Назови меня по имени, или Укротить миллионера (СИ)

Набрала Юлю, настояла, чтобы она немедленно приехала. Ничего не объясняла — поставила перед фактом, что наша авантюра закончена и настало время для решительных действий. Лучше, конечно, чтобы сестра встретилась с миллионером сама.
Горло свело в болезненном спазме. Я шумно втянула воздух, отшатнулась от двери своей комнаты и пошла в зал. Упала на диван. Впилась взглядом в ковер и… заплакала.
Меня разрывало от ударной смеси чувств и эмоций. Но самое обидное, что никакие уговоры не помогали. Я с трудом сдерживалась, чтобы не броситься за Ромой, отыскать его на безлюдной улице и просто поговорить. Признаться в своем поступке, очистить свою совесть и… увидеть презрение на ставшем родным лице.
Я настолько погрузилась в свои переживания, что не сразу заметила, как пришла Юля. От включившего света пришлось зажмуриться. Я заморгала, подняла голову и тут же уронила лицо в ладони.
— Эй, ты чего? Викулька, он тебя ударил?
Сестра опустилась передо мной на колени, заставила убрать руки и заглянула мне в глаза.
— Только не говори, что изнасиловал. Я этого гада урою! Ну, не молчи.
— Помнишь ту историю с моим отцом? — грустно усмехнулась я и вытерла слезы.
— Ты про аварию и какого-то богача, который его подставил? — Юля не понимала, к чему я клоню.
— Тем ублюдком был Рома.
Она с недоумением окинула взглядом комнату. Присела рядом и некоторое время молчала.
— Уверена? Сомневаюсь, что Роман Георгиевич на такое способен. Хотя… Ты поэтому ревешь?
Я шмыгнула носом, покачала головой. Стало значительно легче. Понимание, кем является Ходоров-младший, остудило пыл и помогло привести мысли в порядок. И теперь появилось чувство гадливости. Ведь я сама уже готова была отдаться ему, бежать за ним, оправдываться, будто в чем-то виновата, даже ненароком решила, что влюбилась в гада. Чушь! Смешно…
Вот только засмеяться не получилось.
Меня будто запустили в клетку со львом, и я до последнего видела там величественное животное, а не обычную гиену, которая только и умеет обгладывать чужую добычу. В пасти льва и умереть не жалко. А тут…
От хлопка двери Юля подскочила и распрямила плечи. Приготовилась к бою. Я лишь успела вытереть слезы, перед тем как появился Рома. Суровое выражение лица. Цепкий взгляд, задержавшийся на сестре, и вскоре перешедший ко мне.
Ну точно гиена! Притворяется красивым, богатым, чего-то стоящим, а на самом деле — тот еще падальщик.
В груди кипела горечь. Однако я смогла справиться со своими эмоциями, подавить неуместные теплые чувства к этому человеку и собралась стойко выстоять предстоящее сражение. Появилась мысль трусливо сбежать с поля боя. Пусть сами разбираются, ведь не я была зачинщиком этого дурдома.
— Думаю, вам есть что рассказать, — сказал Рома, глядя прямо на меня. Не злился, будто насмехался — знал!
— Ты прав. Есть, — твердо ответила сестра, явно собираясь взвалить всю ответственность на себя.
Я отлично знала ее характер. За своих горой! И сейчас, обращаясь к мужчине без должного уважения, она ставила себя под удар. Я испугалась за Юлю. Ей еще работать с этим человеком!
На миг прикрыв глаза, набралась смелости. Будь что будет. Ссоры не избежать.
— Ты ведь уже догадывался, что я не твоя сестра? — я стиснула зубы и дерзко посмотрела на миллионера.
— Допустим.
— И если ты остепенишься и начнешь сам зарабатывать деньги, твой отец заплатит мне за это.
Юля положила руку на мое плечо в немой просьбе помолчать. Однако я уже начала.
— Так вот, Роман Георгиевич, шоу окончено! Можете возвращаться к себе домой.
Ходоров-младший щелкнул языком. Мазнул взглядом по стоявшей рядом со мной Юле, вновь посмотрел на меня и кивнул в сторону коридора:
— Поговорим? Наедине.
Следовало отказаться! Я не выдержу и пяти минут рядом с ним. Сдамся. Позорно кинусь его обнимать и начну просить прощения, даже несмотря на то, что он натворил в прошлом. Вот только присутствие Юли придало уверенности. Я тоже сильная!
— Хорошо, — сказала небрежно, повторяя про себя, будто мантру, что он виновен в смерти отца.
 
Эта мысль была моей опорой. Только благодаря ей мне удалось неторопливо встать и с гордо поднятой головой дойти до своей комнаты, оставив позади сестру. Правда, перед дверью задержалась, чтобы вытереть остатки слез. А едва вошла внутрь и увидела спину Ромы, который сосредоточенно смотрел в окно, как те снежным комом начали подступать к горлу.
Ну уж нет!
— Зачем тебе деньги? — упавшим голосом спросил мужчина.
— Их всегда мало, Роман Георгиевич, — такое обращение помогало держать некую дистанцию и не вспоминать события прошедшего вечера. — Как вы уже заметили, я берусь за любую подработку, будь то ночная смена в ларьке или перевоспитание сына миллионера.
На несколько мгновений в комнате повисло молчание. Ее нарушила усмешка, после которой Ходоров-младший резко обернулся. Сердце забилось быстрее, губы предательски дрогнули, а пальцы затряслись. И все это от одного лишь взгляда карих глаз, устремленных прямо на меня. Я сжала кулаки и расправила плечи.
— Ты не довела начатое до конца, я не изменился.
— А это уже не важно.
— Почему же? — он вопросительно выгнул бровь и медленно, словно выверяя каждый свой шаг, двинулся ко мне. — Деньги вдруг перестали иметь значение?
— Нет, — внутренне напряглась я, страшась оказаться рядом с мужчиной. — Вы, Роман Георгиевич, уже починили мою машину — именно для этого мне нужны были средства. Все, ей ремонт не требуется, потому и нужды в этом фарсе больше не вижу.
— Ах, фарсе! — воскликнул он и остановился всего в двух шагах от меня. Так мало, чтобы уже ощутить, как ветвистыми трещинками покрывается возведенная мною стена, и много для понимания, насколько мы далеки друг от друга.
— Надеюсь, полученный опыт пойдет вам на пользу. А сейчас попрошу покинуть мою квартиру.
— Ну уже нет! — процедил Рома и схватил меня за локоть. — Думаешь, этих смехотворных отговорок мне будет достаточно?
Я охнула, едва он дернул руку на себя. Едва успела выставить перед собой ладони, чтобы не врезаться в его грудь и хоть немного сохранить дистанцию. Было больно… не физически — морально. Меня знобило от дикости момента, в котором нужно любыми доступными способами оттолкнуть от себя ставшего дорогим человека. Иначе ведь никак. Потом станет только хуже. Я не выдержу еще одну игру, где я на заведомо проигрышной роли. Когда Рома уйдет сам, едва наиграется с очередной куклой, что станет со мной тогда? Он избалован и довольно эгоистичен — по крайней мере, являлся таким при нашем знакомстве. И люди за считанные дни не меняются. Поэтому миллионер точно уйдет.
— Я могла бы вообще ничего не объяснять, так что скажите спасибо и отпустите меня. Прошу, — голос едва не надломился, однако мне удалось проявить стойкость и не отвести прямого, полного уверенности взгляда.
— Самой не смешно от прозвучавшего идиотизма? — поморщился мужчина и вдруг изменился в лице. — Может, хватит? Ласточка, давай поговорим нормально.
Я удивилась прозвучавшей в его голосе мягкости. Шумно втянула воздух, стряхнула с себя его руку и отступила. Э, нет! На меня его уловки не подействуют. Хотя кого я обманывала? Уже готова была плюнуть на свои убеждения и позорно разрыдаться, тут же бросившись к нему и уткнувшись носом в грудь.
— Так зачем тебе деньги? — уже без доли упрека спросил Рома. — Я ведь вижу, что у тебя какие-то проблемы в жизни. И взялась ты за предложение моего отца не из-за ремонта машины, уж точно. Пожалуйста, давай без лжи.
Сложно! Однако я смогла подавить неуместные эмоции, затолкать поглубже чувства и вздернуть подбородок. Лучше разойтись сейчас, пока не поздно!
— Разве я лгу? Все просто: вами недоволен отец, меня наняли для перевоспитания уже взрослого человека, который до сих пор считает, что мир вертится вокруг него, а я… — иногда правда ранит, но она зачастую лучше тысячи слов. — Я согласилась на эту сделку, чтобы одновременно получить деньги и проверить, можно ли человека выдрессировать, как какое-то животное.