Заучка на факультете теней (СИ)

— Нельзя терять контроль, — шепнули губы.
А глаза взяли и закрылись. Связь с тенями мгновенно пропала, а я провалилась в сон.
— Привет, дрозд. Наконец-то пришла. Я ждал.
— Сокол…
Я едва сдержала ругательство, осознав, что случилось. Я в особенном сновидении! Но как же не вовремя! Мама может явиться в любую минуту и выдернуть меня отсюда. А тут он! Сокол! Тот, которого я так рада видеть. Увы, встреча получится рекордно короткая.
— Я же говорил, что-то изменилось! — объявил мой друг — Прошли считанные дни, а мы снова в лабиринте. Нужно это обсудить. Но сначала разрядка. Давай! На перегонки!
— Нет, — я показательно села у стены. — Не сегодня. Я устала.
Это была ложь. Гонки по полу и стенам бесконечных коридоров — лучшее развлечение в жизни. На них я способна в любом состоянии. Но если меня выдернут из теневого сна во время бега, придется ой как не сладко. Рискую больше вообще не встать.
— Трудный день? — спросил сокол.
— Трудные дни, — ответила я отстраненно.
Ибо не знала, о чем говорить. Всегда существовали ограничения, темы, которые лабиринт не терпел. Однако мы могли обсуждать теневую магию, обычаи нашего мира и многие другие вещи. Теперь же я боялась сказать лишнее. Вдруг неосторожное слово подскажет, кто я в реальной жизни. Чужой ненависти мне хватало в избытке. Я к ней давно привыкла. Но отчаянно боялась увидеть наполненный отвращением взгляд сокола. Это бы меня сломало.
— А у тебя как дела?
Дежурный вопрос, предполагающий такой же ответ.
Парень пожал плечами.
— Слово «отвратительно» подойдет?
— Кто постарался? Семья? Друзья? — еще один вопрос. Такой же, как и предыдущий.
— У меня нет друзей, — отрезал сокол. — Ни на факультете. Ни вообще. Я не тот теневой маг, с которым хотят дружить. Ну, кроме тебя. Но я бы предпочел, чтобы ты была больше, чем другом. Иногда мне кажется, я знаю тебя лучше, чем самого себя.
Я чуть не рассмеялась. Сокол ошибался. Я сама до конца себя не знала. Ибо всю жизнь притворялась кем-то другим и не очень понимала, где заканчивается цветочная фея Келли, вечно играющая безумные роли, и начинается Келли-тень, скрывающая от всех истинную сущность. Кто из них более реален, а кто иллюзорен. А впрочем, может сокол не так уж и не прав. Я не рассказывала правды о происхождении, но всегда обходилась без фальши.
— Дрозд, послушай, — он сел напротив меня, но не у противоположной стены, как раньше, а близко-близко, так, что мы — две субстанции — начали перемешиваться. Хотя это была лишь видимость. — Нужно прекратить встречаться вот так. Я люблю наши гонки. И разговоры. Но я хочу…
Он не договорил. Наклонился еще ближе и…
Даже не знаю, можно ли было считать это первым поцелуем. Ни один из нас не почувствовал настоящего прикосновения губ. Только подобие. И все же… Проклятье! Я испытала та-акой спектр ощущений — от страха до эйфории, что впору сойти с ума.
— Дрозд, скажи что-нибудь…
Сокол отстранился и пристально смотрел на меня. Я не видела его глаз. А он моих. Но взгляд я ощущала кожей. Хотя и кожи в теневом сне у меня не имелось.
— Дрозд…
— Келли, где ты?!
Вот теперь я перепугалась до смерти. Мама! Она пришла. Ждет меня в лично созданном измерении. А я сплю, утратив связь с тенями предметов. Я с соколом, который только что меня… поцеловал.
— Келли!
Я вскрикнула. Ибо то еще «удовольствие», когда твое сознание вырывают из сна, а тело перемещают в иное измерение. Ощущение будто пропихнули через горлышко бутылки, а потом бросили с высоты. Впрочем, последнее было не такой уж иллюзией. Я приземлилась на каменный пол. На живот!
— Вот зачем так делать? Я бы проснулась и… пришла.
— Проснулась? — мама возвышалась надо мной в черном закрытом платье. — Странно. Я не почувствовала, что ты спишь. Я тебя вообще не ощущала, Келли.
— Я спала и, кажется, очень крепко, — заверила я, поднимаясь.
А сама удивилась. Мама меня не чувствовала. Ну, дела!
Неужели, наш общий с соколом сон настолько глубок?
О, да! Это была моя тайна. Единственная тайна от матери. Сама не знаю, почему не рассказывала ей о теневом приятеле и лабиринте. Быть может, хотела, чтобы все это принадлежало мне одной. Или же боялась, что маме не понравятся мои встречи с незнакомым парнем, и она найдет способ их прекратить. С нее станется.
 
— Начинаем тренировку, — объявила мама.
— Хорошо, — кивнула я и удивленно ахнула. — Стоп! Как я вообще стою на ногах?
Если маг заходит в иное измерение через портал или тени предметов, то все проходит естественно. Но когда его переносит кто-то другой, он вмиг теряет львиную долю сил, будто выжали подчистую. Но я хоть и ударилась, чувствовала себя сносно.
— Это измерение в измерении, здесь действуют иные законы, — пояснила мама с легким задором. — Мы на факультете теней, а он сам по себе не реальный мир. А это измерение, — она провела рукой по воздуху, демонстрируя мрачный зал с древними на вид колоннами, — создано внутри него.
— Надеюсь, здесь будет полегче тренироваться, — бросила я, разминая руки.
— Не надейся, — усмехнулась она в ответ и спросила: — Готова?
В голове спиралями завивался туман, а на губах все еще горел поцелуй сокола, хотя в реальности он их не касался. Но я ответила:
— Готова!
— Контроль, Келли! Контроль!
Созданная мною тень покинула измерение и кралась по коридорам факультета, заглядывая то в одну спальню, то в другую. Мне не очень нравился этот внеплановый шпионаж, но маму ситуация развлекала. Она не боялась, что меня (точнее тень) поймают. При малейшей опасности, я могла легко ее уничтожить. Это, правда, грозило сильной слабостью на пару дней. В интересах любого мага, чтобы «шпион» всегда возвращался назад после задания. Но в случае опасности, можно от него избавиться. Меня все равно никто не вычислит. Кто ж заподозрит несчастную феечку, которая, если и создает теневые ростки, то спонтанно, да еще синего цвета.
На самом деле в детстве мне пришлось сильно помучиться с этим самым синим цветом. Светлая примесь дала о себе знать, и ростки, а затем тени не желали получаться серыми. Я потратила не один год, чтобы добиться правильных оттенков. Это была идея мамы — выпустить в Ллойда Веллера синие тени, так похожие на корни деревьев. Так она решила меня обезопасить на будущее. Мол, синий цвет — это отличительная черта феи. Если дело рук Калисты Корнуэлл, то все всегда синее-пресинее.
— Контроль, Келли! — повторила мама, прохаживаясь мимо меня. — У тебя такое лицо, будто вот-вот стошнит. Ни единый мускул не должен выдавать, что ты ведешь тень.
— На твоем факультете подобное выражение никого не удивит, — попыталась сострить я и заработала недовольный взгляд.
А тень гуляла и гуляла по другому измерению. В этом и заключался фокус. Мама нарочно усложнила мне задачу. Одно дело управлять «шпионом» из спальни на факультете, другое — из зала с древними колоннами. Но я неплохо справлялась. Тень пряталась в темных углах, проникала сквозь стены и двери, подсматривала и подслушивала не предназначенные для моих ушей разговоры. Какие именно? Глупые девчачьи. О противоположном поле в основном. К студентам мама запретила соваться. Только к студенткам. Вот тень и бродила по их спальням, но почти сразу же покидала их. Лишь в одной задержалась.
— Ходят слухи, что тех девочек похитил Ллойд Веллер.
Три студентки сидели на полу и с заговорщицким видом шептались о похищениях.
 
— С чего ты взяла?
— Говорят он ненавидит отца и хочет навредить. Чтобы тот лишился должности.
— Должности скорее лишится Армитадж. Это же ее факультет.
— Сайрус Веллер — ректор. Он в ответе за всю Академию, в том числе за факультет теней. Тем более, он сам тень, и должен уметь наводить здесь порядок.
— Но та девочка. Не помню, как ее звали. Та, что исчезла последней. Она же была протеже Ллойда.
— Подумаешь! Может, он потому ее и опекал, чтобы сделать одной из жертв. Это бы отвело от него подозрения. Чем не алиби? К тому же, Ллойд последний, кто ее видел в тот день. А еще я точно знаю, что Эрика — первая пропавшая девчонка — ругалась с Ллойдом в коридоре накануне исчезновения. Да так, что стены дрожали. Леди Армитадж следовало бы допросить его как следует, но вряд ли она решится. Сын ректора как-никак.