Абсолют. Том 7 (СИ)

Хирошикайдо поднял очередной вопрос о драгоценных сферах первородного огня, о которых «случайно» оговорился Лид. Думаю, он мог бы и слова не сказать, но был так разговорчив… Зачем он озвучил, что собирает эти материалы? Зачем он взял своё копьё? Куда в итоге исчез жезл Синху с выцветшими жемчужинами? Был утерян? Забран им? Или тот клещ в итоге просто переварил его? Вопросов много… Да, Лид делал то, что считал нужным. Он назвал Землю своим домом. Думаю, в первую очередь он донёс до Системы всё то, что хотел ей сказать через нас — невольных свидетелей.
И вообще, сдаётся мне, что он как обычно не спешит, пытаясь освоить эту новую силу. Ведь ему заблокировали способности, дарованные Системой, и всё, что у него осталось, это те возможности, что были до перемещения в мир богов. Сила Эволюциониста. А также новая сила изнанки. И невероятно мощное тело, сделанное из божественности, равно как и дух и разум, составляющие его суть как сверхсущества. Он одновременно и бог, и Тёмный с силой Пожирателя, и эволюционист.
Он сказал, что для Системы он враг. Видимо, своими действиями, своей манипуляцией с Четвёртым и воскрешением его тела, своими оговорками, он пытался донести, что сам её врагом не считает и готов сосуществовать мирно… И самое важное — он может убивать тварей. И ключ к их убийству — первородная энергия из центра галактики. Всё прочее в качестве оружия не столь надёжно.
— Быть может, мы сможем найти другие артефакты Предтеч из прошлого? Если их было два и об одном из них никто, даже сама Система, не знал, то могут быть и другие? — как только возникла тишина, я задал вслух интересующий меня вопрос.
— Увы, если бы мы знали о них хоть что-то, хотя бы легенды, то информация сохранилась бы… — покачал головой Синху. — Мы даже не можем достоверно вычислить нынешнее месторасположение погибших миров, где некогда стояли города древних путешественников, зародивших основы жизни звёздных государств в нашей галактике.
— Неужели совсем ничего нет? — удивился я, ведь саму Систему создали Предтечи. Она и есть своего рода уникальный артефакт, что хранит данные и живёт все эти миллионы лет.
— Пока ничего. Но мы начали поиски… У Системы есть доступ к определённым созданиям, чьи слепки душ сохранились и время от времени восстанавливаются в новых мирах, поглощённых Системой. Их память таит в себе сведения, которым, как они думают, пару тысяч лет, на деле же — миллионы. Кто знает, вдруг в их воспоминаниях найдётся что-то стоящее.
Собрание длилось несколько часов. Лишь один раз Четвёртый мысленно спросил у меня, что я скрываю, но я отмахнулся. Давить и настаивать собрат не стал, оставив меня один на один со своими размышлениями.
Лид — это ключ к убийству тёмных тварей. И одновременно ключ к нашему миру, что позволит тварям выйти на битву в своих воплощениях. Не исключено, что то будут монстры, пришедшие в нашу реальность в своих клещевидных телах, которые живут по другим законам и по другим правилам, и всё, чего они желают, а так же всё, что может им навредить, — это энергия. Если Лид, что обладает сразу двумя ключами, придёт сюда… Не превратится ли этот мир в мясорубку и поле хаоса, где мы все погибнем? Этот вопрос меня пугал. И когда ко мне приходили такие мысли, я только надеялся на собственную глупость и недальновидность, из-за которых сейчас ошибаюсь.
Если Система узнает об этих моих мыслях… Не только Лид, что где-то там, за пределами этого мира богов путешествует, станет её врагом, но и я. И другие наши «братья». Ведь каждый из нас практически в любой момент может заполучить энергию тьмы и принять её, став ключом от всех дверей. Кем в таком случае мы станем для Вездесущей? Врагами.
Для неё это непомерный риск. Она не станет держать около себя столько неконтролируемых эволюционистов. Она уничтожит всех нас. Или каким-то иным образом подчинит. Да, мы и сейчас на цепи, но наш поводок бесконечно длинный. В отличие от поводка Четвёртого. Каждая его мысль, каждый шаг, каждый жест — всё это она контролирует, видит и ощущает. Мы станем простыми винтиками. В лучшем случае…
 
Мы разошлись, и я вернулся на базу. В Город Начала.
— Сэм, друг мой, скажи мне, как идут дела с постройкой нашей первой пивоварни? — я посмотрел на друга, и он сразу же заявил, что любой скопированный напиток будет подделкой, а единственный способ сварить хорошее пиво — сделать его своими руками. Причём пивоварня должна быть построена этими самыми руками. Исключения только для некоторого оборудования, чертежи которого я взял на Земле.
Вообще, я был с ним согласен. Идеальное пиво всегда получается разным. Варка — процесс далеко не быстрый. Отличия всегда будут. Да и самого пива будет немного, а каждая новая партия выйдет отличной от предыдущей, даже если варить его по одним и тем же рецептам и технологиям. Вот этот азарт от ожидания испития вкуснейшего пенного напитка, он и делает по-настоящему хорошее пиво — вкусным. Оно может получиться горьким, сладким, плотным, фильтрованным и нефильтрованным, светлым и тёмным — вариаций уйма. Впрочем, не эти вариации делают пенное идеальным. И не они влияют на вкус. Ощущения вливающегося и освежающего, но специфического по вкусу жидкого золота — вот, что делает его таким. Сама культура пития создаёт это понимание «вкусности» готового продукта. Такая вот истина, поведанная мне знаменитым шеф-поваром, что вместе с другими моими соратниками стал новым богом.
— Завтра начнём ставить второй этаж. С электрикой я, правда, не понял, как мы поступим, поэтому на всякий случай попросил сделать отверстия для кабеля.
— Тут нет электричества. В классическом понимании. И я вот что решил… Надо бы пригласить специалиста по рунам и артефакторике, чтобы он помог всё это дело запитать и сделать постоянно работающим.
— Тоже один из твоих клонов?
— Да, Второй долго сопротивлялся, но всё же освоил это искусство и стал нашим оружейником и артефактором, — слегка улыбнулся я, наблюдая за тем, как тащат дорогущий и редкий деревянный брус из древа Сакортры, которому не страшно ни пламя пожара, ни наводнение, ни магические атаки.
Причем тащат не абы кто, а Колобок и жучара. Наставник Айрум, как и Сокол, присоединились ко мне в качестве возвысившихся богов неделю назад. С их приходом жизнь как-то заиграла новыми красками.
Через мгновение подошла Улия, что внимательно посмотрела мне на грудь, выискивая небольшой амулет с зелёным камнем. Я покачал головой и вытащил тот, что был у меня — с красным рубином. Так мы решили показывать остальным, кто есть кто из «нумерованных». Я был первым, и я был вместе с Аэлиной. Улия же была с Третьим и надеялась, что он уже вернулся из странствий.
Вообще, все мы поделились между нашими избранницами. Четвёртый укрощал строптивую Селесту. Второй был с Анной. Пятый сошёлся с Иллизой… Даже наша Ихманай обрела своё женское счастье. Каждому нашлась спутница жизни, с которой легко и просто отвлечься от тягот и забот, а также миллиона мыслей, что так и лезут в наши головы…
Улия посмотрела мне за спину, и я ощутил прибытие брата. Вновь с взглядом, полным надежд, девушка уставилась на ещё одного «брата», но тот сходу достал свой светло-жёлтый камень и приблизился.
— Надо поговорить. Срочно.
Его взгляд взгляд беспокойно бегал туда-сюда. Это было непривычно для одного из сильнейших существ в этом мире…
«Что такое?» — мысленно обратился я к нему, и он коротко сообщил мне, что нужно такое место, где никто — вообще никто! — не сможет услышать наш разговор и наши мысли.
Я кивнул, и мы в один миг переместились к пустыне. Живых существ рядом не наблюдалось. Не было и сканеров, эмпатов, псиоников или же других богов, способных считывать чужие мысли.
— Ну что там? — спросил я у него, и Десятый покачал головой, показывая пальцем вверх.
«Настолько секретный наш разговор? Ого!» — удивился я и активировал Единение.
В этот раз «соединились» с миром лишь мы двое. Другие занимались своими делами, да и долго находиться в единении никто из нас, честно говоря, не любил. Оно затягивало, как болото — чем больше в нём сидишь, тем сложнее понять ход времени. Бывали случаи, когда оно не замирало, а наоборот, ускорялось в разы, если погружение в собственные мысли и медитация одного из нас оказывались слишком глубокими.