Первая заповедь рок-н-ролла (СИ)
— Интрига.
— У меня есть знакомый мастер в салоне, он из тебя такую конфетку сделает — закачаешься! Я уже давно на твои волосы облизываюсь, — в подтверждение своих слов Игорь запустил пальцы в мою шевелюру. — Потом ты, весь такой обновленный, пошел бы в клуб, склеил бы там всех своим сногсшибательным видом, а потом зашел бы я, поцеловал тебя и сказал, повернувшись к толпе: «Этот парень — мой».
— Что за странная эротическая фантазия? — фыркнул я, не сдержав смешка. — И я не подпущу тебя к своим волосам. И клуб…
— Да ты когда в последний раз там был? — возмутился Гор.
— Два года назад и был. Потом необходимости не было, — пожал плечами я.
— Люди, между прочим, ходят в клуб не только искать парня, но и просто развлекаться, танцевать и пить. И от прически зря отказываешься! Какая тебе разница, ты все равно умрешь!
— И буду выглядеть в гробу, как чудовище?
— Выбрили бы тебе височки…
— Я, может, и пидор, но не до такой же степени. Может, мне ещё подвороты на джинсах сделать или на завтрак смузи пить?
— Смузи — это слишком по-гейски, — согласился Гор. — Всего лишь твой новый образ, клуб и я. Неужели я много прошу? Ты же не думаешь, что я буду канючить: «Славик, ну пожа-а-алуйста!", верно?
— Не думаю.
— Зря. Сла-а-авик, ну пожалуйста!
— Ладно, но за ответную услугу. Гор, убери руки от моего члена, я не ту услугу имел в виду.
— Что имею, то и введу…
— Пошляк.
— Так что ты хочешь?
— Пойти в другой клуб, где ты часто бываешь. Например, в «Павлин».
— Есть такой, ага. Ух, я там зажигал!
— Вот. Ты зайдешь, всех соблазнишь своим сногсшибательным видом, а потом зайду я, поцелую тебя, повернусь к толпе и скажу: «Это я его трахаю!»
— Эй! Ты не посмеешь разрушить мою репутацию альфа-самца!
— Я умираю, забыл? Мне можно, сам сказал.
— Ладно. Но ты подпустишь меня к своей голове и позволишь сделать с ней все, что угодно.
— Хорошо, — согласился я.
— Тогда завтра?
— Не могу, я на работе до восьми.
— Ты что, не уволился? — вытаращил глаза Игорь. Кажется, он настоящий эксперт в том, как весело и с огоньком умереть.
— Нет. Хочется, знаешь ли, уйти эпично, а я все ещё не придумал как. Незатейливо послать шефа на хер — не вариант.
— А, это правильно, это верно, — оценил Гор. — Ну, тогда послезавтра? Или послепослезавтра? В общем, договоримся. А сейчас, может, угостишь меня завтраком?
— Как насчет смузи? — усмехнулся я.
— И откуда в тебе столько яда? Раньше не было, я проверял.
— Я хорошо маскировал.
— А-а. Кстати, насчет джинсов с подворотами… это ведь писк этого сезона!
— Ни за что.
— Слав, да они будут хорошо на тебе смотреться!
— Иди в задницу!
— Я только что оттуда. Или это намек?
Глава 3. Серьезные отношения и стопицот мотоциклов
Трудился я менеджером по работе с клиентами в фирме, занимающейся установкой пластиковых окон и натяжных потолков. Не потому, что всю жизнь мечтал этим заниматься, а потому, что оказалось, что все решают связи и опыт, а не диплом с отличием. Я-то после окончания университета такие планы строил! Закончить экономический факультет, пусть не в самом престижном, но в вполне достойном высшем учебном заведении — это должно было открыть передо мной все двери. Розовые очки слетели очень быстро, и когда надежда устроиться по специальности исчезла окончательно, пришлось устраиваться туда, где возьмут без опыта.
Начальника мои коллеги дружно называли мудаком. Отчасти из-за его удачно (или неудачно, это как посмотреть) рифмующейся фамилии Судак, отчасти из-за личностных качеств. Я его таким уж плохим не считал, потому что характером пошел в маму, а она могла оправдать самого отпетого злодея. Я вот, например, считал, что нашего шефа в детстве обижали дворовые мальчишки, которым он не мог дать отпор, а поэтому он теперь на нас отрывается и орет почем зря. Жена у него, опять же, детей трое, все громкие — попробуй в такой обстановке психическое здоровье сохранить.
Как мне эффектно уйти, я так и не придумал, поэтому решил уйти незатейливо, по собственному желанию. Не срослось — начальника на месте не было, офис ликовал, да и клиенты, на удивление, один адекватнее другого. Никаких «я же не думала, что если натяжной потолок пропылесосить, он испортится». Сам не заметил, как пролетело рабочее время. Я подумал, что хорошо бы, если бы всегда было так, но тут же вспомнил, что я вообще-то умираю, и, скорее всего, судьба-злодейка показала мне демо-версию идеального рабочего дня, чтобы позлорадствовать. Мол, вот как хорошо будет здесь работать, когда тебя не станет.
Гора я увидеть сегодня и не надеялся, но ему, как всегда, было плевать на мои ожидания.
— Привет! Блин, ну и медленно ты добираешься, я задолбался тебя ждать. Стою, дверь твою спиной протираю, уже и соседка выглянула посмотреть, кто это там такой подозрительный, — сходу протараторил Гор.
— Тамара Степановна?! — ужаснулся я. Эта милая старушка была главной сплетницей нашего двора, причем настолько авторитетной, что ее россказням верили беспрекословно.