Повелитель драконов (СИ)

— Соворус, где вы научились так бегло переводить альдонерик? — восхищенно вскрикнул профессор, когда я закончил.
— У меня было много времени и возможностей выучить мертвый язык, — мрачно ответил я, а перед глазами всплыло мимолетное воспоминание.
— Обязательно напомните мне, что я хотел взять у вас пару уроков, — говорил профессор, но его перебил Дерек.
— Это все? — спросил он.
— Да, насколько я могу судить, — ответил Криг.
— Профессор, попробуйте развернуть куб. Судя по всему это последний триум, что был записан. В нем должны быть ответы, — сказал я, после того как еще раз пробежался глазами по тексту.
Профессор нажал на еще один рычаг, и изображение исчезло, а куб развернулся другой стороной. Затем свет заново наполнил линзу и высветил новые надписи на стене.
— «Сегодня случилось страшное», — прочитал я. — «Все конклавы вместе с Главным конструктором и архитектором Арантилом Бтарогом провели долгое время за обсуждениями. Подлец погиб, а мы до сих пор расплачиваемся за его слабость и предательство. Работы над Карсиром пошли в еще большем темпе. Мы должны успеть завершить его, пока еще можем. Весь наш народ, все наши достижения и знания зависят от него, от нашей судной машины, попытки преуспеть там, где мы проиграли у Ашал’митира. И снова мы в бешеных темпах стремимся завершить начатое. Иронично. Но сфера подлинная, в этом сомнений нет. Начатое должно быть окончено! И когда Карсир выйдет из глубин, тогда мы расплатимся с долгом подлеца сполна, а затем поквитаемся и с недостойными», — закончил я перевод. — Профессор, поверните куб еще раз, пожалуйста, — попросил после.
Куб снова развернулся, после того как Криг нажал на очередной рычаг. На этот раз на стене высветилось только одна строка:
— «Все пропало! Ничто не спасет нас! Подлец обрек наш народ!» — прочитал я.
— И это все?! — недовольно воскликнул профессор.
— Так оно и есть. Последние слова хроникера.
— Но это ровным счетом не отвечает ни на один наш вопрос. Нет ничего конкретного, — возмущался профессор. — Что в конечном итоге произошло?
— Меня больше интересует кто такой этот «подлец»? — подал голос Дерек. — Как видно все беды из-за него.
— У него нет имени, — начал рассуждать профессор, — его именуют «подлецом», значит, он либо был изгнан, либо совершил преступление против деяний конклавов. И все это произошло во время Войны «машин». И все сводится к сфере. Насколько я понял, они собирались воссоздать судную машину, ту, что уничтожила Ал’дор и половину союзной армии в битве у Серой горы. Теперь становится понятно, почему она взорвалась. Но что такого сделал этот «подлец», что это повлекло за собой гибель всех остальных альдов. Неужели какая-нибудь болезнь? Чума магического происхождения, появившаяся после взрыва ложной сферы? Такое возможно, Соворус?
— Магическая чума? Да, почему нет? Стоит вспомнить только Обарский мор, вызванный экспериментами чародея Анадриэля иир Ларелля. Но тогда почему только альды? Там были солдаты союзной армии, там были император и король. Да и не могла она спать столько лет, чтобы проявиться в один прекрасный день и убить весь город именно тогда, когда тут оказались все последние альды. Нет. Это не чума.
— Тогда что же? Нападение гибельников? Собственные творения восстали против хозяев? Но нет ни тел, ни скелетов! Нет ничего! Да даже одежды нигде нет, если они вдруг рассыпались в прах. Они просто…просто исчезли. Как будто тут никого никогда и не было…
— Тот голем, где мы нашли сферу, Карсир, как они его назвали — их судная машина. Они хотели изничтожить «недостойных», а в итоге поплатились сами. Чтобы тут ни случилось, они заслужили это. Как говорит Алдрен: «Чем выше заберешься, тем больнее падать», — говорил я, откровенно презирая альдов. — Их неугомонная жажда знаний, жажда раскрыть границы непознанного, их высокомерие и надменность, сыграли с ними злую шутку.
— Значит, вы склоняетесь к тому, что они погибли из-за своих экспериментов? Да, это возможно. Сфера. Не зря андры хранили ее так глубоко и так далеко от себя. Нужно попробовать просмотреть еще какие-нибудь триумы. Может там есть что-нибудь еще.
 
— Я видел такие стеклянные кубы, когда мы шли сюда, — оживился Дерек, верно, утомленный нашей беседой. — Сейчас принесу!
Но не успел он выбежать из обсерватории, как послышался крик. Мы переглянулись. Дерек ринулся из обсерватории. Криг же сперва подбежал к пьедесталу, снял с него триум и только потом, вместе со мной выбежал.
Мы с профессором догнали Дерека на лестнице. Завидев нас, Бран впопыхах громко произнес:
— Быстрее… Твари… они напали на подъемник! — задыхался он и указывал дрожащей рукой на двери библиотеки. — Моран и Эрелор их задерживали, пока я бежал к вам. Надо спешить! Они грозились сбежать.
Мы побежали за ним обратно к башне.
Сквозь шум стекающей воды были слышны визг и неприличные выкрики кого-то из группы. Когда мы оказались возле башни, там было пять трупов гибельников. Моран и Эрелор стояли все залитые слизью этих тварей. Эрелор, кажется, был ранен.
— Быстрее! — крикнул нам Моран. — Они возвращаются!
В тот момент, когда мы подбежали к подъемнику, по проспекту из нижнего города бежала толпа гибельников. Они лезли также и с уступа.
— Долго же вы провозились там, — сказал Эрелор и, бросив прут, прижал рукой кровоточащую рану.
— Откуда они взялись? — спросил Дерек.
— Понятия не имею! — огрызнулся Моран. — Небось, эти, Дерасовы отродья, чего-нибудь вытворили.
Тут я вспомнил об охотниках за сокровищами.
— Где Киран и Гаюс? — спросил я. В нас уже полетели копья.
Я отбросил все, что смог, заклятием. А Дерек опалил двоих, что уже практически бросились на нас.
Профессор вынул шпагу и вместе с Мораном оба стали отбиваться от гибельников.
— Если они сейчас не появятся, мы уходим! — рявкнул Моран, после того как разрубил одну тварь.
— Вон они! — прокричал Бран и указал пальцем в сторону проспекта.
За рядом нападающих на нас тварей, я разглядел, как Киран вместе с Гаюсом бежали к подъемнику со своими тяжелыми тюками. За ними впритык гнались гибельники. В них летели копья, но пока охотники за сокровищами уворачивались.
Опалив еще троих тварей, я выбежал вперед, чтобы помочь Кирану и Гаюсу, а Дерек, профессор и Моран остались добивать гибельников возле подъемника. Тех, что нагоняли наемников, я отбросил магией, но там был не десяток гибельников — целая стая, взявшаяся непонятно откуда.
— Кидайте мешки! Вы не сможете убежать! — крикнул им Дерек, появившийся возле меня.
Гибельники были уже близко, Дерек метнул в стаю огненной стрелой, я пустил молнию. С противным визгом пораженные твари падали и валили с ног своих собратьев, но они стали нагонять Кирана и Гаюса при крутом подъеме в гору.
— Бросай тюки! Дерас бы вас побрал! — крикнул Бран.
— Надо уходить, — произнес Моран. — Пока еще можем.
Гаюс бежал впереди Кирана, он аккуратно взглянул назад и, видимо, ужаснулся, потому что побежал еще быстрее, а потом и вовсе бросил свой мешок и рванулся к нам. Он пронесся мимо и вскочил в подъемник.
Киран не последовал его примеру. Он все также продолжал еле бежать, а его уже нагнали гибельники. Вот копье полетело, прямо возле него. Еще одно. Он успел увернуться. Другое откинул Дерек.
— Они уже близко: надо уходить! — настаивал Моран.
— Все в подъемник! — скомандовал я. — Приготовьтесь и ждите! Дерек, уходи!
— Что ты хочешь сделать? — спросил он и поморщился от боли, когда прикоснулся к перевязанной руке.
Я не ответил, потому что уже начал читать заклинание. Я поднял руки к своду пещеры, сжал кулаки. Они затряслись от тяжести, которую я хотел взять. Затем, я выкрикнул последние слова и резко опустил руки вниз. В тот же момент сверху раздался треск, и на гибельников позади Кирана посыпалась груда камней. А потом затрещало что-то еще, где-то вдалеке. И в миг, с характерным звуком, эхом разнесшимся по пещере, из-под свода полетели массивные цепи, на которых держался голем. Он с грохотом обрушился в котлован.