Импровизация в тональности форс-мажор (СИ)

И никаких признаков погони: преследователей было бы отлично видно на пустынной поселковой дороге, убегающей вниз по склону горы.
— М-да, — сказала Сандра. — Без ложной скромности, неплохо получилось. Телепортироваться туда, где никогда не была — это, я скажу тебе…
— Пустяк для любого мага-пустотника, — улыбнулась Бэла. — Но ты молодец, что освоила этот фокус.
Она начала расстегивать пуговицы сценического комбинезона — легкого, шелкового и с вышивкой. Пришлось одолжить у Катерины и слегка ушить.
— Да ну тебя, — деланно обиделась Сандра. — А где восхищение моими способностями?!
— Тебе очень круто удалось незаметно улизнуть, — похвалила ее Белка. — А теперь отвернись, я буду превращаться.
Бэла одним движением скинула комбинезон.
— Могла бы и не стесняться меня уже… — пробормотала Сандра, послушно разворачиваясь к бухте.
— Могла бы, — ответила Бэла сзади. — А ты могла бы не переживать так, оценят ли все твои выдающиеся способности к магии… У каждого из нас — свои слабые места.
— Значит, удачно вышло, что мы друг друга уравновешиваем, — хмыкнула Сандра.
Когда пауза затянулась, она рискнула оглянуться. Черно-бурая лиса стояла рядом с аккуратным рюкзачком, куда Бэла упаковала свою одежду. Тявкнув разок, лиса развернулась и исчезла в колючих зарослях инопланетного кустарника.
Сандра улыбнулась, подхватила рюкзачок и зашагала выше в горы. Тайник должен быть совсем рядом, примерно в километре. Впрочем, километр по горам — совсем не то же самое, что километр по равнине. Может оказаться дольше, чем они думали.
К несчастью, телепортироваться дальше и чаще у Сандры пока не выходило. Говорят, маги-пустотники способны скакать из города в город, если не с континента на континент, брать с собой двух-трех человек и повторять этот трюк каждые несколько часов. Но Сандре до таких высот еще учиться и учиться.
***
После зажигательного ирландского микса «Контрабандисты» играли ненавязчивую инструменталку — как и положено «фоновым» музыкантам. Холл никогда не пустовал: мимо ходили люди, некоторые обращали на них внимание, даже стояли слушали несколько композиций подряд, но особого ажиотажа не было.
Каждый раз, когда кто-то задерживался, Сашка начинал слегка нервничать. Но Володька записал много часов игры Сандры и Бэлы, и пока все сходило гладко.
Отыграли несколько кусков из концертов Баха и Тельмана, потом, когда народу в фойе прибавилось, сбацали пару песен. Вызнав, что популярно нынче на Земле, они записали попсовый «О, Элберет, Гилтониэль» и еще парочку хитов, в основном про любовь.
Володька не уходил из зала, исправно управлял иллюзией, которая не подкидывала никаких хлопот, и все шло гладко. Даже слишком гладко. Сашка жопой чувствовал, что долго это не продлится.
И точно.
Впрочем, беда пришла откуда не ждали. Он-то думал, что спрут все-таки как-то просаботирует выступление, или кто-то из задержавшихся у музыкантов меломанов заметит, что скрипачка и барабанщица неестественно себя ведут. Однако этого не случилось.
Зато…
— Да это же Белобрысый! — внезапно заорал какой-то подвыпивший игрок. Видимо, торговец, если судить по его видавшему виды рюкзаку (торговцы давно уже не ходят повсюду пешком, но рюкзаки носят как знак гильдейской принадлежности). — Давай, спой нам что-нибудь! Этакое! Я плачу!
И широким жестом игрока, которому только что улыбнулась удача, высыпал на передний бортик низенькой сцены разноцветные фишки.
Сашка понятия не имел, сколько они стоили — не удосужился узнать — но догадывался, что немало.
В толпе одобрительно зашумели, к сцене начали стягиваться люди.
— Про эту группу комикс есть, я читала! — громко сказала девушка в блестящем платье, видимо, туристка, обращаясь к женщине постарше, в кепке, темных очках и с кислым выражением лица.
Черт.
Сашка понял, что не учел, насколько далеко разошлись слухи о победителях фестиваля на Мирабилис… не говоря уже о комиксах Володьки.
— Ага, они в детской зоне играли позавчера, — поддержал кто-то.
 
И это Сашка тоже не учел: что их после детской зоны запомнили.
— Ды, сыграйте нам! — крикнул молодой парень, скорее, подросток. Еще несколько мальчишек и девчонок из его компании поддержали криками и аплодисментами.
— Желание зрителя — закон! — воскликнул Сашка.
Глазами он поискал Володьку — вот он, сидит.
К счастью, хоть они и не рассчитывали на такое, но все же записали несколько «эдаких» песен. Просто на всякий случай. И очень хорошо сделали.
Сашка заиграл на гитаре вступление к «Веселой пиратской», которую немедленно подхватили Людоедка и Катерина, а голограммы Белки и Сандры — с некоторым опозданием.
— Нет, нет! — заорал пьяный гость. — Не это старье! Давай что-нибудь такое, чтобы душа свернулась и развернулась! Чего вы еще не играли!
Сашка поймал в толпе панические глаза Володьки. Они уже практически исчерпали весь свой репертуар на вечер: дирекция не возражала, если песни будут повторяться, даже наоборот, им сказали, что играть одно и то же по кругу желательно — у игроков должно смазываться течение времени. Все в интерьере казино этому способствовало: и искусственный свет, и позолота, и отсутствие окон...
У Сашки такой подход вызывал отвращение, но ни он, ни Бэла, которая вела переговоры с администрацией, разумеется, не стали спорить — им это было на руку.
Теперь же Сашка вдруг увидел в дальних рядах своей небольшой аудитории администратора по развлекательной программе, которого Бэла называла «Владыкой Зла». Он одобрительно закивал, показывая: мол, раз на вас обратили внимание, то поиграйте по заказу, что вам, трудно, что ли?
— Ну ладно, — Сашка понял, что придется принимать удар на себя. «Веселой пиратской» они исчерпали весь свой аварийный запас. Ну, почти. Однако следовало оставить еще что-нибудь на случай других непредвиденных обстоятельств.
— Тогда, — начал Сашка, — я спою вам совершенно новую песню… Только она исполняется строго под гитару, как серенада!
Людоедка и Катерина переглянулись, поняв его задумку. Людоедка отошла вглубь сцены, маскируя замерших как манекены Белку и Сандру, Катерина же сняла с плеча гитару и протянула ее Сашке, забрав у него альт.
Глазами она попыталась его подбодрить: мол, я в тебя верю. Сашка благодарно кивнул ей.
— Ну вот, другое дело… Приглушите свет, пожалуйста!
Их небольшой уголок послушно окутался голубоватыми тенями. Сашка очень надеялся, что в них пассивность «Сандры» и «Бэлы» не очень будет бросаться в глаза.
Он взял нежный минорный аккорд, затем перебором проиграл вступление.
И запел, надеясь, что толпа не просечет, что это вообще самая первая написанная им песня.
— Все твои имена — это сказочный мир,
Это место без тьмы или тени. 
Я пытаюсь решить, что нам надо самим, 
Я ищу где попало спасенья. 
Но бутылки молчит оголенное донце. 
Я буду звать тебя просто — «солнце». 
***
— Это должно быть здесь, — с такими словами Сандра отвалила в сторону огромный камень.
Разумеется, не мышцами — телекинезом. Но мышцы все равно болели, словно помогали ее магии.
Черно-бурая лиса посмотрела на Сандру скептически.
Где-то наверху в этих горах обосновался отель «Сундук мертвеца», к которому нужно было подниматься два дня пешком, поэтому на пути к тайнику эфирницам то и дело встречались раскрасневшиеся туристы с рюкзаками, а также (чаще) небольшие караваны из лам и осликов. К счастью, уже полчаса как они свернули на заросшую боковую тропку и туристы исчезли. И наконец, когда жара, кажется, достигла пика, а захваченная с собой вода подошла к концу, они достигли небольшой расщелины в скальной стене, вход в который закрывал огромный камень.
 
Людоедка подробно описала и это место, и путь к нему, но Сандра в глубине души была уверена, что с первого раза они тайник не найдут. Не с их счастьем… Или окажется, что его уже вскрыл какой-нибудь ушлый турист.