Повелитель драконов (СИ)

— Хм… — задумался он.
Когда боль от удара по голове утихла, мне удалось вздремнуть. Дерек все не унимался: то бродил по камере, то вертелся на тюфяке.
Стражники вернулись спустя какое-то время. В тщетных попытках добиться от них хоть пары слов, я расспрашивал их по поводу того, когда нас выпустят. Талк снова поставил поднос с мисками, хлебом и на сей раз стаканами. Они ушли, забрав с собой свет от факела и позволив темноте снова объять все вокруг. Так в сырости и мраке, мы отведали тюремной перловки и кислой воды.
Во мраке время тянулось медленно, казалось, что оно вовсе не движется. Но его ход восстанавливался, когда стражники приносили еду, а вместе с тем свет. Стража приходила еще четыре раза. Я прикинул, что они приходили на рассвете и вечером. Тогда выходило, что нас уже продержали в казематах три дня, во всяком случае с того момента как мы пришли в себя.
Время мы коротали в тишине. Когда же это становилось невыносимо, разговаривали, строили планы. Один раз ни с того, ни с сего Дерек решил пофилософствовать. Я отметил, что он мог бы подискутировать с самим Алдреном. Так и проходили эти промежутки времени между приходом стражников.
И вот, когда спустя последнее их посещение нам удалось и поспать и побеседовать, у дверей камеры снова закопошились. Дверь распахнулась и свет, такой чуждый и столь же желанный после этого мрака, заполонил камеру.
— Выходите, — прозвучал голос, — по одному.
Вперед вышел Дерек, за ним я. На сей раз, стражей было трое.
— Руки, — произнес один из них. Мы покорно выставили руки вперед и двое других надели на нас кандалы.
Когда за нами закрыли камеру, нас повели по узкому коридору, вдоль множества темных камер. Впереди шел стражник с факелом и освещал всем путь. В коридоре стенания стали громче, но теперь отчетливо становилось ясно, что пленников было не столь много, как казалось нам, когда мы были в камере.
Мы поднялись по винтовой лестнице на два пролета. Темница, судя по слухам, уходила глубоко под холм Тимин, на котором возвышался дворец, и никто, кроме служащих тут тюремщиков, не знал сколь глубоко находятся камеры.
От лестницы нас снова повели по коридорам. Помещений тут было меньше по сравнению с нижними уровнями. Тут по коридору прокатился душераздирающий вопль, переросший в рыдания. Вскоре ведущая нас процессия остановилась подле дверей. Стражник стал открывать ее, я в это время осматривался и заметил раскрытую камеру. Нет, пыточную. В просторном помещении стоял стол, за которым сидел побледневший талк, привязанный к стулу ремнями. Именно он кричал. А причиной тому, как было видно по свежей крови на столе, стал отрезанный палец. Другой талк, в сером камзоле, расхаживал по камере. Он не сразу заметил, что дверь отворена и в нее кто-то смотрит. Но как только обратил на это внимание, он спешно закрыл дверь, наградив меня презрительным взглядом.
Нас ввели в такое же просторное помещение, освещенное множеством факелов. В его центре стоял стол и три стула. Стражники усадили нас на стулья, и вышли из комнаты, не проронив ни слова. Я осмотрелся. Выход отсюда был только один — дверь, через которую нас ввели. По крайней мере, видимых для глаза. Пульсирующая боль в висках не оставила меня и тут, что говорило о том, что и здесь все еще присутствуют чары блокирующие магию.
— Первым говорить буду я, — предупредил я Дерека.
Дерек молча кивнул головой.
— Тогда постарайся договориться, чтобы нас отпустили, — добавил он.
— О, не переживайте об этом, — раздался за спиной приятный на слух голос. От неожиданности мы повернули головы к дверям. Но там никого не было.
— Достопочтенный архимаг и elai'raess, кого вы там ищите? — вновь раздался тот же голос уже совсем рядом. Мы развернулись обратно, и у стола бесшумно расхаживал талк в сером кожаном камзоле. На лице с характерными острыми чертами была довольная ухмылка. — Вот вы меня и нашли! — объявил он. — Позвольте представиться. Мастер Ардэл Дрендар иир Индалир.
 
— Мастер Дрендар, по какому праву вы смеете удерживать нас тут? — начал я.
— Нет, нет, нет! — доброжелательный тон талка исчез, как и его ухмылка. — Вопросы тут буду задавать я! Такова уж суть допроса, архимаг. Притом вы сами вызвались отвечать первым. Это отлично!
Он перестал расхаживать и склонился над столом.
— Что же, — с явным наслаждением в голосе начал талк, — приступим.
Но не успел он что-либо сделать, как дверь камеры со скрипом отворилась, и резкий окрик прервал его:
— Я сам ими займусь, мастер Дрендар.
— Как пожелаете, лорд-управитель, — ответил ему талк и отошел от стола, его уязвленное лицо полное злости стоило видеть.
В дверях стоял сам лорд-управитель — глава Сонраза или серого собрания, глаза и уши короля. Он был облачен в легкого покроя серые штаны, заправленные в высокие черные сапоги. На теле была серого цвета рубаха расшитая серебряной филигранью. Поверх нее был надет распахнутый серого цвета камзол, полы которого опускались управителю до щиколотки; он был скромным, лишь тонкие светлые полосы по краям манжет и высокого воротника как-то украшали камзол. Лицо лорда было чисто эльфийским — характерные острые скулы, немного вытянутый подбородок, и золотые глаза, в которых читались и надменность, и осторожность, и хитрость. Длинные пепельные волосы не прикрывали заостренных ушей, которые были не прямыми, а отдаленно напоминали серп.
Лорд-управитель растянул губы в подобии улыбки и сверкнул своими белыми зубами. Стянув кожаные перчатки и передав их одному из стражей, что сопровождали его, он направился к нам. Ступал он бесшумно, как и подобает всякому шпиону.
— Наконец передо мной сидит сам elai'raess, — произнес лорд-управитель спокойным голосом. — Слава идет впереди тебя, Дерек Гиблер. Позвольте представиться — Талариэн Дагреван иир Карванар — лорд-управитель Его величества кабинета разведки и Сонраза. Надеюсь, мастер Дрендар не успел утомить вас? Нам предстоит долгий разговор. Я думаю, вы много сможете мне поведать.
Начнем, пожалуй, с доклада посла Его величества Элаундира в Сивиле, — лорд-управитель достал из кармана камзола аккуратно свернутый исписанный лист и развернул его. — Он сообщает, что архимаг и elai’raess под ложным именем проникли на прием и в его рабочий кабинет, где искали различного рода записи секретного содержания. Что вам известно об этом?
Я собрался начать, но Дерек поступил умнее. Он достал из-под стола руки в кандалах и демонстративно бухнул ими по столу. Поняв его замысел, я поступил также. Лорд-управитель смерил нас пронизывающим взглядом, но его лицо осталось спокойным, точно каменное.
— Aldare, valir! — он позвал стражей из-за дверей своей грубой и режущей слух эльфийской речью. Стражи вошли в зал, и он добавил. — Снимите с них эти кандалы!
Исполнив приказ, стражи вновь скрылись за дверью.
— Итак, я жду, — правда, нетерпение лорда-управителя выражалось только словами, лицо, взгляд и движения были спокойными и сдержанными.
— Лорд-управитель, — наконец начал я, — как член Совета я требую присутствия консула Капитула на допросе! А также разрешение Совета на проведение сего действа! До тех пор вы не имеете права держать нас тут!
— Достопочтенный архимаг, скажем так: вы не в том положении, чтобы что-то требовать, — Талариэн Дагреван стал расхаживать вдоль стола. — Тут властвую я, и Капитул вам не поможет, даже сам король не помешает провести этот допрос. Если вы намерены и дальше тянуть время, то извольте. Я пробуду тут столько, сколько потребуется и вы тоже, — он остановился прямо напротив меня и стал смотреть своими пытливыми глазами. — Мне повторить вопрос?
— Что же, лорд-управитель, о вашем своеволии узнают! — угроза была несостоятельной, но, по моему мнению, необходимой. — Касательно вашего вопроса: мне прекрасно помнится упомянутый в докладе прием, — я сделал вид, что вспоминаю тот день и даже стал поглаживать бородку. — И с послом я виделся в тот вечер. Но чтобы куда-то уйти, даже в крыло посольства, такого быть не могло. Я не мог отлучиться хотя бы на минуту — столько было дел, столько всего нужно было уладить. Обо всем остальном, упомянутом послом, мне ничего не известно.