Стану тебе женой (СИ)

– За углом есть кафе. Через двадцать минут встретимся там, а сейчас мне нужно работать. Извините.
– Да, конечно.
Вячеслав всё-таки уходит. А я, всё это время, что он движется к выходу, сижу на стуле не шевелясь, ощущая, как в голове стучит набатом.
Первые мысли – позвонить Радмиру и обо всём рассказать, но когда рука тянется к телефону, я твёрдо решаю не впутывать любимого мужчину. В конце концов, я же знала, на что иду, когда соглашалась познакомиться с его семьёй. Во мне даже надежды не было, что я им понравлюсь, да я и не старалась понравиться в принципе, а на встречу тогда согласилась только потому, что так захотел Рад. Только ради него!
С опаской поглядываю на часы. Двадцать минут истекают скоро и мне бы стоило поторопиться, чтобы не заставлять ждать такого важного человека, как областной прокурор.
Тянусь к косметичке, достаю оттуда пудру и подправляю макияж. Смотрю на себя в зеркало и не вижу морщин на лице. Я же молодая ещё. Разве тридцать четыре это возраст? Или дело в том, что в обществе принято, чтобы мужчина был старше? Хотя буквально недавно я сама не воспринимала союзы, где он младше, но сейчас понимаю, что это всего лишь глупые предрассудки. Тебе либо подходит человек, либо нет.
В оговорённое время переступаю порог кафе, обвожу взглядом столики и останавливаю его на мужчине в дорогом костюме. Он, заметив меня, кивает и улыбается. Фальшиво! А я тоже так умею улыбаться, а ещё умею делать вид, что мне всё по барабану. Не знаю, поверит ли…
– Вы пунктуальны, – замечает отец Рада.
К нам подходит официант и кладёт на стол меню. Демонстративно отодвигаю в сторону, взгляд поднимаю на официанта:
– Зелёный чай, пожалуйста.
– Вы не будете обедать? – спрашивает Вячеслав.
– Нет аппетита. И давайте не будем друг друга задерживать, а сразу перейдём к делу. Что тебе от меня нужно, Славик?
***
Тёмные брови ползут вверх, а губы искривляются в кривой ухмылке. Вячеслав не ожидал, что я окажусь такой дерзкой, о чём говорит его удивлённый взгляд и короткий смешок, адресованные в мою сторону.
– А ты не дашь то, что мне нужно, Наташа, – властный тон мне не нравится, но мужчина и не старается быть со мной вежливым. – Да и ладно, я не за этим сюда пришёл. Я хочу предложить тебе сделку.
Теперь мои брови ползут вверх. Неожиданно! Но я напускаю на себя невозмутимый вид и важно киваю, мол, слушаю.
– Я видел, какую власть ты имеешь над моим сыном. И как ты успела понять у нас с Радмиром прохладные отношения, точнее, их вообще нет, – он замолкает, тянется к стакану с водой и осушает его наполовину, а я всё это время молчу, терпеливо ожидая. – Помоги мне вернуть сына в семью и даю тебе слово, что не стану влезать в ваши отношения и даже позволю вам пожениться.
– И как вы себе это представляете? Думаете Радмир станет с вами общаться чаще, если попрошу я?
– Ты придумаешь и мне всё равно что. Ты же неглупая, по глазам вижу, та ещё хитрая лиса. Тебе не стоит наживать врага в моём лице.
– Угрожать матери вашего будущего внука? Ну я даже не знаю, кто вы после этого. А если я расскажу Радмиру про нашу с вами встречу, то сына вы не увидите ещё год или даже больше.
– Наташа, мне бы не хотелось давить на тебя, ты не в той весовой категории. Я же многое могу. Например, сделать так, чтобы твоя любимая подруга, майор Синицына, ушла в отставку. Насовсем! Понимаешь?
Сердце камнем ухает вниз.
Стиснув челюсти, злобно смотрю на отца любимого мужчины и едва держу себя в руках, чтобы не переступить черту. По-хорошему я бы схватила со стола этот недопитый стакан с водой и выплеснула прокурору прямо в лицо. Гад!
Моей выдержки не хватает совершенно. Надо уходить, пока я не наделала глупостей.
Я тянусь к сумке, достаю оттуда кошелёк и кладу на стол пару купюр за чай, который так и не выпила.
– Уходите? – спрашивает Вячеслав, перейдя на официальный тон.
– Да. Пойду на свежий воздух. Что-то меня затошнило.
– Вы не ответили, Наташа.
– А я возьму время подумать. Также можно, да? – он кивает и я, искривив губы в фальшивой улыбке, произношу ехидно: – знаете, вы с Радмиром очень похожи, только внешне. И я безумно рада, что больше не нахожу сходств. До свидания.
 
– До свидания. Надеюсь, наша встреча останется втайне.
Не отвечаю. Круто развернувшись, иду прочь, ощущая на спине, где-то в районе лопаток, тяжёлый взгляд, которым меня провожает Вячеслав.
Твою мать! Всё оказалось гораздо хуже, чем я могла предполагать…
***
Вторая половина дня тянется бесконечно долго, и я бью себя по рукам, чтобы не позвонить Радмиру и не рассказать о встрече с его отцом. А что если прокурор действительно способен отправить Танюху в отставку? Раз он за такой короткий срок узнал обо мне всю подноготную, то и вполне может воплотить в реальность свою угрозу, ведь так?
Чёрт…
Мне не хочется проверять, как и не хочется влиять на Радмира, ведь если он не общается со своим отцом, значит, на то есть весомые причины!
Измучившись от своих мыслей кое-как дотягиваю до вечера, а потом на машине еду в детский сад забирать Лизу. И только с дочкой я немного расслабляюсь, позабыв о встрече с прокурором. Да Лизка так забивает мне голову свой болтовнёй, что я забываю позвонить Радмиру, поэтому набираю его поздно вечером, лёжа на постели перед сном. Считаю томительные гудки, доносящиеся из динамика телефона. И на этом всё! Он не ответил, но я не обижаюсь. Он же любит меня сильно, да. Просто сам по себе скрытный и где-то вечно пропадает. Но не с женщиной – это точно, я бы почувствовала, если бы у меня была соперница, наверное…
***
В пятницу Вова забирает Лизку к себе. Я не противлюсь, да и зачем? Он такой же родитель, как и я. И любит дочку не меньше моего.
– Лиза, слушайся папу и бабушку, – командую, провожая дочку к машине бывшего мужа.
– Мамочка, поехали с нами. Бабушка приготовит что-то вкусное и мы вчетвером, как раньше, съедим это вместе перед телевизором.
Грустно вздыхаю, отводя взгляд в сторону. Как объяснить ребёнку, что как раньше уже никогда не будет? Мы с её отцом чужие друг другу люди.
– Лиз, поехали, – в диалог встревает бывший, распахивая перед дочкой дверцу в машине.
– А мама? Мама поедет с нами? – спрашивает Лиза у Вовы.
– Нет, Елизавета. Этого больше не будет, – он отвечает ей грубым тоном, отчего кроха, поджав губы, готова расплакаться.
Обнимаю малышку за плечи, на прощание целую в щеку:
– Я заберу тебя в воскресенье. Мы купим с тобой всё на пиццу, приготовим её, устроимся перед телеком на диване и будем есть. Идёт?
– Ладно, – говорит Лиза. – Жаль, что папу нельзя будет позвать на пиццу.
***
Без дочки в квартире совсем пусто. Тишина давит, отчего я остро ощущаю одиночество. Радмир так и не позвонил, а я тоже ему не звоню – он же видел мои пропущенные вызовы, значит, перезвонит сам, наверное…
Лёжа на диване перед телевизором, пытаюсь вникнуть в суть фильма, но все картинки проходят мимо меня, потому что вместо экрана я вижу перед собой курицу гриль с чесночным соусом, а ещё банку консервированных ананасов.
На часах семь вечера, ещё не поздно сходить в супермаркет. А потому уже через полчаса я брожу между просторных рядов с продуктами и заинтересованно разглядываю консервированные банки. На кулинарном отделе покупаю четвертинку курицы гриль и тот самый чесночный соус, от предвкушенья которого у меня во рту собирается слюна.
Рассчитавшись на кассе, топаю к выходу. Пакет не тяжёлый, да и я не на каблуках, но на улице темно и я не замечаю замёрзшую лужу. Поскальзываюсь. И как в замедленной киносъёмке и словно со стороны наблюдаю за своей неудачной попыткой удержать равновесие. Тщетно. Можно было и не пытаться махать руками, ведь я глазом не успеваю моргнуть, как оказываюсь сидеть на земле. И всё бы ничего, и даже плевать на продукты, которые выпали из пакета, но щиколотку пронзает острая боль – похоже, я её подвернула.