Запретная звезда
Сперва Атису показалось, что он ослышался.
– Как только мы войдем в город, вы направитесь в ближайший храм, – обыденным тоном продолжил граф, любуясь своей трубкой, будто впервые ее видел, – и скажете настоятелю, что больны и больше не можете занимать должность наместника. Отдадите перстень и кушак, табельное оружие и казенного коня, они вам больше ни к чему. Затем в сопровождении храмовников отправитесь в Дом поющих, где останетесь доживать остаток своих дней. Вот что вы сделаете, дорогой наместник.
У Атиса пересохло в горле. Не сказать, что слова Теодора его удивили, нет… Однако до этого самого мгновения он и не думал, что придется расстаться с Айрой. Навсегда. Он невольно дернул хвостом и высунул язык, пробуя воздух – мокрая хвоя и лошадиное дерьмо.
– Я сделаю это лишь после завершения нашей миссии. Надо убедиться, что Эйлит достанет Искру, и…
– Нет. Вы представляете угрозу для всех, в том числе и для Эйлит. Я прошу, нет, требую вашей отставки. Если вы этого не сделаете, я лично свяжу вас и отведу в храм. Силой.
Глаза графа возбужденно блестели – так и сделает, не врал.
Что ж, к этому все шло. За все нужно платить, за победы и за ошибки. Неожиданно для себя Атис вдруг ощутил небывалое облегчение, словно камень упал с души. Словно то, что граф Теодор фон Байль решил все за наместника, принесло лишь освобождение.
Да, теперь он был свободен. Да он не закончил начатое, но положил начало чему-то большему. Пора дать дорогу другим.
– Есть одна женщина, – на слове «женщина» граф заинтересованно вскинул бровь, – единственная, кто поверит вам. Я хотел бы, чтобы вы передали артефакты ей. И Айру тоже. Она сможет о нем позаботиться.
– Что за женщина?
– Леди Лорианна де Гродийяр, глава Королевской Канцелярии.
Лицо Теодора вытянулось от удивления:
– Сама Леди-Канцлер – ваша подружка?
Подружка!.. Как вульгарно! Если бы Лорианна услышала, как ее называют «подружкой», Теодор тут же отправился бы на каторгу.
– Или вы… Стойте-ка, – граф подозрительно прищурился. – Только не говорите, что вы ее засланец!
Атису оставалось только развести руками.
– Тогда ясно, как вы получили эту должность. – Теодор презрительно сморщился. – Что ж, я даже почти не удивлен. Вся эта Магистерия, Канцелярия… Змеиное гнездо.
– Так вы сделаете то, о чем я прошу? – Атису этот разговор уже порядком надоел.
– Хорошо, минейр. Только из уважения к вам я исполню вашу последнюю просьбу.
– Обещайте, что и на острове сделаете все возможное.
– Обещаю, – в последний раз граф почтительно поклонился и скрылся во мраке.
Эйлит, про которую все забыли, подошла ближе.
– Что бывает с магами, которые… больны? – в ее голосе послышалось вымученное сочувствие.
– Их отправляют в Дом поющих, где они и остаются до конца своих дней.
– Как Дом пользы?
– Почти. Только для больных магов.
– Но почему Дом поющих?
– Потому что там служат обученные юноши, которые непрерывно поют особые песни, это успокаивает зверя внутри. Голос у них особый, его развивают с детства. Юношам даже… – Атис запнулся, подбирая слова, – в общем, если ты служишь в Доме поющих, следует забыть о мирских удовольствиях.
– Я бы лучше убила себя, чем провела остаток жизни в четырех стенах, – вздохнула Эйлит. – Я не закончу свою жизнь как зверь, никогда.
– Завет Альхора запрещает магам расставаться с жизнью самостоятельно, – сказал он. На самом деле он уже представлял, как возьмет ремень, подыщет подходящее дерево и…
– Мне кажется, вам будет уже все равно, – невесело усмехнулась девчонка, и наместник удивился, почему она так легко говорит с ним. Разве не боится? Разве не держит обиду? Или, может быть, понимает, что оба они стоят на краю пропасти?
Атис должен рассказать ей про судьбу сестры, пока еще может. После всего, что они пережили, она имеет право знать.
Бисная гавань оказалась непримечательным крохотным городком с небольшим портом. Две горы, похожие на рога, защищали его от бурь, а каменное кольцо скал – от морских штормов. Все строения здесь были серо-бурого цвета, сложенные из крупных неотесанных камней, крышей же служили деревянные чешуйки черепицы. Большие корабли в гавань не заходили, лишь рыболовецкие суда сновали за добычей через северные моря и обратно.
Отсюда же отправляли заключенных на остров Сильхейм, темная громада которого едва просвечивала из-за рассветной дымки. На другой стороне острова, невидимой из гавани, уже не одну сотню лет непоколебимо зиждилась главная тюрьма Королевства.
Морская вода казалась странным серым студнем, лениво вздрагивающим от любого прикосновения. Хмурое небо едва в ней отражалось. Это мнимое спокойствие перерастало в волны там, за скалами, оберегающими городок от штормовых волн.
Завтра Эйлит и граф отплывут, а Атис отправится в ближайший храм, как и обещал. От этой мысли пересохло во рту. Неужели для него все закончится именно так? Хотя это лучше, чем подохнуть в лесу от голода или стрел охотников. Не так унизительно.
…Хотя был один путь, путь, что казался сейчас самым правильным, но и требовал наибольшего мужества. И наместник, кажется, почти готов был его выбрать.
Они миновали главную улицу городка и вышли на влажный от морских брызг причал. Рыбаки грузили утренний улов в бочки, сушили сети, кто-то громко зазывал к себе весельников.
– Я договорился с хозяином вон того аркелля. – Граф указал на судно под названием «Средний палец». – Они готовы довезти нас, но пришлось предложить в два раза больше. Плыть на этот остров далековато.
А что делать? Не самим же лезть в воду.
– Зверь на борту – плохая примета, – отозвался хозяин аркелля с обветренным лицом и выцветшей красной банданой. – С ним, – он указал на Атиса, – не поплывем.
– Он не плывет, – успокоил его граф. – Только мы.
Вот и все.
– Я могу погулять на берегу? – спросила Эйлит озабоченно и указала на каменистый пляж, голубая полоска которого виднелась из-под воды.
– Пусть гуляет, у нас будет долгий разговор с хозяином, – отмахнулся граф.
Атис согласно кивнул. Эйлит спрыгнула с причала и метнулась к пляжу, лишь галька хрустнула под ногами. По прошествии всего одной ночи что-то неуловимо изменилось в девушке, хотя она изо всех сил старалась вести себя как обычно и не вспоминать о произошедшем.
Эйлит что-то искала среди мелких розовых камней, по-детски сев на корточки. Он так и не поговорил с ней. Сейчас самое время.
За пеленой туч светился бледный диск солнца – день близился к полудню. Наверное, жизнь в Бисной гавани мало изменилась с Альхоровых времен: вечный шум моря, крики чаек, брань рыбаков. Почему-то это успокаивало и навевало тоску по дому.
Аркелли мерно покачивались на волнах. На некоторых сидели жирные чайки – летающие морские чудовища, пожирающие все без разбору. По пути сюда Атис видел, как один такой монстр целиком проглотил крысу.
– С погодой вам повезло, – начал наместник, принюхиваясь. Пахло солеными камнями. – Надеюсь, и завтра море будет спокойным.
Эйлит все так же продолжала сидеть и перебирать камни. Словно до окружающего мира ей не было никакого дела.
– Что вы делаете? – не выдержал он.
– Циглер сказал, что на берег выбрасывает ракушки. – Она нехотя показала Атису раскрытую ладонь, на которой лежали мелкие завитки. – Просил привезти ему парочку. Посмотреть. Да и Эйдин будет интересно, – ее голос дрогнул.
– Что-то вроде этого? – Он протянул ей раковину, не похожую ни на одну из тех, что она собирала в Бисной гавани, большую, с тонкой щелью и зазубринами, покрытую пурпурными пятнами.
Эйлит осторожно взяла ее двумя пальцами, чтобы получше рассмотреть:
– Спасибо. Очень красивая.
