Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 1-6) (ЛП)

Быстро передвигаться было жизненно важно для нашего выживания, и мы оттачивали это умение, желая остаться в живых.
— Конечно, — согласилась я.
Джинсы были практичны и эластичны, но не было ничего лучше, чем пара штанов для йоги, когда бежишь, спасая свою жизнь.
Когда я перешла к нижнему белью, которое с таким же успехом могло быть золотым, свет в этом отделе стал ещё более тусклым. Мы уже щурились и спотыкались в темноте, и я поняла, что мы пробыли здесь слишком долго. У меня был фонарик, который ещё не разрядился, но я очень не хотела использовать его, если это гарантированно привлечёт внимание бродячих Пожирателей.
— Хейли, нам нужно идти, — резко прошептала я.
Я слышала, как она застегнула рюкзак и взвалила его на плечо, но теперь я едва могла различить её фигуру. Мы научились действовать как единая команда. Времени на раздумья больше не было, так что к тому времени, как я снова надела свой тяжеленный рюкзак, она уже двигалась к выходу.
Одним из самых странных моментов апокалипсиса была тишина. Я никак не могла к ней привыкнуть. В моей прежней жизни, до заражения, казалось, что вокруг всегда был шум. Машины на шоссе, музыка из моего iPod, самолёты над головой, разговаривающие со мной родители; всегда что-то доносилось до моих ушей. Теперь не было ничего, никакого фонового гула лифта, чтобы успокоить нас, пока мы делаем покупки, никаких других покупателей, суетящихся вокруг и натыкающихся на нас. Тишину нарушали только наши осторожные шаги и тяжёлое дыхание Пожирателя в соседнем зале.
Чёрт!
Я схватилась за ручку рюкзака Хейли и потянула её назад. Она резко мотнула головой и открыла рот, чтобы, вероятно, спросить, какого чёрта я творю, но я прижала палец к губам и кивнула головой в ту сторону, откуда мы только что пришли. Несколько секунд и, как только она услышала пыхтение и сопение в соседней комнате, она сразу же была готова к моему плану вернуться по нашим следам.
В зале, где сейчас находился Пожиратель, было полно еды для ублюдка, но я знала, что он сможет вынюхать наше живое, свежее мясо буквально в считанные минуты. Это было сродни пойти на запах первоклассных рёбрышек, позабыв про старый, заплесневелый хот-дог.
В лучшем случае он сначала оближет хот-дог, а потом вернётся за ним, как только съест свой прайм риб.
Которым буду я.
Я ступала осторожно, пока мы не вернулись в отдел для подростков, всегда держа пистолет направленным в сторону Пожирателя. Хейли стояла чуть позади меня, её пистолет был направлен влево, туда, где начиналась детская секция.
— Сукин сын, — выдохнула она сдавленным шёпотом.
Быстрый взгляд в направлении её пистолета, и вот — они пылающие красные глаза двух разных Пожирателей. Красные глаза были признаком последней стадии их превращения в зомби — сначала появлялась тяга к плоти, затем останавливалось сердце, далее следовал отвратительный процесс, в котором их мозг всё ещё функционировал, но тела начинали разлагаться, а затем появлялись красноречивые красные глаза, по сути, показывая, что вся их человечность утеряна. К тому времени они становились сильнее, не чувствовали боли и только жаждали мозгов.
В принципе, это отстой.
Они смогли нас учуять, но ещё пока не видели, и поэтому пытались засечь нас, и только потом будут нападать. К сожалению, мы также почувствовали их запах. Но самым отстойным было то, что их было как минимум трое, эти двое и тот, что жевал всю эту восхитительную мертвечину.
Они точно не были стайными животными и обычно перемещались в одиночестве, бесцельно бродя, но если они когда-нибудь оказывались вместе, создавалось впечатление, что у них был коллективный интеллект или что-то в этом роде. Они действовали как одна команда, не разговаривая и, казалось бы, не контактируя, и как только их глаза краснели, их было в сто раз труднее уничтожить.
Мы сами себя загнали в угол, в буквальном смысле, и я не знала, как мы собираемся выбраться.
Я снова оглянулась и впервые заметила выход в углу зала. К нему была придвинута вешалка для одежды со скидкой, и он был едва виден в почти полностью тёмной комнате, но отражающий свет знак выхода всё ещё висел над дверью.
 
Как можно тише я прошептала:
— Позади нас, Хейл. Выход. Ведёшь или прикрываешь?
Пожиратели уже начали продвигаться в нашу сторону. Несмотря на все фильмы о зомби, которые я когда-либо видела, версии реальной жизни не были тупыми и легко убиваемыми ходячими трупами. Они были охотниками, быстрыми и интуитивными. В то время как человечество всё ещё имело преимущество в виде рационализма, полной функциональности, независимости-от-живой-плоти, они точно не были беспомощными противниками.
Хейли подождала, пока произведенный мною шум уляжется, и потом уже ответила:
— Прикрываю, — наконец прошептала она.
И с её благословения я развернулась на пятках и рванула к двери. Я чувствовала её за спиной, но по опыту знала, что она держит оружие наведенным на зомби, которые теперь преследовали нас, желая сделать закуски из наших внутренностей. Я перестала быть тихой и откидывала всё, что попадалось мне на пути.
Путешествие через зал заняло, наверное, секунд пять, но мне показалось, что это была самая долгая пробежка в моей жизни. Я уже слышала, как зомби из соседнего зала пробирается к своим друзьям. Моё сердце бешено колотилось в груди, зрение было сосредоточено только на выходе, а слух был натренирован прислушиваться к любым неожиданностям.
Как только двери оказались в пределах моей досягаемости, я схватила плотно упакованную одежду и дёрнула, чтобы уронить всю стойку, но она лишь покачнулась. Что-то прижимало её к полу.
Подлинная паника покалывала мою кровь, и мои глаза немедленно наполнились слезами от напряжения. Я услышала, как позади меня выстрелил пистолет Хейли, но из-за того, что её дыхание стало шумным, я поняла, что она промахнулась.
А это означало, что в магазине у неё осталось четыре патрона.
Чёрт. Чёрт. Чёрт.
Я снова потянула стойку с одеждой, и на этот раз она сдвинулась на дюйм. Тогда-то я поняла, что она была привязана к чему-то на полу. Пока Хейли выпускала очередную пулю, я опустилась на четвереньки и вслепую нащупала то, что держалось за основание стойки. Как только я нашла толстую верёвку, которая была привязана к основанию, я выхватила свой нож, который хранила в кармане джинсов, и начала неистово резать верёвку.
Ещё один выстрел у меня за спиной, и один из Пожирателей рухнул на пол. Хороший выстрел, Хейлз. Осталось еще, по крайней мере, два Пожирателя, но я слышала движуху у главного входа. Выстрелы, вероятно, подтягивали всех, кто здесь находился.
Наконец я перерезала верёвку, но как только она ослабла, что-то огромное и громкое рухнуло на землю прямо по другую сторону двери. Звук был похож на кастрюли или сковородки и целую гору бьющегося стекла.
Дерьмо!!!
У меня не было времени обдумывать произошедшее прямо сейчас, поэтому я встала, эффектно оттолкнула стойку с дороги и подошла к дверной ручке. Ещё один выстрел позади меня, и упал ещё один Пожиратель.
Я бросилась к дверной ручке и отчаянно повернула её. И ничего.
Дверь была заперта.
— Нет! — закричала я, не обращая внимания на уровень шума.
Последняя пуля Хейли покинула её пистолет, и последний Пожиратель почувствовал удар и упал на пол прямо позади меня. Эти парни были мертвы, но кто знает, сколько их теперь направлялось к нам. У Хейли закончились патроны, а у меня осталось только три.
И наш единственный выход был заперт.
— Чего ты ждёшь, Риган? Давай убираться отсюда к чёртовой матери!
Хейли всё ещё стояла спиной ко мне, целясь своим теперь уже пустым пистолетом в коридор, ожидая, пока остальные Пожиратели последуют на шум и найдут нас.
— Она заперта! Чёрт возьми!
Совершенно запаниковав, я дёрнула ручку и пнула дверь своим новым ботинком. Но ничего не произошло. Дверь оставалась крепко запертой, упрямо не двигаясь с места. Это определённо был худший вариант развития событий.