Повелитель драконов (СИ)

— Сколько мы уже тут бродим? — спросил Клавдий. — Дня два?
— На счет дней не скажу, но это уже третий привал, — ответил я, — если я не сбился со счета.
— А по мне так мы целую неделю тут шатаемся, — добавил Бран, после того как прожевал кусок солонины.
— Да ты только бы и ныл, — осадил его Клавдий. Бран усмехнулся и продолжил жевать.
— Такая разруха… — сказал профессор и горько вздохнул, правда, затем слегка улыбнулся и продолжил. — Но я ожидал, что тут все будет уничтожено. На удивление большая половина города сохранилась. Современники битвы у Серой горы писали, что землетрясение было настолько мощным, что его чувствовали даже на севере Сивиля.
— Тут все было обустроено для того, чтобы выдержать причуды стихии, — вставил свое слово Леонард. — Это видно и по конструкции залов и колонн, поддерживающих своды. Альды знали, где строят свой город, и были готовы встретить напасти.
— Но даже это знание не сохранило город в целости, — заговорил я.
— Все просчитываются, — согласился Лео. — Не думаю, что они задумывались о таком мощном катаклизме.
Никто не думал, что битва у Серой горы закончится трагедией, в которой никто не оказался победителем или проигравшим. Землетрясение и извержение унесло жизни сотен людей и эльфов.
После привала мы отправились дальше. Преодолев еще несколько коридоров и помещений, небольших и малых, занятых мастерскими, лабораториями или залами сборки, мы оказались у широкой арки открытых ворот. Из-за них лился свет, и веяло жаром. Табличка над вратами гласила о том, что здесь начинаются глубокие копи Ашал’митира, по легендам шахты доходили даже до Пепельных зубьев.
За массивными дверями же оказалась просторная пещера, потолки которой поддерживались толстыми каменными колоннами. Все они утопали в море багряной лавы, которая затопила эту часть шахт, и наверняка, все прочие тоже. Над лавой на протянутых по всему залу рельсах застыли вагонетки, пустые и еще набитые доверху камнем.
— Тут нам не пройти, — огласил очевидное профессор. — Вернемся и попробуем поискать иной путь.
— Я видел еще пару дверей, пока мы искали проход, — сказал Бран. — Не проверял куда они ведут.
— Теперь и посмотрим, — добавил Дерек и развернулся в обратную от шахт сторону.
Мы вернулись в коридор и спустя некоторое время отыскали путь дальше. Через очередной зал группа вышла к лестнице. По ней мы спустились на следующий уровень: никаких табличек не было, но я смел предположить, что это был уже сто второй чертог. Гудение горы все усиливалось, оно заглушало даже звук шестерней и свистящего в трубах пара. Гора стучала, выла. Казалось, мы слышали сердце самой земли, которое билось где-то в недрах.
Все дальше и дальше мы уходили в земную твердь по бесчисленным уцелевшим коридорам. После четвертого привала, нам посчастливилось выйти к воротам, надпись над которыми гласила «Механикум».
— Никогда не слышал о таком, — произнес профессор.
— Это снова не кузни, — с огорчением вздохнул Дерек. — Но выбор у нас небольшой. Проверим и этот зал.
— Соворус говорил, что это сто второй чертог, — отозвался Криг. — Я верю, что мы уже близко. Мастерские, лаборатории, маслохранилища… все уже позади. Кузницы где-то рядом.
— Пока мы шли, — вступил в разговор Лео, — я пытался набросать в голове примерный план постройки Ашал’митира. Альды строили город кольцами, вокруг жерла, — он рисовал в воздухе круги. — Вы заметили, что чем глубже мы уходим, тем шире становятся кольцевые коридоры? — спросил он и я задумался, как и все остальные. Лео тем временем продолжил. — А где может быть организовано место под голема огромных размеров?
— Не имеешь ли ты в виду жерло? — выдвинул свою догадку Дерек.
— Именно! — огласил Леонард и довольный собой щелкнул пальцами.
— Вы хотите сказать, что мы все время ходили вокруг него? — поинтересовался Клавдий.
— Получается так, — ответил Лео. — Однако мы не нашли еще ни одного прохода, ведущего в центр горы.
— Если кузницы и были в жерле, то теперь от них ничего не осталось, — сказал Дерек. — Все мы видели затопленные шахты.
 
— Вот именно, повелитель — затопленные, но не уничтоженные. Помните, я говорил, что альды прекрасно знали, где строят свое жилище? Температура лавы огромна, но не настолько чтобы уничтожить альдонерское железо.
— Ты в этом уверен, Лео? — спросил у него Дерек. Когда Лео не задумываясь кивнул, Дерек добавил. — Тогда вернемся назад! Отыщем проход в центральную часть. Его наверняка завалило, и мы просто-напросто пошли по проторенному пути, в обход.
Послышался скрип. Все обернулись к воротам, у которых мы собрались. Пока мы решали, как поступить, Бран не терял времени и отворил створку дверей.
— Эй, да не глядите так на меня, — начал он. — Ну что мне стоять надо было без дела? Да и мы что зря проделали такой путь вниз, чтобы возвращаться? — продолжал Бран, но я уже не смотрел на него, как и все остальные. Мы устремили свой взор на то, что показалось через небольшую щель между дверьми. — Да куда вы все уставились, а? — вновь заговорил он и сам глянул в дверь, раскрыв ее пошире.
Мы все кинулись в зал.
Остановившись посреди чуда, которое альды назвали Механикумом, я пытался понять его предназначение. Просторное помещение имело сферический потолок, сплошь состоящий из шестерней. Их было бессчетное множество всевозможных размеров: от самой крошечной, с ноготок, до огромных колес. Мы стояли на металлической решетке, под которой расположилось второе полукружие сферы, тоже из шестерней. Все они вращались в такте, издавая глухой шум. Осматриваясь, я увидел как на потолке, по едва заметным реям медленно двигались четыре диска. Большой диск походил на золотой, среднего размера диск казался железным, небольшой диск, зависший над средним, — блестел серебром, а крошечный — имел красный оттенок, но из какого материала он мог быть изготовлен, я не представлял. Такие расцветки однозначно говорили о том, что это Нифлвар и его луны. А весь зал, в котором мы находились, теперь напоминал мне огромных размеров армиллярную сферу.
— Какой механизм! — охнул Леонард. В глазах его загорелось пламя. Он бегло осмотрелся и, приметив что-то в стороне, ринулся туда. — Гений альдов непредсказуем! Вы только поглядите.
Леонард указывал на широкий пьедестал возле стены. Я, Дерек и профессор подошли к нему. На пьедестале расположилось множество рычагов, верно, отвечающих за работу огромного механизма, в котором мы оказались. Также в него было встроено два небольших металлических барабана, на которые нанизывались многогранные колеса. Леонард аккуратно покрутил эти колеса, и оказалось, что на каждой гране были выбиты альдские цифры от нуля до девяти. Каждый барабан делился на пять секций: три первые состояли из двух колец, четвертая — из одного кольца, а пятая — из четырех. На единственном колесе в четвертой секции были символы, которые я сперва также принял за цифры, но они обозначали один из четырех месяцев года. На дальнем от нас барабане медленно вращались колеса двух первых секций.
— Это просто чудо! — вскричал Леонард. — Мне же не сниться это? Криг, скажите, что вы тоже видите это.
— Леонард, мы все видим это устройство, — отвечал профессор. — Лучше подтвердите мои догадки. Я вижу год в альдском летоисчислении, — профессор указал на пятую секцию колес дальнего барабана. — Это месяц, а это дата.
— Я думаю также, Криг, — ответил Лео. — А рядом время. Дальний барабан, судя по всему, показывает настоящую дату. Видите, он крутится? Сейчас, согласно альдскому механизму, день сорок восьмой, месяца Лидор-аур, он же Летящих листьев, года две тысячи сто пятидесятого по альдскому счету, на наш счет — триста сорок первый четвертого столетия. Час предрассветных сумерек.
— Если тот барабан показывает время сегодняшнее, то, что делает этот? — спросил Дерек, указывая на ближний к нам барабан.
Лео почесал подбородок. Закрыл глаза, что-то стал мычать. Потом уставился прямиком на рейку, на которой двигалась модель Нифлвара. Еще несколько минут молчания, а потом глаза Леонарда широко распахнулись, а губы растянулись в улыбке. Он не смог сдержать смеха.