Прошу, останься со мной (СИ)
— Да разве в порядке… тебе надо нос обработать.
— Сейчас дождемся машину, тогда уже.
Уже через 15 минут этих чудиков погрузили, осмотрели место, заполнили протокол, не трогая нас с Аней, и увезли.
Поднялись к ней. Зашли на кухню. Подошла ко мне с аптечкой, обработала нос. Просто капилляры лопнули. Нестрашно.
Завибрировал телефон. Чёрт с вами, включил громкую связь.
— Олег Владимирович, он у нас. Дебоширил, успокоили. Куда везти? Перехватили его, когда направлялся к Анне домой. Он по телефону говорил с какими-то людьми, искал, у кого взять пневматику. — Я рассмеялся. Аня замерла. — Решили, что лучше остановить его заранее. У Вас ничего не случилось?
— Ничего особенного.
— Куда его? Мы сейчас на Московском в фургоне.
— Там и оставайтесь, приеду через полчаса.
Отключился.
Стоит, смотрит, в глазах смесь испуга, непонимания и чего-то ещё. Не решается спросить.
— Ладно, спрашивай уже.
— Я правильно поняла, что ты готовился?
— Да.
— Много узнал?
— Достаточно.
— Я просила тебя не лезть…
— Да.
— И ты опять не послушал? — Отошла к плите, оперлась руками. Опустила голову.
— Ань.
— Что? Что “Ань”?! Почему ты постоянно так. Я даже боюсь представить, что происходило всё это время, пока я, как дура, ходила на тренировки… Зачем ты полез?
— Что в этом такого?
— То, что тебя могли убить. Я себе места не находила. Он бы всё равно отстал, зачем впутался.
Встал. Подошёл к ней, обнял крепче… Дёрнулась. Уткнулся в волосы.
— Анют..
— Что опять? Почему ты такой, что тебе вообще на месте не сидится? Приключений захотелось? Нашел девочку с заскоками?
Вдохнул. Моя маленькая. Что просто боится… Кажется. Боится меня потерять.
— С чего начать? Вы 7 лет не могли поставить одного дохлика на место, 7 лет, Ань.
— А ты пришел и все решил?
— Да, но не перебивай пока.
— А то что? — Вздохнул.
— Малыш, мне отнести тебя на диван — раз плюнуть. — Напряглась. — Даже если ты будешь сопротивляться. — Улыбнулся. — Так что дай договорить.
— Да почему ты всё к этому сводишь. Отпусти меня.
— Нет. Я должен делать вид, что ничего не происходит, пока какой-то выродок тебе угрожает?
— Я бы справилась сама.
— Ань, не глупи. Будь ты одна сегодня, что бы ты сделала против пятерых, если бы и он явился?
Молчит, сбив дыхание и заметно дрогнув в моих руках.
— Он… никогда так далеко не заходил.
— Время идёт. Я пробовал поставить его на место словами. Не понял. И тебя бы серьезно не воспринял, продолжал бы так дальше. Ты хочешь нормально жить? Значит надо сломать его так, чтобы дошло раз и навсегда. Сейчас съезжу, поговорю напоследок. Посидит, подумает, прослежу, чтобы все осознал, потом выйдет. Он обычный придурок, ничего не добившийся в жизни, редкостное трусливое говно. Таким много не надо, больше не полезет.
Попыталась повернуться ко мне, не дал.
— Все в порядке. Теперь будет всё хорошо, честно. Он больше не сунется.
— Ты, Мог. Пострадать. Как ты этого не понимаешь?
— И что? — С трудом держу спокойную интонацию. Лучше я, чем ты.
— Да ничего. Всё. Не могу так. Отпусти.
— Нет.
— Да зачем тебе это надо? Зачем лезть в чужую жизнь?
— Уже не чужую…
— Да сколько можно уже, Олег?!
— Столько, сколько надо. — Начал целовать шею. Замерла. — Поедешь со мной в субботу к отцу?
Молчит.
— Анют. Поедешь? Мне нужно, чтобы ты была рядом.
Молчит. Повернул к себе, посмотрел в глаза, замер.
— Да ты моя хорошая… Да глупенькая моя, птенчик мой. — В глазах стоят слезы, прикусывает губу. — Не надо плакать. Все хорошо, малыш.
— Да чтоб тебя… — Ударила кулаком в плечо и уткнулась в грудь, обнял крепче.
— Ты просто испугалась за меня, я все уже понял. Все в порядке.
Всхлипнула.
Простояли так пять минут, обнимал её, целовал в лоб, гладил волосы. Потом пришлось уйти, вспомнив, что нужно сыграть финальную сцену.
***Добрался до ребят. Залез в фургон. Точно — как в дешёвом дурацком боевике… Тот уже начал приходить в себя. Сел напротив, скрестил руки. Ладно, приступим.
— О, проснулся. Сереженька, привет.
Он начал подбираться. Несёт алкоголем. Значит, только на бухую голову мы идём крушить и ломать? Тогда с таким и поговорим, авось запомнит. Скрестил пальцы, продолжил.
— Я гляжу, ты по-нормальному не понимаешь?
— Заткни-и-ись. — Смесь бравой бухой храбрости и непонимания происходящего.
— Ого! — Усмехнулся. — Ты бы закодировался, а то наткнешься на кого-нибудь, кто жизни учить, как я, не будет, и подохнешь тихо в переулке.
Сережа осел.
— Ты… ты. Кто ты такой вообще!? Меня из-за тебя премии лишили.
— Слушай, мальчик, повторю ещё раз, это меньшее, что я мог сделать с тобой. Если я захочу, ты будешь очень медленно гнить где-нибудь за Забайкальем. Усек?
Боже, самого внутри перекосило. Мерзко-то как. Сереженька сжался.
— А теперь ты мне торжественно поклянешься, что больше свой поганый нос сюда не сунешь и отправишься думать над своим поведением, а также поведением твоих знакомых в СИЗО. Смекаешь?
— Да ты… я не хочу. Мне работать надо, ну, пожалуйста….
Рассмеялся.
— У тебя вроде нет проблем со слухом, только аппендицит в детстве вырезали.
— Откуда…
— Страшно? Тогда не суйся к ней больше.
— Да забирай ты себе эту ненормальную.
Цокнул, помотал головой.
— Сереженька, ты тупой? Начнем сначала?
— Я больше не сунусь. Никогда. Простите. Пожалуйста.
— Запомни это.
Вышел, велел отвезти в участок, сам поехал следом. Дал показания, пробыл там до 4 ночи. Как же меня все это выжало. Мерзко. Отвратительно. Хочется смыть с себя всю эту грязь. Как у неё Ксюша может работать с такими? Не понимаю. Как Алекс во всем этом крутится? Как отец с его братом выстроили себе карьеру. Как!? Да, точно, видимо я почти белый и пушистый. К н и г о е д . н е т
Доехал домой, сходил в душ. Вышел, пришло СМС.
4:49 «Алекс»: Разобрался? Я с твоими тоже скоро покончу, не переживай. Не забудь про Веру и позвони уже матери, Олежка.
4:52 Я: Быстро тебе доложили. Нравится следить за моей жизнью?
4:54 «Алекс»: Лучше, чтобы следил я, нежели кто-то другой.
4:55 Я: Что за сантименты? Стареешь?
4:56 «Алекс»: Да нет, ты мне ещё пригодишься.
4:57 Я: В любом случае, спасибо, что пмог.
5:00 «Алекс»: Ты мне уже заплатил. Знаешь, не заморачивайся так, играй дальше со своими принципами. Мне несложно будет следить за твоими врагами.
5:05 Я: И сколько ты хочешь взамен?
5:06 «Алекс»: Передай привет Вере…
5:09 Я: Что ты задумал?
5:10 «Алекс»: Много будешь знать… Всему свое время.
5:11 Я: Старый черт. Не обижай девочку.
5:12 «Алекс»: Мне всего-то 39. Не обижу.
Может, увезти Аню куда-нибудь? Отдохнуть?
Ах, да, надо ещё с родителями разобраться.
Глава 20.1. Ты же этого и хотела?
Анна.
Утро четверга. Чувствую себя потрескавшимся разбитым корытом. Ксюша подбросила до работы. Под стать состоянию весь день льет дождь.
Олег ничего не писал — впервые за все дни знакомства. Час за часом — ничего. Ни-че-го.
Осознала, как быстро привязалась к его сообщениям, словам, фразам. Привязалась к нему…
К тому, как мило произносит моё имя. К тому, как берет за руку не спрашивая. Делает то, что хочет. Морщится, напрягается. К его теплым рукам. К разговору во сне. К тому, как сексуально выглядит утром. Улыбается так, словно понял всю душу. Фыркает, когда его что-то задевает. Скрещивает руки на груди. Подходит сзади, обнимает, целует. Чертовски целует. Так, что потом в себя не могу прийти слишком долго…
Как же меня так… Угораздило? Приручил. Окончательно приручил. Сколько можно притворяться, словно это не так?
Закрыла глаза.