Стану тебе женой (СИ)

Рад обнимает меня за талию и на глазах у этой наглой девицы легко целует в губы.
– Спасибо, мы с моей будущей женой заглянем к вам как-нибудь в другой раз.
Он уводит меня прочь, крепко держа за руку, словно малое дитя.
Настроение портится ко всем чертям! Это теперь так всегда будет, когда мы Радмиром будем появляться вместе? Каждая пигалица будет тыкать мне моим возрастом, потому что я старше Радмира и в априори не могу быть его любимой женщиной, или я что-то не понимаю?
– Наташа, расслабься, – говорит Радмир, когда мы отходим на приличное расстояние от ювелирного магазина.
– Не получается! “Давайте я вашей сестре покажу другие варианты”, – с точностью копирую интонацию голоса продавца-консультанта, – она даже не смотрела в мою сторону.
– Милая, только не говори, что ты приревновала меня к той девице? – спрашивает он, а я обиженно поджимаю губы и взгляд в сторону отвожу.
Да! Я ревную! Чёрт возьми… Я с ума схожу от мысли, что он однажды найдёт себе моложе, красивее. Мне тридцать четыре и с годами я не стану выглядеть лучше, а для мужчины возраст – всего лишь цифры. И это звездец, как меня парит, но признаться об этом вслух я не решаюсь. Не хочу показывать свою уязвимость, не хочу, чтобы считал меня инфантильной дурой. Когда тебе двадцать то это нормально – закатить своему мужику истерику, в тридцать четыре уже должно быть стыдно!
Фальшиво улыбнувшись, вздёргиваю подбородок вверх. Смотрю в его глаза-омуты и понимаю, что бешусь я не от того, что меня сестрой назвали. Бешусь от того, что на Радмира девки сами вешаются, а он меня выбрал. Потому что любит, наверное…
  
Глава 10
 
– Наташ, ну улыбнись, – Рад сжимает мою руку, а затем возвращает её на руль, чтобы повернуть машину на перекрёстке. – На эти выходные я весь твой. Или ты не рада?
– Рада.
– Что-то на радость не похоже, – в его голосе слышится огорчение, – а я тебе сюрприз приготовил. Надеюсь, понравится.
– Не люблю сюрпризы, – скрещиваю на груди руки и демонстративно отворачиваюсь к окну.
– Вы беременные все такие обидчивые? Я ничего ещё не сделал, а со мной уже через зубы разговаривают. Это всё из-за того случая в ювелирке, да?
Я медлю несколько секунд, обдумывая ответ. И пока в моей голове крутятся фразы, подходящие и не очень, “БМВ” подъезжает к высокому ограждению. Ворота разъезжаются в стороны и автомобиль въезжает во двор.
– Ладно, забудь, что я тебе говорил, – Рад отстёгивает ремень безопасности и первым выходит на улицу.
Распахиваю дверцу и опускаю ноги на запорошённую снегом землю. Поток холодного ветра дует в лицо, а ещё пушистые снежинки падают на ресницы, ухудшая видимость. Я кутаюсь в воротник шубы и медленно двигаюсь к дому.
Рад идёт впереди, в мою сторону даже не смотрит, а я злая, да! Всему виной эти дурацкие гормоны во время беременности: то я плачу, как ненормальная, то плююсь ядом, как королевская кобра. Никакого душевного равновесия!
Оказавшись в доме, наклоняюсь снять сапоги, но Рад опережает и сам снимает с меня обувь, а затем забирает мою шубу и вешает её в шкаф.
– Готова к сюрпризу? – спрашивает Рад, будто между нами не было того странного разговора в машине.
Киваю в ответ, а он приводит меня на второй этаж и, распахнув одну из дверей, подталкивает в спину.
У меня дух захватывает от увиденной картины. Детская комната, выполненная в светлых тонах. Слёзы сами катятся из глаз, я смахиваю их рукой и подхожу к детской кроватке цвета “молочный дуб”. Касаюсь рукой гладкого дерева. Улыбаюсь.
– Она качается, – Рад становится за моей спиной и неуверенно опускает руки на мою талию, ожидая реакции.
С замиранием сердца качаю кроватку, а затем отдёргиваю руку. Стоп! Нельзя. Это плохая примета качать пустую колыбель…
– Когда ты всё успел?
Отхожу от кроватки и рассматриваю пеленальный столик, комод. Заглядываю в каждый ящик. И слов не нахожу, потому что все четыре ящика комода забиты детской одеждой для новорождённого.
– Да неважно. Ты лучше скажи, тебе понравился мой сюрприз?
 
Оборачиваюсь. Смотрю на Радмира тёплым взглядом. Как же он хочет этого малыша, по глазам вижу, любит его ещё до рождения и от осознания этого факта, я забываю всё, что омрачает наши отношения.
Подхожу к любимому мужчине, обеими руками обхватываю его лицо и нежно целую в губы.
– Понравился. Ты делаешь меня самой счастливой, Рад.
Он берёт мою руку в свою, некрепко сжимает и подносит к губам, чтобы покрыть кожу поцелуями.
***
Целый день субботы мы проводим с Радом вместе, как он и обещал. А вечером Радмир предлагает растопить баню, но я отказываюсь, боясь навредить малышу. В итоге мы вместе принимаем душ, а после него кутаемся в банные халаты и устраиваемся на полу перед камином.
Рядом на небольшом столике наш ужин. Мы медленно едим и болтаем под шум потрескивающих в камине поленьев.
– Вас с Островским уже развели? – спрашивает Рад, концентрируя взгляд на моём лице.
– Да, но решение суда вступит в законную силу через несколько недель, после Нового года.
– Хреново. Я думал, распишемся на следующей неделе. Или ты хочешь полноценную свадьбу со всеми традициями?
– Свадьбу? – хихикаю, хватаю с фруктовой тарелки дольку манго и отправляю в рот, – да зачем она мне? В белом платье я буду выглядеть нелепо.
– Глупости говоришь. Ты охрененная, Наташа. А в платье будешь вообще королевой. Я бы посмотрел, а ночью с удовольствием, – он говорит мне откровенную пошлость, а я краснею как школьница. – А знаешь что? Давай повенчаемся?
– В церкви?
– Да, – уверенно говорит Радмир, в то время как у меня сердце совершило сальто и теперь скачет галопом по всей грудной клетке. – Или ты повенчана с бывшим мужем?
– Нет. С Вовой мы только в ЗАГСе расписывались.
– Ну вот и хорошо. Значит, станешь мне женой перед богом и людьми. Повенчаемся, а когда решение суда вступит в законную силу, распишемся официально.
– Рад, ты уверен? Венчание – это на всю жизнь, бог не приемлет разводов.
– А ты собираешься со мной разводиться? – он вскидывает бровь и смотрит на меня с подозрительностью.
– Нет. Я твоя до последнего вздоха.
– Это хорошо, потому что я ни за что тебя не отпущу. И даже смерть не сможет разлучить нас.
***
Засыпая на сильном плече любимого утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю аромат кожи вперемежку с запахом одеколона.
– Рад? Ты спишь?
– Нет, – бормочет сонно.
– Я с твоим отцом виделась, – говорю спокойным голосом, а Радмир напрягается, – он ко мне на работу приходил.
– Давно?
– Неделя ещё не прошла.
– Что хотел?
– Вообще-то, он советовал не рассказывать о нашей встрече.
– Но ты уже рассказываешь.
– Да, потому что уверена, ты знаешь своего отца лучше, чем я.
– Он тебе угрожал?
– Наверное, это была угроза, да.
Рад приподнимается на подушке, а я вместе с ним. В ночном полумраке не разглядеть выражение лица Радмира, но я абсолютно уверена, он сейчас зол и хочется верить, что я не совершаю непростительную глупость, рассказывая о встрече с его отцом.
– Рассказывай.
– Он хочет, чтобы я каким-то чудом вернула тебя в семью.
– Неужели? – ухмыляется. – И всё?
– Да. Но мне это тоже показалась странным.
– Я хорошо знаю своего отца, ты права, Наташа. Он не за этим с тобой встречался.
– Тогда, что ему от меня нужно? Он угрожал, что отправит мою подругу в отставку. Он знает обо мне всё, Радмир. Это пугает! Я не хочу, чтобы Таня осталась без работы, как и не собираюсь что-либо скрывать от тебя.
– Милая, – берёт меня за руку, – ты правильно сделала, что рассказала обо всём мне. И ты абсолютно ничего не должна моему отцу. Вячеслав Антонович так развлекался, скорее всего. Так что… Не принимай близко к сердцу, хорошо?
– Рад, что значит “развлекался”? Что за дурацкие шутки? Я их не понимаю.
– Это не шутки, Наташа. Таким способом отец надавил на меня. Он всё просчитал.