Назови меня по имени, или Укротить миллионера (СИ)
Спустя полчаса тишины раздался тройной стук. Я не хотела открывать. Вот только подумала, что товар могли привезти пораньше, поэтому все-таки отперла дверь и отпрянула, увидев перед собой маленький букетик цветов.
— По клумбам шастал? — посмотрела на довольного собой миллионера. — Рома, люди растили их, вкладывали душу, а ты пришел и вырвал. Тебе не стыдно?
— Признайся, ты всегда такая колючая? — разозлился Ходоров-младший и с размаху бросил эти цветы в мусорное ведро. — Нравится издеваться?
— Это я над тобой издеваюсь? Рома, не ты ли завалился в мою квартиру пьяным, нагадил на моей кухне, едва не изнасиловал этим утром, а вечером вернулся как ни в чем ни бывало и сунул под нос отвратительные пирожные? Мол, скажи спасибо, что и такие принес.
— Сеструха, я же извинился, — двинулся на меня мужчина, однако я уперлась ладонью ему в грудь и не пустила в ларек.
— Молодец, — усмехнулась я, достала конфету и бросила ему в лицо.
Отвернулась и вдруг осознала, что не должна была всего этого говорить. Моя задача — выдрессировать, а не обижаться. Нужно показать, как делать не стоит, приучить к ответственности и привить желание самому зарабатывать деньги.
— Извини, — сказал миллионер тише и потянул меня за руку к себе.
Обнял, начал поглаживать волосы.
— Рома, что ты делаешь? — спросила, уткнувшись носом в пуговицу на рубашке.
— Успокаиваю.
— Кого? Себя или меня? Если меня, то это не помогает.
Я ощутила ладонь на своей спине. Почувствовала приятное тепло, вновь различила аромат острой приправы, будто Ходоров-младший специально посыпал себя ею.
— А ты расслабься, — негромко произнес мужчина. — Уверен, если не будешь упираться руками мне в живот, а обнимешь в ответ, то процесс пойдет быстрее.
— Какой процесс, Рома? Тебе не кажется, что ты сильно перегибаешь палку?
— Ой, будет тебе, сеструха. Сама же знаешь, что обнимашки успокаивают. Давай мириться и жить дружно, — бодро ответил он и тут же содрогнулся от дунувшего ветра.
Мне стало совестно. Выгнала человека в одной рубашке на улицу. Заставляю стоять здесь и мерзнуть. Я поддалась уговорам, шагнула навстречу и обняла только для того, чтобы поделиться теплом, согреть его и хотя бы перед собой загладить свою вину. Не нужно было так остро реагировать на поцелуй. Порой достаточно слов. Все же он не собака, и выставлять за дверь — это уже слишком.
— Эй, сладкая парочка! Товар кто принимать будет?
Я встрепенулась. Попыталась вырваться, вот только смогла это сделать не сразу, так как Ходоров-младший будто не хотел меня выпускать из своих рук. Вопросительно посмотрела на Рому и тут же побежала к машине с коробками. Да что на него нашло? То лезет с поцелуями, то дарит цветы, то обнимает. Я обернулась на миллионера, с интересом разглядывающего меня сзади ниже пояса. Нет, ну, кобель натуральный!
Я старалась больше не обращать на него внимание. Принимала товар, заносила его внутрь, расписывалась в накладной. А он все смотрел, опершись плечом на один из холодильников с пивом.
— А чего твой парень не помогает? — поинтересовался водитель.
— Да он это, калека. У него с поясницей беда. Никакие тяжести поднимать нельзя.
Усатый мужчина покачал головой. Я же не стала долго задерживаться и понесла коробку с чипсами в ларек. Зато когда вышла, услышала интересный разговор.
— Парень, у меня у матери проблемы с ногами были.
Я шагнула назад, спрятавшись за дверь. Не сдержала улыбку, прижала ладонь ко рту.
— Так она в один монастырь ездила, свечку ставила. Знакомая говорила, что должно помочь. Хочешь, в следующий раз за тебя тоже свечку поставит?
— Спасибо, не нужно.
— Ну ты крепись. Жаль, конечно. Молодой, а уже немощный.
Водитель отправился к машине, сел за руль и вскоре уехал. Я же продолжала стоять в дверном проеме и не высовывалась, боясь рассмеяться от одного вида миллионера. А тот не заставил себя ждать.
— Говоришь, немощный? — его глаза пылали яростью.
— Это не мои слова, — все-таки хрюкнула от смеха, чем еще больше его разозлила.
— Не слишком ли много на себя берешь, сеструха?
— Ладно тебе, чего так завелся? — хохотнула я и попыталась обойти его стороной, чтобы забрать последнюю коробку с товаром.
— Смешно тебе, да?
— А тебе разве нет? — прижала я ладонь ко рту и снова собралась ринуться вперед, да только один обозленный миллионер не захотел уступать дорогу. — Рома, дай пройти. Если груз украдут, за него будешь платить ты.
На лице Ходорова-младшего заиграли желваки. Он натянуто улыбнулся, явно пожелав мне сто раз споткнуться по пути к злосчастной коробке. Пропустил. Больше богатенький сынок не проронил ни слова до самого окончания смены. Стоял на улице возле холодильника, укутавшись в мой платок, и смотрел невидящим взором перед собой. Хотелось верить, что в голове его началось переосмысление. Вот только вряд ли подобное случится так скоро. Нужны недели, если не месяцы или годы, чтобы привыкший к роскошной жизни человек увидел настоящую картину происходящего и понял, насколько был не прав в попытке найти счастье в обычной трате денег.
Даже дорога домой заполнилась молчаливым напряжением. Я шагала впереди, ощущала спиной прожигающий взгляд. На этот раз не стала закрывать перед мужчиной дверь, дождалась и пропустила его в квартиру. В какой-то момент едва не попросила прощения за свою выходку, но вовремя осадила себя. Сам виноват! В следующий раз вспомнит мои слова и предложит помощь, а не будет смотреть, как работают другие. По крайней мере, мне очень этого хотелось.
— Ром, я постелила тебе в зале, — сообщила ему, встав в дверном проеме ванной комнаты.
— А как же нормальная работа? — безжизненным тоном спросил миллионер, вытирая вымытые руки.
— Иди, тебе лучше поспать, — сказала и отправилась в кухню.
За каких-то полчаса приготовила себе скудный завтрак. Умылась. Переоделась. Даже накрасилась, так как в салоне нужно выглядеть прилично. А после, едва схватив сумочку со стола, вновь вспомнила о принесенном Юлей бумажном пакетике. И какова была моя радость обнаружить там деньги. Сперва думала не тратить, но решила, что лучше одолжить немного и чуть позже вернуть, чем издеваться над своим желудком.
А едва я стоически выдержала полный рабочий день и уже с сумками, полными продуктов, возвращалась домой, как ко мне подбежал Никита и протянул стянутые резинкой купюры.
— Мама просила передать, — сказал он. — Говорила, что очень извиняется за вчерашнее.
— Сегодня собак нужно выгуливать?
— Не знаю, — дернул он плечами и тут же убежал, сверкая пятками.
— Дела налаживаются, — проводила я его задумчивым взглядом.
Тряхнула головой, желая в данный момент лишь одного — поспать, и снова подняла пакеты. Кое-как добралась домой, разобрала продукты. Думала, в дверях вот-вот появится Роман, но так его и не дождалась. Хотела порадовать вкуснятиной, накормить бедного миллионера, но застала мужчину спящим на диване и не стала будить.
Устало вздохнула и пошла в свою комнату. А там, едва коснулась щекой подушки, погрузилась в глубокий сон. До меня изредка доносился какой-то шум. Я слышала голоса, противную мелодию, но отмахнулась от всего, не желая выплывать из сладкого забытья.
— Сеструха, зачем ставить столько будильников? — прозвучал голос миллионера, а моего носа коснулся запах кофе.
— Так надо… — промычала я. — Не мешай. Мне на работу скоро вставать.
— После какого из них? Уже было пять.
— Как пять?! — подорвалась я, и чашка ароматного, но очень горячего напитка опрокинулась Роме на ноги.
Глава 10. Роман
Я застонал. Трель будильника звенела второй раз, но мне уже хотелось прибить того, кто его поставил. А ведь так хорошо спалось! Пенная вечеринка у бассейна, девушки в купальниках, алкоголь и басы, от которых сносило крышу. Казалось, я успел познать рай, пока в мой сон не ворвались надоедливые звуки и не выдернули в мрачную жестокую реальность. Все та же квартира, небольшая комната с затхлым запахом, которую нужно проветривать через каждые пару часов, и голод. Зверский нестерпимый голод.