Импровизация в тональности форс-мажор (СИ)

Может быть, Сандра и Бэла тоже об этом подумали и решили отойти куда-то, спрятаться получше? Но куда? И как их должен искать Сашка?
И вообще, в порядке ли они? По истончившейся связи Сашка получил впечатление о неком физическом нездоровье, возможно, травме…
Тут Сашке пришлось зажмуриться: в лицо ему метнулся солнечный блик.
Он раздраженно ругнулся, закладывая петлю — не хватало еще проглядеть что-нибудь важное из-за блестяшки! — и тут его осенило.
Внизу вообще-то нечему блестеть. Сколько Сашка летел, он не видел выходов слюды или кварца. Значит…
Поискав глазами, он обнаружил источник бликов: яркая белая звездочка отраженного света в зарослях какого-то хвойного кустарника — зеркальце! Вот она мигнула, вот опять загорелась. Он направил ступу в ту сторону, все еще настороже: кто бы ни подавал сигнал, аур этого кого-то Сашка по-прежнему не видел. Стало быть, там мог сидеть кто угодно…
Но нет, в зарослях его ждала именно Бэла. Поднимающийся ветер одинаково трепал густую темную хвою и ее черные кудри — завязку для волос она где-то потеряла. В руках она держала один из Сандриных амулетов — блестящий диск, периливающийся синеватыми, фиолетовыми и зелеными разводами. Кажется, он использовался для регулировки температуры в отделении кристаллов; а впрочем, хрен бы с ним.
Сашку сразу поразило, какой изможденной выглядела их пилот, словно поднялась после болезни — или, скорее, еще продолжала болеть. Мешки под глазами, посеревшая кожа… Она даже выглядела похудевшей, хотя невозможно похудеть за несколько часов. Шелковый комбинезон, который еще недавно подчеркивал ее ладную фигуру, теперь казался мешковатым. Что за…
Ступа словно сама собой зашла на посадку по самой крутой траектории, буквально рухнув с неба вертикально. По меркам пилотов — опасный выпендреж, но Сашка слишком спешил. Так же не задумываясь, он выпрыгнул из ступы через борт, не открывая дверцу. 
— Где Санька? — Сашка схватил Бэлу за плечи.
Он подумал, что Бэла отстранится, но она, к его удивлению, покачнулась, приникая к Сашке, как будто ей нужна была опора. Это их-то недотроге-пилоту!
Сашка поразился тому, какая она маленькая и хрупкая: макушка Бэлы едва доставала ему до груди, а его ладони легко обхватывали ее плечи. То есть он и раньше знал, что она сущая дюймовочка, но как-то никогда не воспринимал это настолько наглядно…
Вблизи Сашка наконец ощутил ее ауру: тусклую, колеблющуюся, будто пламя, которое вот-вот потухнет.
— Где Санька? — спросил он с ледяным ощущением непоправимого, которое проваливалось куда-то в желудок.
— Здесь, — Бэла махнула рукой в сторону кустов. — Она в отключке. Итак выложилась до последнего, а потом еще пришлось еще маскировку ставить… тут кружились чьи-то ступы и вроде бы фамилиары… ну, как-то подозрительно эти птички выглядели, короче.
— Ясно, — кивнул Сашка.
Конечно, если кто-то из службы безопасности умеет работать с птичьими или собачьими фамилиарами — а это распространенный навык среди охранников режимных объектов, например — оборотню от них не укрыться. Неудивительно, что Бэла приняла человеческий облик. Но почему она так странно выглядит? И почему ее аура такая тусклая, едва заметная?
Но пускаться в распросы Сашка погодил: ясно было, что на счету каждая секунда. Секунда, которую Санька купила для них ценой последней толики своих угасающих сил.
Неподвижное тело кормчего «Блика» лежало под кустами, прикрытое ветками. Ее аура была куда ярче, чем у Бэлы, и куда заметнее. Сашке стало ясно, что раньше он не видел ее только благодаря маскировке. Но по сравнению с обычным ее пылающим ореолом все равно ничего хорошего.
Сашка легко подхватил подругу на руки — Сандра любила довольно кисло комментировать, как это нечестно, когда при почти одинаковом росте у нее куда меньше мышечной массы, и что эволюция бессердечная сволочь — и понес к ступе. Бэла догадалась забраться внутрь и открыть дверцу, но все равно чтобы перекинуть Саньку через высокий порог, пришлось повозиться. 
Сашка удивился, как мало Бэла ему помогала. Почти совсем не помогала. Словно не оборотневая сила у нее, а обычные тонкие руки худенькой малорослой девочки.
 
Но, к счастью, они успели вовремя. Сашка уже успел поднять ступу и отвести ее на порядочное расстояние, когда увидел над кратером розоватое сияние какого-то широкомасштабного заклятья. Скорее всего, обнаружительные чары — Сашка смутно припоминал, что они светятся именно розовым. Еле-еле уложились, стоило задержаться еще на полминуты — и их бы задело краем.
Сандра по-прежнему оставалась без сознания, сидела на дне ступы, привалившись к Сашкиным ногам. Бэла напряженно всматривалась назад, закусив губы.
— Я правильно понимаю, мы оторвались? — спросила она.
— Вроде, да, — сказал Сашка.
Только тогда Бэла зарыдала.
— Только… не говори Сандре, что я плакала, — пробормотала она, вытирая слезы, которые сдувал ветер. — Она так старалась!
— Что с вами случилось? — спросил Сашка.
Теперь, когда они успешно избежали по крайней мере первой опасности, его должно было бы отпустить — однако чувство непоправимого только усилилось.
В остальном же вести ступу ничего не мешало: сильного ветра не было, солнце, опускаясь в океан, раскрашивало небо живописными алыми полосами, золотило облака и давало достаточно света. До темноты точно успеют добраться до реки, а по ней в город вернуться не проблема.
— Случилось много всего… Слушай, я потом расскажу подробнее, ладно? Орать не хочу.
По Белке и впрямь было видно, что ей тяжело дается перекрикивать ветер.
И все же Сашка настоял:
— Давай хоть в двух словах! Мне важно представлять обстановку.
— Ну, если в двух словах… на нас напали наемники одной из группировок, что следят за нами, мы так и не поняли, какой, хотя главарь наемников была из ОРК. Она взяла меня в заложники. Чтобы меня спасти, Санька выпустила бабочку, и их как-то получилась целая стая… Не знаю, специально она, или контроль упустила. У нее такое жуткое лицо было… — Бэла говорила неестественно ровным тоном, Сашке приходилось сильно напрягать слух, чтобы ее голос не затерялся в шуме встречного потока воздуха. — В общем, они уничтожили… тот отряд, который на нас напал, и вокруг тоже все уничтожили — ну, ты видел. И тайник Князя тоже.
— А из тайника вы что-то успели достать?
— Несколько документов, у меня в рюкзаке… Ну и Сандра воспользовалась специальным заклятьем для поиска информации, насколько я понимаю, у нее в голове теперь что-то вроде конспекта самого важного.
Сашка выругался. Знал он это заклятье. Его недаром использовали студенты для подготовки к экзаменам: долго так новая информация в голове не держалась — сутки, двое, причем многие детали улетучивались почти сразу. Если ты таким образом работал с материалами в библиотеке, нужно было как можно скорее сесть и законспектировать все самое важное. А если не успел, то читай заклятье снова.
Но Сандра валялась в отключке и, что бы она ни узнала, теперь не скоро сможет это записать. Точно половину забудет.
— Амулета, я так понимаю, там не было?
— Не было, но Сандра сказала, что спрута можно выманить на боевую магию…
— Да, мы уже поняли. Спрут сагрился на бабочку, вылез из Володьки и сдох в атмосфере.
— Правда? — спросила Бэла. — Прекрасные новости. А откуда у вас-то бабочка взялась, прилетела?
— Можно и так сказать, — Сашке тоже неохота было пускаться в детали. Рука до сих пор болела.
Тем более, состояние Бэлы ему нравилось все меньше и меньше с каждой секундой — при том, что он с самого начала был не в восторге. Судя по тону девушки, она искренне радовалась за Володьку. Но Сашке не понравились вымученные ноты в этой радости, да и подробностями она интересовалась явно для вида, как будто ее собственные переживания волновали Бэлу больше любых сторонних новостей, причем настолько больше, что она не дала себе труда как следует это замаскировать. Так ведут себя либо законченные эгоцентрики, либо люди, на которых только что обрушилось небо, и все остальное им до лампочки. Бэлу не назовешь эгоцентриком даже с большого перепоя. Что же с ней случилось? Что заставило Сандру так сорваться с нарезки, что она рискнула применить бабочек? Просто нападение превосходящих сил противника?