Не словом единым (СИ)
Любой свободный герой, именно герой, это обязательное условие, который присягнул мне на верность мог также, как и я, произвести присоединение любого поселения или ресурсного строения к моим владениям. Таковых на сегодняшний день у меня имелось двое. Инквизитор Альфонсо Гальего и мастер Хваль, строитель и прораб. Если отправлять пухлого розовощекого Хваля с отрядом с задачей «захвата» строений совершенно глупая идея, то поставить подобную задачу инквизитору самое то. При этом мне самому не придется тратить драгоценное время на лишнюю суету.
Закончив с Лидией, открыл вкладку игрового аукциона. Пора было избавиться от подарка Тарглиит и трофеев, которые я взял с некроманта.
Я извлек из инвентаря «Венец страсти». В голове всплыла картинка, как Кира вбегает в нашу спальню с этим гребанным венцом на голове. Я вспомнил ее вечно смеющиеся глаза, в них всегда горели искорки какой-то сумасшедшей смешинки. Всегда открытая искренняя улыбка и милые ямочки на щеках. На душе стало мерзко и тоскливо. Не то чтобы я любил ее, но я привязался к этой взбалмошной исповеднице и чего уж греха таить некое чувство влюбленности к ней у меня все же было. Мне реально ее не хватало, я скучал по Кире.
Со вздохом убраю демонический подарок назад в инвентарь и активирую вкладку «черного рынка» — аукциона для игроков. Сердце и разум точит червь безвозвратной потери и серой тоски, но дела и враги не ждут. Еще будет время справить личную тризну по моей первой девушке в мире Энрота и выпить под полной луной, вспоминая былые радости. Но сейчас моим людям нужен Святой Отец, что даст им защиту и уверенность в завтрашнем дне, и для этого мне нужны воины, золото и крепкая вера в себя.
Перед глазами раскрывается голографическое окно игрового аукциона с кучей вкладок и разноцветных строк.
Глава 25
Приятный нежданчик
«А артефакты темных однако в цене, — с довольной улыбочкой смотрел на голографическое окно игрового аукциона с предложенной системой ценой за выставленные трофеи. — И явно пользуются спросом».
Общая сумма, которую предложила система, составляла без малого двадцать три миллиона золотых монет. Я даже присвистнул вслух, когда она выскочила.
«Венец страсти» — семнадцать миллионов триста тысяч золотом.
«Проклятый посох Равьяла» (костяной посох некроманта) — девятьсот тысяч монет. Кстати, кто такой этот Равьял, я не имел ни малейшего понятия. Да и в принципе мне было по… все равно. Может какой-то древний колдунец из темных, а может это имя некра, которому я размозжил башку.
«Книга Магии Смерти» (третьего круга) — четыре миллиона шестьсот тысяч полновесным золотишком. Почему так дорого спросите вы? Потому что с помощью этой книги можно повысить умение (ну если оно у вас есть) «Магия смерти» до 3 уровня. Ну или выучить, если у вас такового не имеется. По сути это одна из книг знаний, что предлагает вам дракон в своей пещере.
«Проклятые доспехи» продавать не стал. Вспомнил сон и наказание Святого Старца из сна, чтобы я забрал доспех с черного колдуна. Как закончу, пойду в замковую часовню и попробую снять проклятье с них. Затем уже и решу, что с ними делать.
Повысил ценник на реликвию суккуба до двадцати миллионов. Философский рассудив: «Кому надо тот купит». На книгу смерти и посох, наоборот, скинул. На них сразу поступили два предложения, наверно от «перекупов» (если таковые в «Землях» имеются), либо кто-то из игроков играющих за темных в этот момент сидел на аукционе. За посох предложили семь сотен, за книгу три с половиной ляма. Запрашиваемые скидки от потенциальных покупателей, конечно, были конскими, но я решил согласиться. Моя казна практически пуста, а я хотел как можно скорее возвести здание «Святого Трибунала».
Получив четыре миллиона двести тысяч золотом, тут же закупил недостающие ресурсы и запустил строительство. Завтра к обеду я смогу нанять своего первого судью и второго инквизитора. Опять же забегая вперед расскажу, что судью я мог иметь только одну на локацию (или замок, тут кому как удобней) и двух инквизиторов. Стоимость найма этой «сладкой парочки» влетит мне в копеечку, но надеюсь, что они того стоят. Потратил чуть больше полутора миллионов только на покупку пяти единиц «драконьей крови» (требуется для найма инквизитора), еще и еле нашел на аукционе нужное количество. Благо «звездное серебро» (для найма судьи) у меня было. На обычные ресурсы (камень, дерево и главное ртуть с серой) ушло около семидесяти тысяч золота.
«Так что четыре миллиона не такие уж и большие деньги Святой Отец, — пронеслись у меня в голове грустные мысли после того, как списалась треть только что заработанного золота. — Дааа… Не простая это работа управлять собственным королевством. Да и недешевая».
Закончив покупки, закрыл интерфейс и отправился в часовню, очищать доспех, что взял с некроманта. Отправил посыльного, чтобы к вечеру собрать в часовне замка рыцарей, крестоносцев и, собственно, Лограна и Флина. Причина. Повышение их до Паладинов. Воспользуюсь бонусами вип-аккаунта во второй раз, прилюдно повышая ранг у своих воинов, попутно повышаю мораль и преданность в рядах собственной армии.
С расширением и развитием замка здание часовни заметно изменилось. Стало выше метра на три, купол, шпиль и крест стали золоченными. Крыльцо обзавелось тремя ступенями и стало шире. Деревянные балясины заменили каменные. Внутренние стены украсила роспись. Ангелы, серафимы и сам Эльрат в своих двух ипостасях, золотого дракона и человека. Иконостас, как и купол со шпилем в позолоте, да и количество икон заметно прибавилось. Престол же остался прежним. Обычный белый камень.
Внутри храма меня ждали Огрий и Валик, новопосвященный прелат. За последним пришлось послать служку, молодой прелат помогал с какими-то церковными делами Никону в новом Соборе.
Оба церковнослужителя стояли по обе стороны от престола (алтаря), а я же извлек проклятый доспех из инвентаря и бесцеремонно без какого-либо пиетета взгромоздил его на гладкий белоснежный камень алтаря.
— Неприятная вещица, — хмыкнул я, поочередно взглянув на почему-то нахмуренных церковников и реагируя на их гримасы, резко добавил. — Чего рожи скривили? Чай знаете с кого снял.
— Так может не надо было ЭТО, — Валик указал глазами на темный доспех, что был покрыт темными чешуйками, тронутыми ржой, словно струпьями, к тому же места соединений этой чешуи едва заметно светились зеленоватым гнилостным светом, — тащить в божий храм?
— А куда по твоему мнению я должен был его тащить? — для большего эффекта прищурил глаза, глядя на свежеиспеченного прелата.
— Так оставили бы на проклятом трупе мерзкого колдуна, — совершенно спокойно произнес Огрий и пожал при этом плечами.
— А ну-ка заткнулись оба, — эта парочка меня начинала бесить. — Умники вашу мать! Я вас сюда позвал не для того, чтобы ваши рассуждения бестолковые слушать, а чтобы помогли мне.
Оба в ответ промолчали, а Валик попытался незаметно вздохнуть и отвел в сторону глаза.
— Ты мне еще повздыхай тут. Давайте руки на алтарь и святость свою в него вливайте, когда скажу.
Дождался, когда эта парочка возложит руки на белый камень престола и сняв с груди свой крест, поднял его над головой, держа в правой руке. Левую же занес над доспехом.
— Простите Святой Отец, — негромко произнес Валик, не поднимая на меня глаз, стараясь пальцами не коснуться темного доспеха. — Надеюсь наших сил и запаса святости хватит.
— Эльрат простит, — буркнул в ответ, готовясь читать молитву «Очищение», его последнюю фразу попросту проигнорировал.
За очки святости и ману своих святош я не переживал. Пока у меня не было гильдии магии практически весь поток маны с магического источника я распределил между храмами. Замковой Часовней, Церковью и Собором. Так что все прелаты, аколиты, послушницы, исповедницы и я, дефицита с маной и очками святости не испытывали, находясь в родном городе и замке.
Когда я начал читать, уже привычно сверху на проклятый предмет полился серебристый свет. Никаких черных туманов и демонических призраков в этот раз не появилось. Послышался тихий треск, очень похожий на треск углей в лесном костре и ржа на чешуйках стала превращаться в желто серую густую жижу, которая начала медленно стекать на камень престола. Все шло спокойно без дополнительных визуальных и звуковых эффектов, но только до тех пор пока жижа не коснулась алтаря.