Клеймо ведьмы (СИ)

А вот здесь мы попали по полной программе.
Мне хочется как-то объясниться, отвести Адалин подальше и сказать ей, чтобы забыла об исхитах, но она вздыхает и всё же решает раскрыться.
- Потому что в тот день, когда у меня проявилось клеймо ведьмы, на нас напали исхиты… Мы с Байроном были совсем одни. Он планировал сражаться с ними, но мне удалось остановить их, повелев оставить нас. – Ведьмочка вскидывает голову и виновато смотрит на меня, прядка волос падает ей на глаза, и я тянусь, чтобы убрать, но Адалин не позволяет прикоснуться к её лицу. Смахнув волосы, она продолжает смотреть на меня каким-то совершенно чужим взглядом. – Прости, что я втянула тебя во всё это и попросила пока не выдавать мой секрет, но я поняла, что могу оказаться слишком опасной, поэтому я больше не должна молчать. Ректору следует узнать правду, чтобы понимать, как помочь мне.
- Конечно, ты вправе говорить всё, что пожелаешь нужным, это ведь не моя тайна.
- Ты утверждаешь, что исхиты прислушались к твоему требованию покинуть вас и так просто сдались? Без боя?
Магистр Стормис буквально подпрыгивает с кресла. Вижу, как бледнеют его кожные покровы, и понимаю, что мужчина злится. Я даже не сомневался, что так будет, но ожидал какую-то менее агрессивную реакцию, что ли… И что сейчас будет?
 Часть 35. Байрон 
- Пожалуй, я могу понять твой испуг, но не возьму в толк, почему один из лучших учеников решил умолчать о таком вопиющем случае?
Магистр Стормис смотрит на меня с разочарованием, а мне и добавить нечего в своё оправдание. Я просто пытался скрыть свою связь истинных с ведьмой, и мы оба покрывали друг друга. Надеюсь, она не расскажет о поцелуе, случившемся до того, как она приказала исхитам сгинуть?
И тут меня вдруг осеняет…
Что, если она переняла часть моей энергии? Драконью сущность, которая запугала исхитов и заставила отступить?
 - Есть что добавить, Байрон? Может, тебе показалось что-то странным в тот момент?
А вдруг это наша совместная сила? Я слышал о том, что у истинных появляются новые преимущества, если они используют силу разумно. В тот момент я хотел защитить ведьмочку, она испугалась, поэтому всё вышло из-под контроля, и наша магия сработала, как защитная?
- Байрон! – строго обращается ко мне ректор.
- Да, простите. Я задумался. Ладно, если мы уж начали откровенничать… Дело в том, что в тот день, когда вы отправили меня за новенькой, я согласился не просто так. У меня появился знак истинной пары, а стоило мне увидеть досье девушки, я понял, что это она. Мне не хотелось говорить об этом, уверен, вы понимаете по какой причине. Мне жаль, что пришлось скрывать этот факт. Во время нападения исхитов я пытался воспользоваться энергией ведьмочки, так как у самого сил осталось не так много, ведь я потратил большую часть сначала на её поиски, а потом… В общем, я поцеловал Адалин, чтобы получить часть её силы. Могло ли всё получиться ровно да наоборот? Вы ведь знаете, что исхиты боятся драконов. Если в тот момент Адалин переняла часть моей драконьей ипостаси, исхиты могли принять её за самку, испугаться и сбежать? Ну, это один из вариантов…
Говорю без умолку, потому что так проще слиться с происходящим, спрятать собственные страхи. Я действительно боюсь, потому что сознался, и теперь Адалин тоже знает правду. Вот только… Почему она не выглядит удивлённой? Рэйриан уже рассказал ей правду?
- Всё это крайне непросто. Не понимаю, почему студенты решили, что могут обманывать меня и водить за нос. Мне крайне неприятно осознавать это, однако пока я не могу ответить на ваши вопросы. Магия Адалин проявила себя в коридоре. Возможно, твоя теория действительно верная. Мне придётся поразмыслить над этим. Или призвать исхитов, чтобы проверить, как они отреагируют на Адалин вдали от тебя и вашей связи. И почему ты возомнил, что имеешь право молчать об этом, Байрон? Связь истинных - сильная вещь. Ты не подумал, что подвергаешь опасности эту хрупкую девушку, уходя в отказ от дара самой судьбы?
 
- Простите, магистр Стормис. Я действительно совершенно ни о чём не думал, когда принимал такое решение.
- Надеюсь, что у вас появится время обдумать всё. Я не враг вам. Я защищаю эту академию и всех студентов, которые проходят здесь обучение. Попрошу больше не держать от меня секретов, которые могут как-то негативно отразиться на окружающих.
- Простите, я испугалась и умоляла Байрона пока не выдавать то, что случилось. Это было слишком эгоистично и неправильно с моей стороны.
- Манипулировала вашей связью, или ничего не знала о ней?
Адалин опускает голову и покачивает ею, словно не может подобрать правильные слова в это мгновение, и я понимаю, что ей правда стала известна ещё до встречи со мной.
Как давно она знает?
И кто ей сказал?
Рэй?
А кто ещё?
Подло было выдавать чужой секрет, и теперь я не смогу уже довериться ему. Пусть и понимаю, что должен был сам ещё раньше сказать ведьме, почему ей следует держаться подальше от меня.
- Она не знала, магистр, - отвечаю я.
- Вам следует поговорить наедине. Отведи Адалин в спальню, чтобы она собрала вещи, и дождитесь Рэйриана. Он проводит в изолированное крыло.
Ведьмочка вздрагивает, когда прикасаюсь к её плечам, но не отталкивает от меня и не возмущается. Она податливо поднимается со стула, благодарит ректора за разговор и ещё раз просит прощения. Магистр Стормис смягчается, он пытается объяснить, что ничего плохого не случилось, но я чувствую, что напряжение никуда не подевалось, и он до сих пор относится к нам настороженно. Не доверяет. Оно и понятно.
Мы с Адалин выходим из кабинета и идём в женское крыло в немом молчании. Она ничего не говорит, не обвиняет меня, пребывая в своих мыслях, а я так сильно боюсь их разрушить своим вмешательством. Чувствую вину за то, что сразу не рассказал правду. Не следовало мне тянуть так долго, но постоянно находилось что-то, и я оттягивал момент. Снова и снова. И вот теперь оттягивать дальше некуда.
В комнате пусто. Хорошо, что нет Мэйлы, а то начала бы заваливать неудобными вопросами… Адалин присаживается на свою кровать и вскидывает голову. Её каштановые волосы с лёгким оттенком рыжины падают на глаза, но девушка ловко смахивает их рукой.
- Изоляция не самое плохое, что могло приключиться со мной, - вздыхает Адалин. В глазах изумрудного цвета вижу лишь пустоту. – По крайней мере, появится время изучить дневники бабушки и понять, как жить с этим даром дальше. Я чуть было не лишила Элли жизни, хоть она ничего плохого мне не сделала…
- Тебе не следует винить себя. Если честно, Элли давно уже напрашивалась. Она не вспомнит, что случилось между вами. И тебе стоит выбросить это из головы. Ты смогла остановиться.
- Потому что ректор вынудил меня сделать это. Я не планировала, я желала завершить начатое. Понимаешь? Внутри появилась такая сила… Я не управляла собой. Это оказалось гораздо сильнее. Сейчас мне стыдно, но что я могу сделать? Как исправить? Как не допустить повтора?
Я присаживаюсь рядом с ведьмочкой и обнимаю её, а она льнёт ко мне и кладёт голову на моё плечо. Мне казалось, что она оттолкнёт меня и заставит объясниться, но она ведёт себя так, словно я не обманывал.
- Мы должны обсудить нашу связь…
- Она ведь не имеет никакого значения? Мы же не обязаны поддаваться ей и быть вместе, правда?
Именно это мне и хотелось сказать, вот только слышу эти слова от Адалин, и в груди щемит. Теперь уже я ни в чём не уверен, хоть и понимаю, что за меня говорит связь истинных – не я сам.
- А ты не хочешь поддаваться ей?
Сам не знаю, зачем спрашиваю, но чувствую, как напрягается ведьмочка. Отстранившись от меня, она смотрит мне в глаза, и я теряюсь в ней. Готов в это мгновение поспорить, что совсем не из-за нашей связи. Эта ведьма завладела моим сердцем… Или всё-таки нет? Удары сердца учащаются, когда пухлые губки приоткрываются, и Адалин тянется ко мне…
 Часть 36. Байрон