльменским выражением «купил шлюху», была уважаемой и безопасной. Клиентами были в основном известные фамилии, и вероятность того, что Челси станет кем-то еще, кроме искренней подруги, была минимальной или вообще отсутствовала. Очевидно, за всю историю компании никогда не было такого нарушения.
— Тогда все это имеет смысл, — ответил он на мой вопрос. — Это сработает. Все это сработает как грандиозный заговор, назревающий годами, подтверждающий долгосрочные отношения Брайса и Челси.
Я подошла к буфету в нашем номере, утопая каблуками в плюшевом ковре, и потянулась за уже налитым бокалом Каберне. Взбалтывая темно-красную жидкость, я попыталась придумать правильный способ сказать то, о чем я думала, способ подвергнуть сомнению этот план, не выводя мужа из себя снова.
— Не мог бы ты объяснить это?
Он фыркнул, усаживаясь в мягкое кожаное кресло с высокой спинкой и ставя ноги на пуфик.
— Лаида, ради Бога, подумай хорошенько. Ты только что сама это сказала. Думай, как маленькая шлюшка. Она оказалась в одной комнате с Александрией Монтегю. Она видела в этом потенциал. Когда Брайс отправился в Калифорнию навестить Александрию, Челси вмешалась, сказав Брайсу, что Александрия не хочет его видеть и посоветовала Александрии держаться подальше от Брайса. Она была в идеальном положении, чтобы вызвать разногласия.
Я отхлебнула терпкого вина, которое налил мне муж. Было что-то странное в его вкусе. Я посмотрела на бутылку. Оно было из нашей частной коллекции. Может, это был год. Может, дело в том, что я избегала Каберне, Мерло и других красных и пила больше белых в последнее время, все больше предпочитая воду.
Узнав о дополнении в завещании, я избегала более крепкого алкоголя, стараясь оставаться начеку. Я не только не хотела случайно выдать то, что знала, но и слушала и воспринимала все, что говорилось и делалось вокруг меня.
В течение многих лет, слишком многих, я позволяла миру вращаться вокруг меня, довольствуясь тем, что оставалась в блаженном неведении, но больше нет. Время было очень важно, и, судя по реакции Алтона на план Брайса я поняла, что происходит водоворот невидимых моему глазу событий. Пришло время поступить так, как поступала Джейн.
Я не имела в виду ручной труд. Боже упаси. Я имела в виду, слушать. Джейн сказала, что именно так она и поступала, узнав о дополнении. Я думаю, она знала намного больше, чем показывала. Я следовала ее примеру.
Я кивнула, соглашаясь с объяснением Алтона.
Он продолжал объяснять мне, почему я должна принять легенду Брайса и Челси, в то же время анализируя ее. Он хотел убедиться, что она правдоподобна, прежде чем они вместе выйдут на публику, и стервятники начнут кружить и задавать вопросы.
Я слушала, пока последние события проникали в мои мысли. Во время одной из последних поездок Алтона я снова встретилась со Стивеном, молодым стажером. Вместе мы поближе ознакомились с реестром просмотров всех документов моего отца. Оказалось, что, когда Чарльз был жив, мой отец нередко встречался с Ральфом Портером и обсуждал проблемы и юридические документы. Только за несколько недель до смерти моего отца Чарльз встретился и с Ральфом, и с Алтоном.
Все, что мы со Стивеном смогли расшифровать, это то, что они смотрели на структуру корпорации Монтегю.
Даже после поисков мы не смогли точно определить какие-либо конкретные изменения, которые были внесены в результате встречи. Большинство документов, относящихся к корпорации Монтегю, хранились в Совете попечителей. По закону я была его членом, членом с наибольшим количеством акций, но я не могла воспользоваться своими правами, не предупредив мужа. Алтон был назначен моим доверенным лицом во всех делах Монтегю. Стивен объяснил, что, обратившись в суд, я смогу вернуть свои права.