Назови меня по имени, или Укротить миллионера (СИ)

— Ну уж нет! Я долго закрывала глаза на твой идиотизм. Пойти в псарник, когда у тебя столько отличных предложений! Где твои мозги? Да прими ты хоть одно, получи больше денег и помоги тому же приюту для животных материально. Навещай собак по выходным. Приноси корм и… что там еще нужно?
— Юля! — повысила я голос и сжала в руке нож.
— Что Юля?! Признаю, я ошиблась с затеянной авантюрой, но хотя бы попыталась сохранить себе должность. А ты? Поговорить нормально с ним не пробовала?
Я натянуто улыбнулась, замерев с ножом в руках. Тяжесть сдавила грудь. Нудные нотации Юли начинали раздражать, все сильнее рождая во мне злость. И хоть я пыталась абстрагироваться от них, как делала это прежде, упоминание Ромы подорвало мою стойкость. Слишком болезненно мне дался наш недавний разговор. Я не ожидала, что этот мужчина станет настолько дорогим, а его уход для меня будет подобно удару под дых.
— Скрываешь ото всех свои проблемы, даже не пытаясь открыться самым близким людям. Когда ты последний раз звонила своей маме? После смерти отца ты отгородилась от остальных. Забаррикадировалась в этой квартире, строишь из себя святую невинность. Я понимаю твое горе, но это не повод отталкивать нас, — Юля поджала губы и вдруг заговорила тише. — Он не вернется, Вик. Рома будет наслаждаться жизнью, а ты утонешь в болоте, которое сама же и создала.
— Юля, — процедила я сквозь зубы, сжимая кулаки. Меня било мелкой дрожью. Уже тянуло выставить сестру за дверь и хлопнуть ею перед самым носом.
— Боишься правды? Сама же недавно рубила с плеча. А что сейчас? — оказывается, ее неприятно слушать. — Я хотя бы попыталась выгородить тебя перед Ромой. Со мной все понятно, меня уволят и забудут, ведь я обычная девочка на побегушках. А тебя? Тебя он долго будет помнить. Напьется сейчас со своим Робертом, — она повела головой и продолжила: — И пойдет по бабам — искать утешение в тех, кто не откажет.
Я не выдержала. Вышла из кухни и заперлась в ванной.
Меня нещадно трясло. Я оперлась руками по обе стороны раковины и обреченно выдохнула. Не хотела ведь плакать. Вот только слеза сорвалась с подбородка и ударилась о белую керамическую поверхность, превратившись в прозрачную кляксу. За ней последовала еще одна.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я смогла хотя бы поднять глаза и увидеть в отражении дуру, наговорившую много глупостей. Да, можно было поступить иначе. Вот только я отчаянно верила, что сделала все правильно. Нам с Ромой не по пути. Так ведь? Мы из разных миров, у нас разные ценности, а также есть один неприятный момент, который непременно всплывет и станет камнем преткновения. Я… не смогу простить ему смерть отца.
— Наивная, — горько усмехнулась я. — После первой же ночи он ушел бы к другой.
Да, он злился после нашего разговора. Любой бы пришел в ярость, услышав мои слова. Но эта обида была вполне логичной. Я задела его самолюбие, сравнила с псом, хотя собаки для меня — единственная отдушина. Рома тоже ею стал. Ворвался в привычный мир, остановил колесо и вынул оттуда измученную белку. Но зачем ему это было нужно? Не может такой человек, как Ходоров-младший, любить. Или я ошибаюсь?
— Дура… — просипела пересохшими губами.
Я словно прозрела. Перед глазами пронеслись все моменты, связанные с Ромой, в которых мужчина не приставал, а завоевывал. Смотрел на меня с необычным восхищением. Прикасался с нежностью и заботой. Целовал не так, как это делают с женщинами, собираясь бросить их после первой же ночи.
— Дура! — хохотнула я и выбежала из ванной.
Юля вздрогнула и устало подняла голову. Перестала мешать в кружке сахар, словно делала это уже давно и машинально.
— Где его можно найти? — выпалила я на выдохе. — Мне нужно встретиться с Ромой.
— О, поняла свою ошибку? — выгнула сестра бровь и отвлеклась на мигнувший от пришедшего сообщения экран телефона. Прочла, нахмурилась. — Хочешь сделать ему сюрприз?
— Заявиться к нему домой в каком-нибудь странном наряде? — недоверчиво поинтересовалась я.
— Ну, было бы эффектно как минимум. Они с Робертом сейчас пьянствуют, а потом собираются в клуб. Поехали туда, устроим неожиданную встречу.
 
Мой запал на миг погас. Рома не изменился. Однако я отмела неприятные мысли и согласилась. Нам просто нужно поговорить, все выяснить, расставить все точки и запятые, но не обвинять, а на этот раз объяснять свою позицию. Я настроилась решительно.
Мы поехали к Юле, где я позаимствовала у нее платье, накрасилась, даже надела каблуки. Правда, отражение в зеркале мне не понравилось. Слишком вульгарно. Роме нравились более скромные наряды, что-то наподобие моей широкой футболки и бесформенных штанов. Он сам как-то сказал, что они лучше. Но мы ведь не на прогулку с собаками собрались.
Моя решительность крепла с каждой минутой. И даже широкоплечий мужчина, отказавшийся пропустить нас в клуб, не надломил моего стремления. Я уже хотела дождаться Ходорова-младшего на улице, как Юля незаметно передала пару купюр охраннику, и тот уже без особой заминки уступил нам дорогу.
Музыка оглушила. Я на миг растерялась, оказавшись в слабо освещенном помещении, где в центре извивались темные силуэты девушек и парней. В воздухе витал запах алкоголя и пота. Я заозиралась, отчетливо поняв, что не найду среди этих людей своего миллионера.
Сестра взяла меня за руку и повела куда-то в обход толпы. Она явно знала, куда нужно идти. Мы остановились возле одной из колонн, куда почти сразу же подлетел незнакомый мужчина и впился в губы Юли. Я отшатнулась. В непонимании посмотрела по сторонам, как вдруг наткнулась взглядом на Рому возле барной стойки. Вот только он был не один.
Всего миг, но мне и этого хватило, чтобы сделать очевидный вывод. Стройная девушка прижималась к нему грудью, положив руку на его колено, и что-то шептала на ухо, а его ладонь покоилась на ее талии. Мужчина повернул к ней голову, явно собираясь поцеловать. Я тут же закрыла глаза. Отшатнулась, отошла к другой колонне, ощущая, как уходит опора из-под ног.
Не изменился…
Какой же нужно быть дурой, чтобы в случае с Ходоровым-младшим поверить в лучшее? Человек не перестанет вести распутный образ жизни. Он никогда не изменится!
Сердце сжалось от тупой боли. Но со следующим вдохом все прошло. Я смирилась. Поняла, что во всем не права и иду не той дорогой. Да, я скоро утону в болоте.
Слеза скатилась по щеке. Я без особого интереса осмотрела двигающихся в ритме танца людей и поняла, что мне здесь не место. Ни здесь, ни там, возле барной стойки.
Поправив платье, я расправила плечи и направилась к выходу. Хватит! Не хочу больше быть жертвой.
  
Глава 20. Виктория
 
Полгода спустя
Телефон разрывался от бесконечных звонков. Я услышала приевшуюся мелодию еще в душе, но не спешила покидать уютный уголок, где под тугими струями воды думалось лучше. Мысли заполняла моя недавняя оплошность. Неприятно терпеть неудачу. Я анализировала, что же сделала не так, как могла упустить столько нюансов и отчего наша крупнейшая в городе строительная компания понесла убытки. Правда, не стоило забывать, что за последние полгода я сумела составить много выгодных договоров, слепив себе из ничего репутацию хорошего юриста. Но это не оправдание. Специалист своего дела не должен ошибаться.
Вытирая волосы мягким полотенцем, я вышла в комнату гостиничного номера. Меня ждала мама, но появляться в отчем доме не хотелось. После истории с Ходоровыми я еще больше отгородилась от родных, уехав в другой город и отыскав себе работу без посторонней помощи. Они в меня не верили. А я смогла.
— Юль, где-то пожар? — все-таки ответила я на очередной звонок сестры.
— Вику-у-уська, я беспокоюсь. Сколько можно ждать? Ты сказала не встречать тебя в аэропорту, но самолет ведь уже прибыл. Где ты? Твоя мама места себе не находит.
— Скоро буду, — коротко отчиталась и завершила вызов.