Спасение клана Учиха (СИ)
Итачи вздрогнул, чувствуя, что снова впадает в сонливое отупение и, стряхнув с себя оцепенение, поднялся и пошёл дальше, раздумывая, не это ли та болезнь, которую предвещали видения старшего брата.
* * *
Он обогнул Хотто и, поколебавшись, направился к убежищу через перевал, сокращающий дорогу почти на двести километров. Горная тропа была не очень сложной, но из-за таяния снегов на вершинах могла быть ненадёжной. Итачи рискнул. Чакра плохо поддавалась контролю, и вряд ли он был способен на какое-то ниндзюцу, но удержаться на ногах — запросто. Пройти оставалось всего-то тридцать километров, чтобы свалиться родным практически на голову, так как убежище находилось по другую сторону перевала.
* * *
Странное журчание привело в чувство. Итачи открыл глаза и понял, что лежит на берегу ручья и слышит, как течёт вода. Пить хотелось неимоверно. Он попытался подсчитать, сколько прошло дней после ранения, но так и не понял. То ли три, то ли все пять, а может всего два… Мысли путались. Бок горел. Облизав непослушным распухшим языком сухие и потрескавшиеся губы, он рывком поднялся. Пить было нельзя. Ручей казался знакомым, и он, пошатываясь, побрёл, чувствуя, что уже совсем близко.
* * *
— Ита-а-ачи-ку-у-н, — он открыл глаза.
Снова.
Итачи испытал крохотное раздражение от того, что организм подвёл его и опять отключился. Раздражение было маленьким, от того, что он просто устал. Смертельно устал.
— Кто-о-ни-и-бу-у-удь! Нару-у-то! — на грани восприятия звуки, сливающиеся в голоса, и какие-то шумы мешали ему спать.
— Что-о-о-сним? — По-мог-и-имне! — Бриего… — искажённо, словно в каком-то зеркальном лабиринте, блуждал странный разговор.
Что-то ярко-красное. Он потянул руку. Мягкое. Потом стало легко и хорошо и было ощущение полёта.
Отстранённо Итачи подумал, что дошёл и что он в надёжных руках, и окончательно отключился.
Часть 3. Глава 6. Страшная находка
Карин медитировала, рассеивая свою чакру, стараясь охватить как можно больше площади для сенсорного обзора. Она примостилась на камне у входа в убежище и с удовольствием вдыхала пьянящий весенний воздух. Сердце томилось от странного предчувствия, и казалось, что что-то должно произойти. Вот только хорошее или плохое понять было сложно. Поэтому Карин решила проконтролировать территорию до того, как её отец вернётся из Та: Орочимару отправился туда по приглашению Даймё Страны Рисовых Полей. Похоже, что во дворце Великому змеиному саннину решили предложить какую-то миссию высокого ранга.
Барьеры гендзюцу пропускали только своих, но на душе Карин было неспокойно, поэтому она рассудила, что «лучше перебдеть, чем недобдеть». Ко всему прочему, так совпало, что из убежища ушли почти все защитники. Итачи и Кабуто вернулись к своей подпольно-шпионской деятельности. Шисуи вместе с Юмико и Казуки взяли миссию сопровождения и отсутствовали уже девятый день. Гурэн с Саске и Кимимаро три дня назад получили задание от одного купца по доставке срочного сообщения в Горячие Источники и должны были вот-вот вернуться. Так что из взрослых остались лишь Ракурэй-сан, который занимался во внутреннем полигоне с Сэном и Нацуми техниками огненной стихии, и Комацу-сан, которой помогали на кухне Юи и Юкимару.
«Младший братик» Наруто вместе с Рензо тренировались на полигоне примерно в пятистах метрах севернее входа. Мина и Таро возились со старшими близнецами. Има, Ёши и Такеши спали. Карин ещё раз проверила всех обитателей убежища, но странное чувство не проходило. Что-то должно произойти.
— Карин-чан, — она обернулась на голос Комацу-сан. — Сходи, поймай пару кроликов, я сделаю жаркое, сегодня должны Гурэн-чан с ребятами прийти, надо побольше еды приготовить… И сорви по пути несколько луковиц порея.
— Да, сейчас! — Карин направилась к условному «кроличьему загону», расположенному в низинке, в которой росла сочная трава и протекал ручей.
Она до сих пор вспоминала, с каким удивлением и радостью впервые ела наваристые супы и похлёбки здесь. Вдоволь напилась молока. А обязательное утром жареное или варёное яйцо, а то и омлет, казались ей чем-то волшебным. Несмотря на целую толпу народа, никто не голодал, и хозяйство, в котором были и куры, и гуси, и утки, и даже маленькое стадо коз, произвело на Карин неизгладимое впечатление. За небольшим огородом ухаживали все по очереди, впрочем, это не требовало каких-то сверхусилий. А традиции праздновать дни рождения и, делая праздник, угощаться чем-то особенно вкусным заставили тут же выучить все именины. Ближайшие были у Комацу-сан, через три дня.
До кроликов Карин не дошла. Радужные мысли мгновенно испарились, стоило засечь знакомую чакру. Чакру, которой здесь быть не должно, и её странный привкус, который ощущался…
— Трево-ога! Кто-нибу-у-дь! — она закричала и, не разбирая дороги, ринулась в сторону тела, в неестественной позе лежащего у ручья.
Это был тот, кого она просто не готова была видеть в таком состоянии.
— Итачи-кун! Итачи! — Карин с ужасом смотрела на обескровленное, ещё более бледное, чем обычно, лицо. Похудевшее. С ввалившимися глазами. Запах. Специфический. Смесь свежей и застарелой крови, а также некроза. Бриджи разодраны до середины бедра, и под футболкой-кольчугой из чакропроводящей металлической лески, тоже порванной, была несвежая повязка с бурыми пятнами. Плащ с красными облаками превратился во что-то вроде короткой куртки: если судить по следам брызг и кривому разрезу на ткани, то Итачи просто отрезал подол кунаем. Но, главное, сильно помятый, раненый, еле дышащий парень был жив.
Через секунду, справившись с первым шоком, Карин взяла себя в руки. Одновременно запуская диагностическую циркуляцию чакры и почувствовав недалеко младшего братишку, она истошно закричала:
— Сю-юда! Быстре-е-ее!
Ещё через мгновение Наруто был рядом. Сине-голубые глаза округлились от потрясения узнавания.
— Итачи?! Что с ним?
— Делай клонов, и понесём его в наш лазарет. Ему надо сделать капельницу. У него сильное обезвоживание и заражение. А ещё, видимо, упал и расшибся, кровь течёт, — распорядилась Карин. Всё внутри словно заледенело, а мысли стали на удивление чёткими и ясными. — Кабуто вызвать некому, отец в Та. Мы с Миной единственные ирьёнины.
Наруто послушно создал тройку клонов, и они осторожно понесли Итачи к убежищу. Карин шла вместе с клонами и их оригиналом, продолжая безотрывно напитывать медчакрой раненого Учиха. Не успевая закрыть многочисленные царапины, в том числе довольно глубокую на ноге, полученную, скорее всего, от падения на острый камень.
Лазаретом в убежище называлась одна из комнат, в которой хозяйничал Кабуто, а Карин с Миной и Юмико обучались ирьёдзюцу. Здесь рожала Гурэн и умерла Саюри. Здесь делались перевязки и оказывали помощь после несчастных случаев на полигоне.
— Положи его туда, — кивнула Карин на толстую циновку в углу. — Я не могу прервать вливание чакры для его стабилизации, так что помогай, раз у меня руки заняты.
— Конечно, конечно, — хором ответила четвёрка Узумаки.
— Пусть один из вас сбегает за самым большим свитком для запечатывания. Если Итачи станет хуже, то надо будет запечатать его и дождаться возвращения Орочимару-отоо-сана. Он сможет вызвать Кабуто и…
— Прости, но заряженных свитков нет, — прервал её Наруто, а его клоны виновато переглянулись между собой. — Когда Итачи забрал вас из Мира Змей, он потратил заряд, а Кабуто не влил медицинскую чакру, я, помнишь, тебе говорил, ты сказала, что сделаешь это сегодня и…
Карин до боли закусила губу, ругая себя за нерасторопность. Свитки требовали очень много медицинской чакры, и она решила до обеда потренироваться, чтобы после слить всё для заряда. Заполнять не до конца тоже было опасно. Как ей объяснил Наруто, эксперименты с кроликами показали, что можно было распечатать мёртвое тело, если не «дозарядить».
— Тогда зови сюда Мину и сразу же беги в Та, найди моего отца и всё ему расскажи, — от страха, что они могут не успеть или не справиться, у Карин пробежали по спине ледяные мурашки. — Мы будем вливать в Итачи медицинскую чакру, поддерживая его жизнь. Я… я с таким не совладаю одна.