Повелитель драконов (СИ)
— И толком ничего не ясно? Нет каких-то причин почему город вдруг остановился? — допытывался Дерек.
— Когда я был в столице, еще ничего не было понятно. Совет пригласил из Умбоджи механиков и конструкторов. Может они найдут причину. Но давайте прервемся, — Вересир встал и направился к стеллажу, на котором аккуратно стояли столовые приборы и кухонная утварь.
Вересир достал чашки и разлил в них настой из горячего чайника. Пряный запах наполнил всю гостиную.
— Выпейте, это настой из моих любимых трав, — сказал Вересир, пододвигая нам чашки. — Он восстановит силы и придаст ясность разуму. Нам это пригодится, для обсуждения всех насущных дел.
Мы выпили настой и после затянулся долгий разговор.
— Сначала я закончу о более важном и срочном, о Ходячем городе, — начал Вересир. — Я знаю, что род Чардор просил вас заняться этим делом, поэтому попытаюсь помочь всем, чем смогу. Нарн’Зир очень важен для лесного народа, это символ их единства.
— Да, все опасаются новой войны, — добавил Дерек.
— Тот недолгий раздор все помнят, но никто не учится на ошибках, — кивнул друид. — Но, честно, я не думаю, что в этом виновен хоть кто-то из знатных родов. Это не саботаж.
— И что же по-твоему? — поинтересовался я.
— Пусть столица и считается сердцем мидов, но конструировали ее альды. И столетия город не получал должного ухода.
— Их конструкции существуют веками и не останавливаются. Даже в Ал’доре, пострадавшем от извержения Серой горы, до сих пор встречаются големы, насколько мне известно, — озвучил я свой довод.
— Да, но на них не действует один фактор, мой друг. Природа. Боюсь, климат просто повредил все. Поэтому город и остановился. К несчастью, мою точку зрения разделяет меньшинство из совета, — Вересир вздохнул.
— Нам остается только разобраться уже на месте, — подытожил Дерек. — Вы говорили, что туда выписали механиков из Умбоджи?
— Да, они прибыли как раз перед праздником и уже начали работать. Но как я и сказал: ничего конкретного.
— Хорошо. С их помощью по части механизмов будет проще.
— Возможно… — добавил Вересир. — Ах, да. Вот еще что. Я бы рекомендовал вам обратиться к ложе, как только вы прибудете. Правда, боюсь, что многие отбыли в Моронар (там сейчас не спокойно), и вы никого не застанете, кроме трех мастеров, что вызвались разобраться в происшествии. Но они должны помочь. Как и я, они наверняка уже знают, что Чардор просил elai’raess решить проблему.
— Если это будет мне по силам, — Дерек подлил в стакан настоя.
— Все знают, что elai’raess, носитель драконьей крови, годиться только в драконоборцы. Но не все хотят понимать это. Они видят в тебе только спасителя, помощника во всех насущных и не очень делах. Да не знай народ про то, что драконы вернулись, бегать тебе от одного селянина к другому и лечить их больных кур.
— Да, это точно, — усмехнулся Дерек. — Но я всегда готов помочь, хотя бы чем-то.
— Это похвально. Просто все это…
— Большая ответственность, — договорил Дерек за друида. — Простите, но мне с детства об это твердит Соворус. Буду поступать так, как сочту нужным. Но спасибо за наставление.
— Да, ничего не меняется, — растянул улыбку Вересир. Он перевел взгляд на меня. — Ну, старый друг, теперь о делах Совета?
— Пожалуй. Но сперва я хотел бы знать: была ли в небе кровавая луна?
— Хм… Я понял, о чем ты. Я видел лорда. Бедные оборотни были в его свите, они окончательно сошли с ума… Нет, охота не начиналась. Он просто пришел в леса и стал бродить. Вы что-то об этом знаете?
— Я бы не спрашивал, — отрезал я.
— Верно, верно. Пока его свита и он сам бродит в чащах и сторонятся селений. Он удалился на юг. Я как раз следил за ним. Дорога к Тропе средь лесов пока свободна.
— Приятные вести, — кивнул я.
Мы еще побеседовали о решениях Круга друидов, о том, что приключилось в Моронаре. Там всегда было не спокойно, но по заверениям Вересира, Часовые пока справлялись, да и на помощь им удалились магистры Телварской ложи. Меня это очень насторожило, еще не ясно было куда делся Лирн Красный Череп. Моронар — место темное, некроманты, да и прочая нечисть там чувствует себя как дома. Вскоре Дерек откланялся и пошел кормить коней, я и Вересир обсудили дела и когда он вернулся, друид пригласил нас на ночлег. Мы приняли предложение: до столицы было рукой подать, а там было бы не до сна.
Пока еще было светло, Вересир просил отвести коней к другой стороне древа, где для них было обустроено удобное место, а я пока занялся приготовлением ужина. Отужинали мы там же, в гостиной. Дерек расспросил Вересира о друидизме и особенностях культуры мидов, а после друид разместил нас в небольших комнатушках-кельях, а сам же по винтовой лестнице отправился в свои покои.
Ночь была тихой. Только листья шумели. Я быстро уснул.
Грохот. Громкий шум. Крик. Рык. Все это казалось сном, если бы не истошный вопль и голос Вересира, зовущий меня. Я вскочил с постели и выбежал в гостиную. А там произошло сражение.
Дверь была выбита с петель, а на полу, среди разломанных полок и стеллажей, в крови лежало два тела. Оборотень, вся морда и лапы которого были сплошь в крови, и Дерек. Он был без сознания, на груди зияла рваная рана — три отметины от когтей и такая же на бедре. А запястье правой руки было прокушено.
— Ох, Соворус, помоги! Быстрей! — закричал Вересир, как только я появился в гостиной.
Я бросился к Дереку и принялся залечивать ужасную рану на бедре и глубокую на груди. Вересир занимался оборотнем. Тот не дышал, но видимо был еще жив. Вересир поил его настоем, который снял с кушака и шептал заклятия. Раны Дерека затянулись, но ему долго придется восстанавливаться после них, а вот чего я боялся больше всего так это укуса.
Вересир закончил шептать и оборотень прямо на глазах сначала уменьшился в размерах, облез и после принял вид израненного мида, со сломанной челюстью, сильным ожогом на плече и раной в груди.
— О Великая Ким! — взмолился друид. — Ужасно! Зря я оставил вас у себя, — он снял с колен тело мида, тот тяжело дышал, но кровь уже больше не шла, и пододвинулся к Дереку. — Я надеюсь… — и тут он увидел укус. — Нет… Великая мать!
— Ты же вылечишь его? — я был рассержен, не на друида конечно, а на себя, ибо знал, к чему приведет укус оборотня.
— Я постараюсь. Делать это нужно как можно быстрее. Обращение может произойти на следующий день, — Вересир был встревожен.
— Делай все что сможешь, — я обхватил Дерека и потихоньку стал тащить его к комнате.
— Не все так просто, — раздался голос друида за спиной. — У меня есть только одна выжимка пыльцы… Вторую придется делать очень долго, а этого бедолагу нужно спасать как можно быстрее, иначе его уже не вылечить. Мне придется использовать старый метод, Соворус.
Я оказался перед сложным выбором: оставить несчастного, больного волчьей заразой, чтобы тот окончательно обратился и потерял разум; дать Дереку обратиться и также вскоре лишиться разума или же попрать решения Совета и убить хрупкую, невинную аврору ради спасения обоих? Некая злоба, даже ярость охватила меня в ту секунду, но я пересилил это.
— Приступай, — лишь ответил я и больше не проронил за ночь ни слова.
***
Оба пролежали без сознания практически весь следующий день. Миду становилось хуже. Я и Вересир делали все, что было в наших силах. Вересир дал ему выжимку из пыльцы аврор, как только тому полегчало. Она должна была излечить помутнение разума мида и полностью избавить от превращений, к несчастью, последнего эффекта могло не произойти, такое случалось редко, но случалось.
Как только миду стало лучше, я оставил Вересира, а сам проведал Дерека. Ему было значительно лучше, чем миду, но его заразили. Обращение обычно не контролируемо, особенно первое. Поэтому необходимо было срочно сделать вторую выжимку.
В полдень Вересир отправился в Шепчущую рощу, я как раз залечивал оставшиеся раны у мида. Затем отправился сменить повязки Дереку. Оказалось, он уже очнулся. Он лежал на постели и глядел в потолок.