Мистик (СИ)

Они привезли Марата на поле за станицей, отъехав далеко от трассы по пыльной дороге для сельскохозяйственного транспорта. Во всю ширь пространства зеленела озимая пшеница, уже уверенно подняв голову. По ней ходил ветер, нежно дотрагиваясь до ярких колосков и склоняя их. Дышалось свободно, та пелена, которая застлала глаза в номере гостиницы, спала, и ярость словно ушла в землю. Мистик слушал, что говорили братья Марату Духу и не этот раз не вмешивался он.
Голос Грека тонул в ветре, вырываясь из него карающим и решительным тоном.
— Ты не ушёл, как мужчина, ты доказал, что ты плешивая собака и никогда «волком» не был на самом деле.
Марат Дух, абсолютно протрезвевший стоял перед Греком, опустив взгляд в землю и молчал, но на его губах мелькала едва заметная ухмылка.
— Я не знаю, что за тварь может такое делать с женщиной, которая даже сопротивляться не стала, да и смогла бы? Женщины, Марат, не для этого созданы, они наши подруги, жёны, сёстры, матери, а не груши для битья. Ты Мистику хотел насолить? Почему не вызвал его на личный разговор? Теперь ты сядешь, на тебя есть дело, тебя ищут, и папа твой здесь не поможет, я постараюсь.
— Если вы меня хоть пальцем тронете, я вас тоже посажу.
— Нет, Марат, мы тебя не тронем, — улыбнулся Грек и взглянул на своих удивлённых ребят, они ведь его привезли сюда именно затем, чтобы дать почувствовать боль. — В тюрьме тебе будет комфортно, у меня здесь в полиции работает двоюродный брат, он сейчас приедет со своими ребятами. Я скажу ему, чтобы тебя подсадили к самым любвеобильным уголовникам, которым всё равно — мужик ты или баба. Хотя, что тут не понятного, ведёшь ты себя, как глупая дурочка, унизив женщину.
От слов Грека лицо Марата вытянулось, взгляд осмыслялся, и стал ясным. Он оглядывался, в надежде попробовать убежать. «Волки» с усмешками встали кольцом вокруг, жаждав его попытки, потому что тогда можно будет дать волю кулакам. Но Марат Дух испугался, видя недоброе выражение на лицах бывших друзей — они хотели его крови, и взяли бы её, дай он им шанс.
Мистик почти спокойно следил за тем, как его забрала полиция. Брат Грека сказал «спасибо» за поимку преступника и обещал устроить его с «комфортом», расширяющим кругозор Духа и жизненный опыт, в том числе и сексуальный. Суд должен был быть в Ростове, и Марата обязательно передадут туда, но не сразу — бюрократия — самое страшное оружие.
Мистик задержался ещё ровно на три недели, пока не выписали Вику, а потом они все вместе поехали на подготовку к «Байк-шоу», которое проходило в этом году в городе-герое Волгограде.
  
Эпилог
 
— Только не говори мне, что жалеешь, что мы приехали, — начинал не на шутку злиться Чёрный. Он, весь вымазанный в мазуте по самые локти, пытался что-то сделать со своим широким задним колесом на мотоцикле. Мужчина возился уже почти час, но у него ничего не выходило, и вопросы жены его только злили.
Она ехала следом за ним с детьми на машине, было душно, и лишь кондиционер спасал положение. Но дети под кондиционером — это рискованно, поэтому Зоя его ставила на минимум и иногда вообще отключала — в такие моменты мгновенно становилось нечем дышать, и Мишенька просыпался и плакал.
Мамина помощница — Маша, брала его на руки из детского кресла и качала на руках, отчего братик затихал и таращил на неё свои абсолютно тёмные глазки. Ему неделю назад исполнилось три месяца.
— Я ничуть не жалею, — ответила она. — Маша есть хочет, спрашивает, когда приедем.
— Па, а ты долго? — тоскливо протянула дочь, щурясь от яркого июльского солнца. Коленки её были сплошь содраны, локти тоже, и на щеке длинная царапина — она на улице громко командовала мальчишками, играла с ними в войну и устраивала «бои без правил».
Чёрный смягчился: — Скоро, придётся на СТО заворачивать, тут есть по пути. Как Миша? — спросил он жену.
— Ничего, спит, — кивнула Зоя. — Скоро надо будет остановиться покормить его.
Чёрный быстро взглянул на её грудь и кивнул. Идея поехать на шоу возникла у него, но он не настаивал, а Зоя, удивительно, поддержала.
 
Ей очень надоело сидеть дома, и куда-нибудь съездить женщина хотела бы с удовольствием. Даже не пугала перспектива путешествовать с двумя детьми. Дети её уже давно не пугали, как и дальние поездки с ними. Миша был очень спокойным мальчиком, ел, спал и если гулял, то вёл себя, как ангел — смотрел вокруг глазками и не капризничал. Сестру обожал, чувствуя, что она тоже ребёнок и тянется к нему.
Хотелось увидеться с Викой и Мишей, в их жизни столько всего произошло, что Зоя и не знала, как общаться при встрече. Слава ей обо всём рассказывал, как у них радость сменялась горем и пустотой. Зоя искренне надеялась, что в будущем всё будет хорошо.
Кое-как доехав до станции технической помощи, Слава пропал там ещё на час, а Зоя пока покормила Мишу грудью. Машу Слава забрал с собой — девочку очень интересовала техника и всё мужское, Зоя удивлялась — откуда это у неё? Она боготворила отца, хоть иногда они и ссорились, и любила всё, чем дорожил он. Готова была за ним ходить хвостом повсюду, лишь бы папа заметил.
Вернулись они довольные — ремонт его колеса заканчивался, а сам Слава с Машей успели перекусить в придорожной забегаловке и принесли ей.
— Мама, покушай, ты тоже наверное голодная, — дала девочка ей пончики, покрытые сахарной пудрой — Зоя боялась в дороге есть что-либо мясное, тем более, летом.
— Спасибо, солнышко, очень голодная, — кивнула Зоя. — Слава, возьми Мишу, он заскучал.
Чёрный усмехнулся, видя, как его жена при любом удобном случае даёт ему ребёнка на руки, боится, что он до сих пор не понял, что стал отцом во второй раз.
— Давай, разомнёмся, — согласился он. Парень уже во всю познавал мир, крутя головой, и залёживаться ему ну никак нельзя было.
Зоя пока выпила кофе и съела два небольших пончика, сидя на заднем сиденье. Дверцы машины были открыты настежь.
— Я сама как пончик, а тут ещё такая еда, — вполголоса пожаловалась она.
Мужчина окинул её фигуру взглядом и посмотрел в глаза Зое.
— Да, есть чуть-чуть лишнего, но как раз там, где это нужно. Стиральных досок я не люблю.
Зоя махнула на него рукой и вылезла из машины, всей грудью вдыхая горячий воздух с запахом разогретого асфальта и жарящихся пончиков и чебуреков через дорогу.
— На море едем после? — спросила она, опустив солнцезащитные очки на глаза.
— Конечно, ты по Москве соскучилась? Я как подумаю о ней, так мутит.
Он уловил ухом какой-то знакомый звук и повернулся к дороге — со стороны города ехал мотоцикл, и Чёрный мог поклясться, что это «Харлей».
Сверкая хромом и цветом индиго, мотоцикл медленно подъехал к остановившимся Черновым. Зоя удивилась, сняв очки, чтобы лучше рассмотреть — за рулём была Вика, а сзади сидел Мистик. Оба улыбались.
— Ого, ты жену превращаешь в женщину-байкера? — весело спросил Чёрный.
Мистик слез со своего коня и пожал плечами — на нём была майка без рукавов и жилетка мотоклуба. Вика, расставив длинные ноги по бокам, выключила зажигание и неловко перекинула ногу. Муж её поддержал.
— Если это перейдёт границы и её станет тянуть на спорт-байки, я пресеку это, — сказал Мистик, здороваясь за руку с Чёрным и целуя в щёку Зою.
Вика с ласковой улыбкой разглядывала маленького Мишу.
— Как он на тебя похож! — воскликнула она. — Это несправедливо! — подняла она голову на Чёрного.
Тот самодовольно хмыкнул, а Зоя засмеялась.
— Слава считает, что все наши дети только на него и похожи. Я играла лишь роль инкубатора.
— Нет, Зоенька, без тебя они бы не были такие красивые, — сказал мужчина, обнимая её левой рукой и мимолётно целуя жену в висок.
Вика подошла ближе к Зое и обняла её, женщины незаметно отошли от мужей.
— Как ты? — спросила вполголоса Зоя, пока мужчины обменивались информацией насчёт «Байк-шоу».
— Нормально, уже ничего не болит, только здесь, — она указала на грудь, имея в виду душу.