Случайный хозяин для невольницы (СИ)

— Сюрприз! — раздалось хором со всех сторон, — с днем рождения!
— Ох, — она руки к груди прижала, — да что же это… да зачем… ну не стоило…
И заревела. А мы все бросились к ней — обнимали, целовали, поздравляли. Яра сквозь рыдания улыбалась, благодарила, снова ревела, говорила, что мы лучшие, что ей очень приятно, а мистера Розвела вообще сгребла в охапку и чуть на пол не повалила от избытка чувств. Он настолько смешно отбивался от ее сногсшибательной благодарности, одновременно пытаясь удержать колпак на голове, что все засмеялись. Следующие полчаса мы праздновали: пили чай, ели торт и разговаривали.
Наше маленькое торжество чуть слабило тугой узел в груди. Пережила предательство родственников? И это переживу. Наверное. Уеду с друзьями Хельма из Дестины и начну новую жизнь, вдали от него, а он пусть со своей лекаркой обжимается!
— За работу! — скомандовал мистер Розвел, когда стрелка часов достигла начала рабочего дня.
Мы нехотя поднялись из-за стола, все убрали и разбрелись по своим рабочим местам.
Спустя полчаса ко мне подскочила Яра и, требовательно подергав за рукав, прошептала:
— Вечером собираемся в кабаке. Я проставляюсь. Ты с нами?
Обычно вечера я проводила дома, поджидая, когда вернется джинн. Радовалась, как дурочка, когда видела его темные глаза и улыбку…
Яра по-своему истолковала мои колебания и начала уговоривать:
— Соглашайся. Будет весело!
Не знаю, как насчет веселья, но преданной собачонкой, поджидающей хозяина с гулянок, я больше быть не хотела, поэтому пожала плечами:
— Почему бы и нет!
— Здорово! — подруга захлопала в ладоши и, махнув длинным подолом, унеслась приглашать остальных.
* * *
— За именинницу, до последней капли! — прозвучал очередной тост, и все опрокинули бокалы. Даже я. Залпом до дна…целый стакан вишнёвого сока. Мне предлагали эль, но я отказалась — свежи еще воспоминания о том, как дед напивался до беспамятства, и мне приходилось тащить его из кабака и укладывать спать. Бабушка в такие моменты только брезгливо фыркала и со словами «что ж ты, козел старый, все никак не сдохнешь» уходила из дома.
Яра сначала возмущалась, что я отбиваюсь от компании, но потом сдалась:
— Какая же ты еще девочка, Киара! — сокрушенно, с доброй насмешкой в глазах, умилилась она, — я в твои годы уже у-ух как развлекалась. Огонь девка была!
— Да ты и сейчас еще не головешка! — в наш разговор встряла хмельная Альма.
— А то! Ты не смотри, что уже дважды вдова. Я еще ого-го-го! И спеть смогу, и сплясать смогу!
— Кстати! А как насчет потанцевать? — Альма недовольно оглянулась на наш столик, за которым единственным мужчиной был щербатый Рон. — м-да, не фонтан…
Она осмотрелась по сторонам, а потом решительным шагом направилась к дальним столам, за которыми сидела большая компания молодых магов и вояк.
— Мальчики! — бесцеремонно оперлась обратилась к ним, — вы скучаете. Мы скучаем. Почему бы нам не объединиться и не поскучать вместе?
Ее предложение приняли с энтузиазмом. Мужчины придвинули тяжелые деревянные столы, подставили лавки, перетащили свои кружки и тарелки. Смех, шутки, эль рекой…
Я изо всех сил старалась не отбиваться от других, но проклятые мысли все равно тянулись к Хельму. Чем он занимается? Дежурит? Или домой пришел? Я ведь не предупредила, что задержусь. Даже записки не оставила… И тут же следом сердитая мысль: а не все ли ему равно, где я брожу? У него есть о ком думать.
Тем временем один из ледяных магов достал лиловый шар, в котором кружились золотые икры. Мне прежде не доводилось видеть таких штук, поэтому я с искренним интересом наблюдала, как он ставит это на стол, прижимает и резко отпускает. Шар тут же начал крутиться, все быстрее и быстрее. Искры разгорелись ярче, отбрасывая цветные блики на стены, и словно из ниоткуда полилась музыка.
— Маленький праздник в кармане, — самодовольно проговорил он, заметив с каким восторгом я таращусь на это чудо, — даже в Дестине иногда хочется повеселиться.
Вскоре столы были отодвинуты к стенам и на свободный пятачок начали выскакивать пары. Яра во всю отплясывала с молодым высоким парнем, Альма ухватила себе мужчину постарше, другие тоже постепенно начали подтягиваться следом за ними.
 
Меня пригласил на танец огненный маг — обаятельный юноша, всего пару месяцев назад окончивший Академию в Ралессе. Звали его Янис.
— Как живется в Дестине? — спросил он, уверенно ведя меня среди других пар.
— Неплохо.
Мне действительно неплохо жилось в лагере, вплоть до вчерашнего дня, когда открылись глаза на то, чем занимается хозяин во время своих боевых дежурств. Под ложечкой тут же засосало, защипало, шаг сбился, и я нечаянно наступила на ногу своему партнеру.
— Прости.
Нельзя думать! Не надо.
— Ерунда. Я сам танцую, как колченогая лошадь. Так что мы отличная пара.
Я силой заставила себя улыбнуться в ответ. Ну какая пара? О чем он?
— Говорят, джинн собирается тебя отпустить? — беспечно продолжал парень, и поймав мой удивленный взгляд пояснил, — в Дестине нет секретов. Все все про всех знают.
Прямо как у нас в деревне. В одном конце чихнешь, с другого «будь здорова» скажут.
— Да. Ждем, когда приедут его знакомые.
— Повезло тебе с хозяином. Другой бы на его месте не отпустил.
— Да, повезло…
Вроде не на что жаловаться. Действительно повезло, но на языке расползалась горечь разочарования.
— А как тебе служба? — мне больше не хотелось говорить о Хельме, поэтому попробовала перевести разговор в другое русло.
Улыбка в глазах Яниса погасла. Он недовольно поморщился и скованно ответил:
— Это мой долг.
Оказалось, магом быть не так-то и весело. Все они после окончания учебы были обязаны отслужить два года у барьера, и в дальнейшем, в любой момент могли быть призваны на поле боя.
Не всем удавалось пережить эти два года…
— Прости. Не стоило мне об этом говорить.
— Все нормально, — Янис ободряюще улыбнулся, а потом хитро прищурился, — скажи-ка, Киара, ты любишь цветы?
— Цветы? — опешила я, — люблю.
Он остановился, выпустил меня из своих объятий и поднял кверху ладонь. На ней возникла огненная точка. Она начала расти, набирать яркость, и вскоре я смогла рассмотреть крохотный бутон, который затрепетал и раскрылся аккуратной ромашкой. На концах лепестков подрагивали огненные язычки, а сердцевина мерцала, словно раскаленный уголь.
Я, как завороженная, прикоснулась к ней. Ромашка тут же приникла ко мне, приятным теплом скользя по коже.
— Ты так восхищенно смотришь на чудеса, что хочется их делать и делать, — рассмеялся он и наколдовал еще целую вереницу огненных ромашек. Они кружили вокруг меня, рассыпаясь ослепительными искрами.
Так красиво…
Вдоволь натанцевавшись, я вернулась за стол. Дыхание сбилось, щеки пылали, и жутко хотелось пить. Поэтому я схватила стакан с компотом и сделала несколько жадных глотков.  За этим занятием меня и застал джинн:
— Надеюсь, это не вино, — усмехнулся он, откуда ни возьмись, появившись рядом со мной.
Я вздрогнула от неожиданности, подавилась компотом и вдобавок щедро плеснула себе на платье.
Он стоял совсем рядом и улыбался, и почему-то от этой улыбки стало так больно, что захотелось убежать, спрятаться в тень, как тогда, ночью, под окнами Марьяны.
— Привет, — произнесла через силу.
— Ты не предупреждала, что задержишься. Я волновался.
Горячо кольнуло под ребрами, и по венам покатился яд. Волновался он, как же…
— Извини, — сказала холоднее, чем собиралась, — у Яры день рождения. Празднуем.
— Вижу, — его взгляд неуловимо изменился. Из расслабленного, добродушного стал пристально-хищным. — Ты чего какая хмурая? Что-то случилось?
Мне очень хотелось закричать, затопать ногами. В конце концов ударить его, обозвать предателем. Но вместо равнодушно ответила:
— Все отлично.
Мимо нас к столу протиснулась разгоряченная Альма. Схватила стакан с водой, выпила его махом, в конце довольно хрюкнула и вытерла рот тыльной стороной ладони.