Чэч: Бугор (СИ)
Мило улыбнувшись простецкой шутке, девушка предложила пройти в отдел цивильной одежды. Где она вместе с ещё одной девушкой, похожей на первую как две капли воды, но выглядевшей чуть помоложе, принялись споро доставать и примерять на Миклуше всё необходимое.
Пипец! Как много, оказывается, надо одежды простому пацанёнку.
— Так, нам две майки или футболки тёмного немаркого цвета… Тьфу, нательные рубашки… И две на вырост побольше. Теперь две простые рубашки… Нет-нет, красную не надо. Миклуш, и не смотри на меня так жалобно. Вот будут у тебя свои деньги, купишь себе сам, что захочешь… Что ты мне свои медяшки суёшь? Их всё равно не хватает. Нету денег — нет рубашки! Так, что там ещё? Трусы! Пять пар. «Хорошо, что в этом мире трусы уже изобрели! А, может, наши попаданцы постарались…» Да, и кальсоны тоже, ночи пока ещё холодные. Штаны — две пары. Да, вот эти с уплотнением на коленях и множеством карманов. Можно сразу подлиннее, ничего подвернём. Сапоги тоже две пары. Одни, чтобы сейчас носить, вторую пару на размер побольше. Портянки — пять пар. Носки? Нет, девушка, он в них да в сапогах все ноги сотрёт да испортит. Куртку. Что ещё? Ремень? Ремень мы в другом отделе посмотрим. Подсказывайте, подсказывайте, девушки, что этому охламону может потребоваться. Свитера? Да-да, давайте…
Затем мы перешли в отдел товаров для бродяг. Здесь уже царил немолодой мужчина с большими залысинами на голове и с крючковатым носом. Мне и статус его смотреть не надо было, чтобы понять, что это и есть хозяин лавки, такое подробное описание дал мне некромант.
— Нам широкий пояс с бляхой и сумочками на нём, чтобы малому подошёл.
— Ого, молодой человек, разрешите вас поздравить. Стать полноправным бродягой в столь юном возрасте, дорогого стоит.
— Два ножа с рукоятками под его руку, один в чехле, чтоб на грудь крепить можно было, второй засопожник. Топорик. Копьё, если вдруг подходящего размера найдётся. Арбалет? Блин, классный, почти игрушечный. Сколько? Нет, не надо. Он у нас и с обычным управляется.
Когда всё вроде бы купили, а Миклуш в сопровождении девушки и Агееча ушёл переодеваться, я повернулся к хозяину лавки:
— Уважаемый Яков, а у меня посылка для вас от вашего тёзки.
Глава 3
Когда всё вроде бы купили, а Миклуш в сопровождении девушки и Агееча ушёл переодеваться, я повернулся к хозяину лавки:
— Уважаемый Яков, а у меня посылка для вас от вашего тёзки.
— Отлично, уважаемый Чэч, я её давно жду.
На мгновение я подвис: откуда хозяин лавки знает моё прозвище? А потом, чуть не хлопнул себя по лбу: статус собеседника посмотреть могу не только я, некромант наверняка передал моё описание вместе с прозвищем. И вообще, я тут уже почти полгода, а порой веду себя, как завалившийся побухать вдали от дома турист в Египте.
Скинув вещмешок, я достал из него небольшой, но довольно тяжёлый из тонко выделанной кожи кошель и протянул его торговцу. Что было внутри, я не знал, некромант не сказал, лишь попросив передать его, а интересоваться я не стал. Зачем? Меньше знаешь — дольше живёшь. К тому же некромант нам столько раз помогал, что я считаю, вполне заслужил попросить нас об услуге, не вдаваясь в подробности. А потом я и посмотреть не мог, завязки на кошеле были опечатаны при помощи сургуча. Да и вообще — это могла быть очередной проверкой на лояльность. На месте некроманта я бы такие проводил регулярно.
Приняв кошель, лишь мельком бросив взгляд на печать, Яков быстро убрал его куда-то под прилавок. Тут же в его руке появился другой кошель поменьше, и торговец положил его передо мной.
— В нём пять золотых монет. За работу.
Я посмотрел на лучащиеся искренней благодарностью лицо, но льдистые почти бесцветные глаза намекали, что это всего лишь маска.
— Благодарю, но это лишнее. За ответную услугу как-то не принято брать деньги.
— Тогда прошу их взять как плату за то, что вы потратите на меня своё время и выслушаете моё предложение.
— Хорошо.
Я раскрыл кошель и высыпал монеты себе на ладонь. Действительно, пять полновесных золотых монет имперской чеканки с гордым, но каким-то гротескным профилем венценосной особы. Я еле удержался от того, чтобы не попробовать одну из них на зуб, как часто видел это в фильмах. Не стоит вот так сразу демонстрировать своё недоверие торговцу. Ссыпав монеты в поясную сумочку, я положил кошелёк на прилавок и чуть подтолкнул его к владельцу.
— Но хочу предупредить. В нашей ватаге мы принимаем решение конгениально. Мужиков тоже придётся пригласить, выслушать ваше предложение, чтобы потом не тратить время на пересказ. Но тут небольшая проблема, один из них на улице в фургоне, оставлять тот без присмотра… Как-то нехорошо.
— Эта заминка решается довольно легко, мой человек пока присмотрит за фургоном. И я вам гарантирую сохранность. Лейб, подойди-ка сюда.
На зов торговца откуда-то из-за стеллажей вышел высокий мужик с копной чёрных вьющихся волос. Одетый в кожаную куртку, покроя очень популярного у бродяг и охранников караванов. На ремне, не широком, а простом, в специальной петле висела деревянная дубинка. Странный выбор оружия. Хотя, если охранник вдруг убьёт разбушевавшегося покупателя, лавке это репутации не прибавит.
— Лейб присмотрит за вашим фургоном.
Выглянув на улицу, я позвал Ивана, а затем и старика, помогавшего примерять обновки Миклушу.
— Послушай, Агееч. Зачем ты пацана балуешь? Думаешь, я не видел, как девушка ту красную рубашку вам принесла?
На что старик только отмахнулся:
— Вам можно, а мне нет? Лучше скажи, чего позвал?
— За мальчугана можете не переживать, Сара пока за ним присмотрит и угостит чем-нибудь вкусненьким.
Через минуту мы уже сидели на мягких стульях в комнате, явно предназначавшейся для приёма особых гостей и молча ждали, пока вторая девушка закончит сервировать стол.
Строго выглядящая прелестница делала это не менее профессионально, чем орчанка в трактире. Наконец-то она закончила и вышла из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь.
— Господа, — взял слово хозяин лавки, — прежде, чем начнём беседу, позвольте мне проверить вас на наличие следящих меток.
О, как⁈ Становится всё интереснее.
— Мы не против, — развёл руками я. — Даже самим интересно узнать результат. Что нам для этого надо сделать?
— Ничего, сидите как сидите, — ответил торговец и достал из кармана приборчик. — Этим артефактом я просканирую ваши ауры. Это не доставит вам неудобства.
Сначала он подошёл ко мне и начал водить приборчиком возле тела примерно, как это делают охранники в нашем мире, проверяя людей на наличие металлических предметов. Прибор тревожно пискнул, и торговец принялся изучать что-то на небольшом экранчике. Что там было написано, я не видел, но видел, как загорелась красная лампочка. Ничего не говоря, Яков перешёл к Агеечу, история повторилась. А вот когда проверяли Ивана, приборчик не пискнул и лампочку не зажёг.
— Хм… Вы, уважаемый Чэч, и вы, уважаемый Камень, оказались помеченными. Но метка, право слово, какая-то странная. Это даже и не поисковая метка, по которой можно определить ваше местоположение на карте и совсем не та, через которую можно при желании услышать, что вы говорите. Это скорее маячок, предупреждающий того, кто его поставил о том, что вы находитесь рядом, где-то в радиусе пятисот шагов. Я могу его удалить или оставить по вашему желанию. Он не сможет принести неудобств ни сейчас, ни тому делу, в котором я хочу попросить вас мне помочь.
Мы с Агеечем переглянулись. Интересно кто? Шрам или Лира? Нет, Шрам если бы и ставил, то скорее поставил бы поисковый. Так что всё-таки Лира. Теперь понятно, почему охотница нас «не узнавала», неожиданно увидев. Она заранее знала о нашем приближении. Только когда поставить успела? Ещё там в Немёртвом лесу? Боялась потерять в тумане? Ещё какая-то причина была? Когда-нибудь я об этом обязательно узнаю.
— Думаю, если это не поисковая метка и она не помешает нашему разговору, то стоит оставить её на месте, — произнеся это, я ещё раз посмотрел на Агееча. Тот кивнул, подтверждая мои слова.