Мистик (СИ)

Это больше всего и беспокоило Вику. Не мог ли Миша завтра вдруг отказаться от своей роли в свадьбе и сказать Греку всю правду, уйдя из мотоклуба? При подобной мысли её сердце начинало биться через раз — такого унижения она не вытерпит, а от боли захочется умереть. Неужели брак с ней — это такое серьёзное испытание для Миши, что невозможно его вытерпеть?
Проворочавшись, Вика надела тёплый халат и вышла на свежий, уже совсем потеплевший весенний воздух. Все деревья доцветали, и чувствовался горько-сладкий аромат увядания. Стоя на лестнице и закурив сигарету, она видела мужчин, пристально следящих за танцующей длинноногой девушкой с рыжими волосами. Она выгибалась, приседала, оставшись уже в одних трусиках, и зазывала на сцену кого-нибудь из мужчин потанцевать с ней. Вытолкнули Мистика, он смеялся и беспомощно поднимал руки, демонстрируя, что не касается её. Мужчины веселились от души, свистели и давали советы.
Вика почувствовала, что тоже начинает немного расслабляться и улыбаться. Вид у Миши был комичный, было заметно, что прелести красавицы его не то что не трогают, а даже смешат. Он артистично зажмуривался, качал головой и отворачивался от её откровенных поз, наклонов и ритмичных движений возле его джинсов.
Мистика убрали со сцены, и его место занял какой-то здоровяк из московских «волков». Тот оторвался, двигая в такт музыке тяжёлыми бёдрами и пытаясь схватить или хотя бы приобнять девушку.
Докурив сигарету, Вика решила, что все её опасения надуманны, и вернулась в комнату, почти сразу заснув.
Далеко за полночь, когда уже близилось утро, Мистик сидел за почти пустым столом — девушки уже всё убрали, оставив початую бутылку водки, два стакана, сухарики в тарелочке, копчёную колбасу, суджук и пачку сигарет с пепельницей. Они были втроём — он, Чёрный и Пират, вели глубокомысленные, громкие, пьяные беседы.
— Слушай, Пират, скажи этому брату, что он — самый лучший вице-президент, который когда-либо был. Я помню Витю Масона, он был строгий, но что он делал? Да за него всё мы с Мистиком и Герцогом делали, не, что, не правда?
— Ладно тебе, Чёрный, он умер, зачем о нём плохо говорить, — поморщился Мистик.
— Я не говорю плохо, — медленно помотал головой Чёрный, — я вообще о тебе говорю. И все так считают. Ты горишь, когда в мотоклубе, а не дома, когда в «Байк-центр» приезжаешь. Да Грек вообще в последнее время от дел отошёл, только тебя поддерживал. Потому что он видел, чего ты стоишь. И тут такое — он тебя спутал с кем-то… я не верю.
— Этот кто-то был одет в точности, как я, и на таком же байке, — делая на каждом слове акцент, сказал Мистик. — Грек не случайно подумал, что это я. У того парня была такая цель. Зачем? Чтобы убрать меня из мотоклуба.
— Грек тебе ещё ничего не говорил об этом? — спросил Пират, он как всегда казался трезвее некуда, хотя пил наравне с ребятами.
Мистик покачал головой: — Ни слова. Скажет обязательно, вынесет свой вердикт и без совета, ему не впервой. Последнее слово всё равно его.
— Да, это понятно, он — центровой, — пожал плечами Чёрный. — Ладно, не киксуй, брат, — он похлопал Мистика по плечу. Сегодня женишься, потом брачная ночь, тебе надо быть на высоте, выспаться хотя бы. Пошли, я тебя провожу.
— Тебя тут Марина спрашивала, когда ты ходил в туалет, может, заглянешь — она в баре, — нехотя сказал Пират.
Мистик махнул рукой: — Что мне ей говорить? У меня через несколько часов будет жена и двое детей.
— А ты жалеешь, что ли? Кто такая эта Марина вообще? — разъярился Чёрный.
— Светленькая девушка, которая подходила, — напомнил Пират.
— А. — Чёрный пожал плечами. — Марина. И что она от тебя хочет, ты же ей всё объяснил?
Мистик промолчал.
— Чёрт, Мистик, сколько у тебя баб? Я уже запутался, а ещё меня когда-то Грек называл кобелём, зато ты у нас был идеалом и серьёзным парнем. Сегодня женится, а к нему девушки в очередь выстроились, чтобы поплакать.
— Ничего не в очередь, — пьяно возразил Мистик. — Я вообще и в страшном сне не мог подумать, что женюсь на такой, как Вика.
 
— Это почему?
— Чёрный, ты всё и так знаешь, что тебе ещё объяснять. Ты бы взял Зою, если она была замужем и с двумя детьми?
— Да хоть с тремя, я её хочу, и всё, — смело сказал друг, поднимаясь из-за стола, чтобы отвести жениха немного поспать перед важным днём.
— Я её тоже хочу, но жениться не хочу.
— Не женись, — криво усмехнулся Чёрный. — Все эту фразу перед свадьбой говорят.
— Да, переживу, — Мистик зевнул, — зато теперь моя постель никогда не будет остывать.
Чёрный и Пират пьяно захихикали, вытирая выступившие от смеха слёзы.
— А говоришь — не хочу, не хочу, — передразнил друга Чёрный. — Да ты весь напряжённый, как будто тебя в клетке держали полгода, я прямо боюсь за Вику завтра ночью.
Отпуская шуточки в том же роде, мужчины стали подниматься по лестнице, поддерживая друг друга.
— Мистик! — услышали они, когда добрались уже до середины.
Обернувшись, оба увидели молодую девушку со светлыми волосами, собранными в хвост. Она стояла внизу и, серьёзно глядя на мужчину, сказала: — Мне нужно с тобой поговорить.
— Марина, о чём?
— Пожалуйста, Мистик, мне очень нужно кое-что тебе сказать, это важно.
Тот развёл руками другу и спустился к ней, но далеко не отошёл. Чёрный неодобрительно косился на эту молоденькую блондинку, достал от нечего делать сигареты и закурил, стоя на ступеньках, слыша, конечно, весь их банальный разговор.
— Ты подумал? — спросила она.
— Что тут думать, Марина? Я женюсь сегодня. На Вике. Так сложились обстоятельства, мне очень жаль, и в мыслях не было тебя обижать.
— Я думала, что ты хотя бы немного отличаешься от остальных мужчин, — горько произнесла девушка.
— Прости, я не хотел, — сокрушённо произнёс Мистик, убирая волосы со лба назад.
— Тогда я пойду к президенту мотоклуба и расскажу, что у нас с тобой было всё серьёзно, пока он не появился на «посту».
— Марина, ты сделаешь только себе хуже, Грек не любит таких вещей, тем более, накануне праздников — он от этого звереет, и виновата будешь ты, что испортила ему настроение. А чего добьёшься? Я скажу, что ошибался и не знал, кого выбрать — тебя или Вику. Ты отличная девушка, всё у тебя будет хорошо. Удачи тебе.
Марина всхлипнула и убежала за барную стойку, закрывая рот ладонью, чтобы не разреветься в голос.
— Ненавижу всё это, — тихо зарычал Мистик.
Чёрный вздохнул: — Бедная девчонка, она на тебя рассчитывала по-крупному, а Вика ей всё обломала ещё до того, как ты узнал эту Марину.
— Кто-то всегда в пролёте, я правда не со зла с ней, думал, закрутится. А тут вон как всё вывернулось. Неожиданно.
— Бывает, — согласился Чёрный. — Ты меня вспомни, когда я догадался, что Зоя подзалетела? Я озверел, как чёрт.
Друзья уже стояли у двери Мистика.
— Да, и всё говорил, что это мой ребёнок — ветром задуло, что ли?
Чёрный пошатнулся, и Мистик его поддержал.
— Меньше всего я хотел детей, Мистик, для меня это было самое страшное, как в кошмаре. А потом понял, что светлее и… прекраснее их у меня и нет ни хрена в жизни.
— Ещё Зоя.
— Да, Зоя, но она моя женщина, а они — моя плоть и кровь, понимаешь? Моя копия в уменьшенном варианте, у Машуньки даже характер мой! Ты поймёшь, когда у тебя появятся свои дети. Удачи тебе, друг, не спасуй завтра ночью, как сегодня.
Мистик тихо рассмеялся, и исчез за дверью комнаты в темноте, всё ещё улыбаясь, когда отыскал кровать. В голове приятно шумело выпитое, хотелось спать, все проблемы отошли на какой-то двадцать второй план.
Он расслабился на постели и заснул, видя цветные и яркие сны.
  
Глава 15. "Хирургия"
 
На любой свадьбе есть те, кто остался доволен, и те, кто хотел бы что-то изменить. Байкерская свадьба не была обычной. Но в этом отношении и она походила на остальные.