Мистик (СИ)

— Персонал видел, как ты это выкидывал в мусор, — махнул Грек и обратился к остальным. — Выношу на совет вопрос членства этих братьев — Руса, Крокодила, Мотора.
Говорил он отрывисто, забивая каждое имя в сознание мужчин.
— Я предлагаю их лишить цветов.
— Подожди, центровой, — растерянно проговорил Рус, — я вообще не понимаю, что происходит? Это совет или что? Почему я должен уходить, если я ни в чём не замешан?!
— Духа я из вас выбрал наугад, и он сразу признался, стоило мне надавить и сделать вид, что у меня есть доказательства. Ваша компания вся одним миром мазана, — презрительно произнёс Грек. — Голосуем! Кто «за» то, чтобы они оставили цвета в клубе?
Руки присутствующих стали медленно подниматься одна за другой.
— Эй, ребята, и что, никто не хочет даже слова сказать? Да это беспредел! Так не делается! Я ни в чём не виноват! Братья!
— Можно я скажу? — спросил Мистик, подходя к Русу и Греку.
Президент поднял брови и кивнул, прохладным взглядом следя за Мистиком.
Молодой мужчина был в светло-синих джинсах, серой толстовке с длинным рукавом и кожаной жилетке с цветами. Не исключено, что ему сегодня придётся здесь оставить её.
— Думаю, что Русу и Мотору надо дать шанс — испытательный срок. Крокодил и Дух были заодно, это доказано и с ними всё ясно.
— Я думаю, брат, ты не прав, — вставил слово Чёрный, стоя рядом с диванами и сложив руки на груди. — Они обозлятся и натворят ещё чего-нибудь похлеще. Брось, конечно, они придумали это вместе!
— Чёрный прав, — закивали «волки». — Они отомстят втихомолку, — слышалось вокруг.
— А если нет? — спросил Мистик.
— Я спрашиваю вас в последний раз, — жёстким, сильным голосом произнёс президент, — вы причастны к этим делам?
Рус и Мотор медленно покачали головой, глядя Греку прямо в глаза.
— Мы ничего не знали, — сказал Рус.
— Отвечай за себя, — устало произнёс президент и вскинул вверх кулак, — голосуем!
Мистик сделал три шага назад и не поднял руки, сжав губы. Остальные волки поддержали Грека и проголосовали «за» то, чтобы все друзья Духа покинули мотоклуб «Железные волки» без лишних слов.
Рус, Мотор и Крокодил нервно, быстро сняли жилетки, бросили к тяжёлым ботинкам Грека и вышли за дверь на улицу.
В баре наступила на какое-то время тишина, никто не решался ничего сказать, понимая, что сейчас неподходящий момент для шуток или праздных слов.
Грек смотрел в пол, потом облизал высохшие губы, вскинул сверкавший взгляд и быстро проговорил: — Но это ещё не всё. Есть очень важный вопрос, который мы уже обсуждали в Москве. За то, что Мистик подозревался в убийстве Доктора, он был поставлен на испытательный срок. Он закончился. Я много думал о нашем вице-президенте, и теперь могу спросить вас — как вы относитесь к нему? Мы говорим правду, я прошу вас высказаться, — мужчина широко махнул ладонью, призывая не тратить время.
«Волки» молча переглядывались, но один встал со своего места в кресле и подошёл к Греку. Это был Мир из ростовского отделения.
— Я Мистика знаю давно, но не так хорошо, как москвичи. Здесь же успел узнать и убедиться, что он — изворотливый и скользкий тип. Личную жизнь братьев трогать не принято, я знаю, но в этом случае, чтобы угодить тебе, Грек, Мистик устроил фиктивный брак с женщиной, к которой он за всё время, что находился здесь, подошёл всего два-три раза. Призвав его к ответу за его бесчестное поведение, потому что она считала себя его подругой, он ударил меня по голове и уехал, как трус.
— Это неправда, — почти прорычал Мистик и, не выдержав, дёрнулся к Миру, но его сдержал Чёрный.
— Потом, — успокоил он друга и перевёл презрительный взгляд на клеветавшего, потому что Чёрный знал Мистика — он бы так никогда не поступил.
— Я говорю то, что видел, что знаю, и голосую против членства Мистика.
— Я ещё на голосование этот вопрос не ставил, — как бы небрежно напомнил президент Миру о том, что он спешит, и что «волк» ростовского отделения здесь не главный.
— Можно я скажу? — неожиданно поднял руку Пират.
 
Грек кивнул, приглашая его выйти в центр.
Мужчина мрачно посмотрел вслед Миру и начал: — Мистик, не успев приехать, организовал нам тут отличный тематический праздник, посвящённый героям всех войн на открытии мотосезона. Насчёт его отношений с Викой — братья, какое наше дело? Но если уж надо сказать, то скажу — брата тянет к ней страшно, это сложно, но если он всё-таки женился и венчался, я думаю, это не фиктивно. Между ними что-то есть. А о драке с Миром — я видел его расквашенную физиономию, Мир, ты его хорошо отделал. И ты ни слова не говорил о том, что Мистик тебя ударил по голове и уехал — это на его затылке я видел рану. У меня всё, спасибо.
Пират сел на своё место, не встречаясь ни с кем взглядом.
— Я полностью согласен со словами Пирата и поддерживаю его, — подняв руку, произнёс Алик — ростовский президент «волков».
— Что ты можешь сказать о том, в чём признался вчера? — спросил Мистика Грек. — Ты правда хотел использовать свой брак…
— Для того, чтобы остаться в клубе, — закончил Мистик, опустив голову. Потом поднял её и взглянул прямо в глаза Греку. — Да, хотел. Но с Викой у нас всё очень непросто, и я сам не знаю, фиктивный у нас брак или нет — время покажет. До этого почти целый год я не мог бы сказать, какой у наших отношений статус.
Мистик какое-то время молчал, потом, горько улыбнувшись, продолжил: — Но Доктора я не убивал. И клуб для меня — самое главное. Ради того, чтобы остаться с вами я бы многое сделал, а жениться на Вике мне не было тяжко.
Некоторые братья заулыбались, кто-то хохотнул.
— Я хочу быть среди вас, я — «волк», и был им всегда.
— Центровой, — осторожно и звучно начал Чёрный, — если можно, я ещё раз поручусь за друга, все ошибаются. Но то, что он сделал, я считаю, очень сильно, — проговорил с жаром мужчина. — Братья, ну кто ещё мог бы из вас жениться так? Даже если требует честь?
Мужчины покачали головами, а Чёрный, вздохнув, продолжил: — Да он бы лет пять к ней бегал и всё сомневался, та она или не та, а теперь всё спокойно, и думать не надо. Не вылезай из кровати и не мучайся.
Братья рассмеялись, обстановка на совете разрядилась, и даже Грек улыбнулся, показав белые зубы в тёмно-русой бороде.
— Хорошо, — поднял ладонь центровой, заглушая жестом смешки и разговоры. — Я поднимаю вопрос о том, чтобы Мистика вновь назначить вице-президентом московского отделения «Железных волков». Руки поднялись все, кроме одной — Мира.
— Я бы на твоём месте отделал бы этого хмыря после совета, — вполголоса сказал Чёрный, показывая глазами на ненавистника.
— Да пошёл он, пусть лопается от злости. Он так крутил хвостом вокруг Вики, что она могла запросто выйти за него замуж ещё до того, как я приехал сюда. А его предупреждали, что она моя подруга.
— Тем более, устроим ему тёмную? — сжал зубы Чёрный.
— Слушай, тебе энергию некуда девать? — тихо спросил Мистик. — Езжай к жене, а то ты тут ещё сломаешь свою голову, а мне за тебя отвечать перед ней. У тебя двое детей дома!
Совет продолжился, но уже не так напряжённо, обсуждали планы на дальнейшую поездку в Волгоград. Отправлялись завтра, и поскольку Мистик ехал вместе со всем московским составом, то внимательно слушал президента и его предложения.
Вика мыла по очереди детям руки после вечерней прогулки в душевой гостиницы и случайно подслушала телефонный разговор Чёрного с женой. Молодая женщина ещё не видела Мишу после совета и не знала, чем он закончился, но его друг уже вернулся в комнату и лежал на постели, разговаривая. Ноги в ботинках на толстой подошве были видны, когда она проходила мимо с детьми, они свешивались с покрывала и лежали одна на другой. Запах сигаретного дыма заполнил коридор — мужчина попутно курил.
— Зоенька, не волнуйся, послезавтра утром я буду дома. Нет, я не буду гнать, ты там приготовь что-нибудь позабористей и повкусней, от местной жратвы у меня склеилось всё внутри, — он немного помычал в трубку, вероятно соглашаясь, — как хочешь, детка. А что Мистик? Видно было, что переживал, ничего, пронесло. Да, они завтра едут в Волгоград. Я? А что я там забыл? Я соскучился, потом на шоу приедем. Конечно, примерный муж. Смотрел только на блондинок, похожих на тебя — таких же небольших и хорошеньких. Нет, я шучу. Мистик предложил мне уехать домой сегодня, очень уж я нервный и лезу в драку. Да, тут хотел морду одному придурку набить за клевету на Мистика — Мир зовут. На совете такое про него говорил, что на голову не… Н-да, наверное, не зря же он обозлился. Да хрен с ней, с моей головой, отвечать за свои слова надо! Хорошо, Зоенька, если ты так вопрос ставишь — ладно. Тогда я кладу трубку, сажусь на свой агрегат и как бешеный лечу к тебе, ты только детей уложи, чтобы крепко спали, — он тихо рассмеялся, — ладно, пока, детка, целую не в щёчку. Да, я опять шутил, Зоенька, ты же меня знаешь.