Соблазн и страсть

Виконт надеялся, что викарий находился в храме, поскольку вечерняя служба, судя по всему, закончилась совсем недавно.
– Добрый вечер, друзья. Чем могу вам помочь? – раздался вдруг чей-то голос, и через несколько секунд они увидели невысокого пожилого мужчину с огромными залысинами.
После вежливого обмена приветствиями викарий внимательно посмотрел на Сюзанну и Сильвию, – очевидно, он умел ценить женскую красоту. Затем, дружелюбно улыбнувшись Тому Шонесси, мистер Самнер повернулся к Киту и проговорил:
– Я помню вас, сэр. Ведь вы уже приезжали сюда, не так ли? Тогда вы представились известным благотворителем, а потом попросили метрическую книгу нашей церкви, помните? Кит с улыбкой кивнул:
– Совершенно верно, мистер Самнер. Я ничего не забыл. А сейчас мы приехали сюда еще с одной просьбой. Не удивляйтесь, но на этот раз нас интересует ваш помощник. Скажите, в вашем приходе сейчас есть второй священник?
– О, мои помощники никогда не задерживаются надолго, – со смехом ответил мистер Самнер. – Ведь каждому хочется стать викарием и получить свой собственный приход. Полагаю, это вполне естественно.
– А скажите, примерно лет двадцать назад кто был вашим помощником в Горриндже? – допытывался Кит.
Викарий ненадолго задумался и окинул взглядом церковные витражи, затем, снова повернувшись к гостям, откашлялся и пробормотал:
– Думаю, что… Фэрли. – Викарий наморщил лоб и добавил: – Да, мне кажется, я не ошибаюсь. Думаю, что именно он.
– Значит, вы уверены, что вашим помощником был Фэрли? – спросила Сюзанна.
Викарий с ласковой улыбкой посмотрел на нее и закивал:
– Да-да, дитя мое, уверен.
– А какова дальнейшая судьба мистера Фэрли? – спросил Кит. – Вам что-нибудь известно о нем?
– Кажется, ему предложили место в городке… – Викарий умолк и снова погрузился в раздумья.
На сей раз, священник молчал довольно долго, и Сильвия, не выдержав, воскликнула:
– Так, где же?! В каком городке?!
– В Тинбюри! Да-да, в Тинбюри, – тут же ответил викарий, словно громкий голос молодой женщины каким-то образом освежил его память и помог вспомнить давно выскочившее из головы.
– Значит, в Тинбюри? – переспросил Кит. – Кажется, это где-то в средней Англии, не так ли?
– Полагаю, что так, сын мой.
– А вы не помните, когда именно Фэрли покинул ваш приход и перебрался в Тинбюри?
– Он сообщил мне, что получил там место викария, и я не возражал против его отъезда, поскольку никогда не удерживаю у себя молодых священников. Разумеется, я благословил его и отпустил. Но в каком это было году… Нет, точно не смогу вспомнить.
– Мистер Самнер, а у мистера Фэрли были дети? Вы не помните? – спросила Сюзанна.
Викарий в очередной раз задумался, но так ничего и не вспомнил. С вздохом, взглянув на Сюзанну, он отрицательно покачал головой:
– Нет, дитя мое. К сожалению, на этот вопрос я ничего не могу ответить.
Поблагодарив пожилого викария за беседу, все четверо покинули церковь.
Путешествие в дальние страны и религиозная миссия – ведь именно в этом его призвание! Став священником после бурно проведенной юности, Джеффри, как ему казалось, наконец-то обрел смысл жизни. Ему и впрямь нравилась его новая жизнь – тихая и размеренная. Но спустя какое-то время он понял, что ему хочется большего – нести христианское учение другим людям, тем, кто живет в самых отдаленных странах. Иными слонами, он мечтал отправиться в миссионерское путешествие. Правда, для этого ему требовалось раздобыть восемь тысяч фунтов. Именно такую сумму Джеффри собирался попросить у своего кузена – якобы для обустройства миссии и для постройки больницы.
И следует заметить, что Джеффри решил слукавить. Миссионерская деятельность требовала определенных расходов, но не столь значительных. На организацию миссии ушло бы не более шести тысяч фунтов, по подсчетам самого же Джеффри. А просто ему, очень нужны были деньги. Покидая Лондон, он оставил кучу долгов и поэтому не решался там появляться.
Когда-то он ловко использовал свое имя и свое родство с лордом Роуденом, но, в конце концов, оказался в очень затруднительном положении. Алчные торговцы требовали, чтобы им вернули деньги за отпущенные в кредит товары, и неустанно напоминали о себе. Джеффри отнюдь не отказывался платить, но кредиторы навалились на него все разом. Конечно, и раньше такое случалось, однако теперь его долги настолько выросли, что обращаться за помощью к отцу или к родственникам было бесполезно – он и так уже надоел им всем своим попрошайничеством. Торговцы же настаивали на своих требованиях, и ни один из них больше ничего не отпускал ему в долг. А кое-кто из кредиторов даже грозил долговой тюрьмой.
 
Чтобы избавиться от назойливых кредиторов, Джеффри надо было покинуть Лондон, и его отец, будучи тяжело больным, все-таки сумел исхлопотать для сына место помощника викария в городке Тинбюри. К счастью, у тамошнего викария мистера Фэрли дочь оказалась настоящей красавицей, и молодой человек с удовольствием любовался ею – он был большим ценителем женской красоты. И все же ссылка в провинцию оказалась слишком тяжелой, Джеффри там томился от скуки, хотя понимал, что Тинбюри – идеальное место для того, чтобы спрятаться на время от кредиторов, а те, между прочим, уже начинали его разыскивать.
И вот сейчас, оказавшись в Ла-Монтань, Джеффри с изумлением обнаружил, что его кузен не только вернул себе поместье, но и полностью восстановил его. Это казалось чудом, но родовое гнездо Роуденов обрело свой прежний вид; на месте были даже картины, многие старинные вещи и украшения, а также статуи, то есть почти все, что раньше украшало дом, висело и стояло на своих прежних местах (Джеффри прекрасно помнил поместье родственников, хотя в последний раз был здесь еще в детстве).
И теперь уже у Джеффри не оставалось ни малейших сомнений: он поступил правильно, решив обратиться к графу за помощью.
Было совершенно ясно, что у кузена завелись деньги, причем очень большие деньги. Но как же Рису удалось разбогатеть? Неужели и впрямь сумел извлечь выгоду из своего литературного таланта?
Тут кузен взглянул на него с усмешкой и проговорил:
– Итак, Джеффри, теперь ты – помощник викария? Но как ты очутился на этом месте? Почему?..
И в словах, и в голосе Риса была совершенно очевидная насмешка, но Джеффри попытался сохранить невозмутимое выражение. Он понимал, что должен произвести должное впечатление на кузена, чтобы тот ему поверил. Но в глубине души Джеффри сам удивлялся тому, что стал священником.
– Все очень просто… – Джеффри пожал плечами. – Это место нашел для меня отец, и я не стал отказываться. Что касается твоего второго вопроса, то должен скачать, что я очень изменился за последние годы. Теперь я наконец-то понял, что нашел свое истинное призвание.
– Да, разумеется. Тебе удалось найти достойное применение своему хорошо подвешенному языку. Уж лучше произносить проповеди в церкви, чем тратить красноречие на молоденьких горничных или актрис.
– Но это же всего лишь один случай. – Джеффри на мгновение отвел глаза. – К тому же она была удивительно красивой, – добавил молодой священник, однако оправдание его прозвучало совсем неубедительно.
– И удивительно, дорогой! – заявил Рис. – По крайней мере, для меня. Надеюсь, ты знаешь, что у тебя растет сын в Корнуолле. Да, именно туда она уехала. Но только после того, как я заплатил ей. Однако ее бывшие хозяева весьма недовольны ее внезапным отъездом. Судя по их отзывам, у них никогда не было такой прекрасной горничной.
Джеффри невольно вздохнул. «Неужели Рис уже понял, чего я хочу? – подумал он. – Да, похоже, что понял. Потому и взял инициативу в свои руки».
– Кузен, я очень благодарен тебе за это.
– Еще бы ты не был благодарен! – воскликнул граф. – Но мне кажется, ты опять хочешь о чем-то меня просить. Что ж, можешь приступать.
Джеффри откашлялся и пробормотал:
– Ты знаешь, Рис, став священником, я понял, насколько мне по душе такая жизнь. Видишь ли, служба в церкви…