Остров Свободы 12.04.1961 (СИ)

И кажется, она не врала. В уголках покрасневших глаз и под длинными ресничками была размазана чёрная туш, а руки и пальцы девушки заметно потряхивало.
— Доктор не нужен. — Отмахнулся я.
— Точно, сеньор Кастро? — Неуверенно пробормотал опешивший от моего заявления врач.
— Точно. Можешь идти. И вы парни тоже. Всё нормально. Я жив, здоров.
Делегация тут же дружно развернулась в сторону двери и друг за другом, гуськом, посторонние очистили мою комнату.
— Ты меня так напугал! — Призналась Ли и присела рядом со мной на корточки, оголив не только свои красивые коленочки, но и всё что выше, и что скрывалось между ножек. Вот и зачем она это делает? У меня и так сейчас состояние не очень… — Ты точно в порядке? Может всё же вернуть врача, пусть осмотрит тебя?
— Ли… — Сумев оторвать взгляд от её… ножек, посмотрел я в глаза девушки.
— Да?
— А почему ты без нижнего белья?
— Я же не была в своей комнате, ночевала здесь. Не перетаскивать же мне свои вещи к тебе. Да и не знаю, уместно ли это. Что люди скажут?
— Мои ничего не скажут. Перетаскивай.
— Будет сделано, мой команданте. — Весело ответила она, отсалютовав мне поднятой к виску рукой, и её короткое платье задралось ещё выше.
— Ли…
— Ну что ещё?
— Есть одно дело к тебе, не терпящее отлагательств.
— Какое? — Подозрительно прищурилась блондинка, и увидев, куда снова был направлен мой взгляд, попыталась сбежать.
Я поднялся, сгрёб девушку в охапку и потащил в кровать. Та весело завизжала и принялась вырываться… делать вид, что вырывается. Но быстро поняла безнадёжность своего положения и сдалась…
Наше с ней дело затянулось на пару часов. И закончилось фразой Ли:
— Вот теперь я точно уверена, что с тобой всё в порядке.
— А ты… — недовольно пробормотал я, — будешь ходить без белья, мы никогда не выберемся из этой комнаты.
— Намёк поняла, команданте! Ходить без белья! Есть!
— Вольно, рядовая Ли! Неправильные ты вводы делаешь… но интересные. Нужно будет поработать над этим.
— Есть поработать! Сегодня вечером готова приступить к отработке…
А после этого я пробрался на кухню и немного проредил запасы своего повара. Что за странная штука это возрождение? Хотя, в этом есть свой плюс. Теперь я всё проверил, испытал и можно сказать, знаю, как этим пользоваться. Самое главное, после возрождения иметь под рукой Ли и много еды.
Чувствую, это знание мне понадобится в этом мире. В своём мире я пережил около полусотни покушений, причём, очень хорошо подготовленных. Да, знаю — в газетах писали, что я рекордсмен по количеству покушений. Кажется, я и сам что-то такое ляпнул на каком-то интервью. Но пятьдесят тоже ведь не мало!
А в газетах и сводках частенько преувеличивали. Да и моя служба охраны немного привирала, чтобы показать, как они хорошо работают, да и я сам не раз запускал дезинформацию, чтобы подразнить оппонентов. Неудачно нырнул, или споткнулся на ступенях — и вот новая новость. Команданте пережил покушение и теперь хромает. Неудачно встал с кровати и защемил позвонок — на команданте покушались в его постели наёмные убийцы.
Не всегда, конечно. Реальных покушений тоже хватало. Но как лучше можно было объяснить неожиданную болезнь или травму? Не признаваться же в собственной слабости! Образ лидера должен быть идеалом…
Мы ехали с наряженной по такому случаю Ли по центру Гаваны, и я с ностальгией смотрел в окно автомобиля. Был бы я сам, прыгнул в свой любимый военный Газ-69, советский аналог американского Джипа, и поехал, не особо заботясь о пекущем в макушку солнце, и бьющему в лицо ветру. Но сегодня я был в компании девушки, пришлось порыться в гараже и выкатить оттуда неплохо сохранившийся чёрненький Олдсмобиль Батисты.
Такое впечатление, что с этих пор на Кубе ничего не поменялось. Всё те же дома, те же магазинчики. Правда, люди выглядели добрее, счастливее, и машин на улице было гораздо меньше.
Пальмы, цветные яркие дома, торговцы, продающие фрукты и овощи с лотков своих велосипедов, уличная еда, кафе, заполненные посетителями, дети, играющие в баскетбол на улице. Всё это такое знакомое… Такое родное…
  
Ли почему-то молчала. Наверное, чувствовала моё настроение, только изредка поглядывая на меня, и делая вид, что её не гложут никакие вопросы. Полчаса езды — и мы на самой окраине города. Ну не в центр же ехать, чтобы узнать и понять, что нужно менять и откуда всё начинать. Центр — это обложка для туристов. Там всегда всё хорошо.
Я подал руку Ли и помог выйти из машины. Он выглядела бесподобно! Летнее светло-зелёное платье, красные туфли на высоком каблуке, тонкие стильные перчатки, большие солнечные очки, яркие алые губки на лице, и широкополая шляпка, закрывающая плечики и личико девушки от знойного кубинского солнца.
Она взяла меня под ручку, прижалась ко мне, и, словно моя девушка или, не дай бог, жена, не отрываясь, пошла рядом со мной. Первая наша остановка была в каком-то маленьком, но уютном кафе. Мы выпили по молочному коктейлю, съели по стаканчику мороженого и я принялся общаться с людьми. Именно для этого я и приехал — поговорить, выслушать, понять.
Как ни странно, в меня не кидали помидорами и не ругали. Люди всё ещё в меня верили, надеялись, ждали изменений. Пока ещё изменений в их жизни было мало. Вряд-ли мы что-то такое успели сделать за тот год, что мы у власти. Так быстро ничего не меняется, особенно, когда тебе суют палки в колёса все, кому не лень.
Постепенно кафе заполнилось народом и я, под пристальным взглядом Ли, начал общаться…
Потом было ещё одно кафе, и ещё. И в конце нашего небольшого путешествия, мы с Ли проехались по трущобам. А ближе к заходу солнца, поехали домой…
— Хм... Я всё равно думала, что ты диктатор и тиран... — Задумчиво проговорила Ли, глядя в окно автомобиля на играющих в футбол, прямо посреди автомобильной улицы, ребят. — То, что у нас тобой сложились отношения, на моё мнение не влияло…
— Не знал, что у нас с тобой отношения.
— П-ф-ф-ф! — Фыркнула в ответ блондинка.
— И что тебя разубедило в моём тиранизме?
— Люди...
— Люди?
— Да. Они искренне рады, горды, что ты с ними. Верят и любят тебя. Да и ты сам... Ты не ешь красную икру, не живёшь во дворце...
— Как раз наоборот. — Я отрицательно покачал головой. — Сегодня мы завтракали красной икрой и спали во дворце.
— Ты понял о чем я! Из дворца ты скоро переедешь, я видела как ты живёшь — временно. У тебя нет парка дорогих автомобилей, ты не привязан к дорогим вещам. А икра... Ну не икра, тут я не так выразилась. Никаких изысков. Ни деликатесов, ни тортиков, ни шампанского по тысяче долларов за бутылку.
— Выпили уже… — Тяжело вздохнул я, вспомнив опустошённый погреб Батисты.
— Ну да, ну да… — Скептически прокомментировала Ли. — А люди? Они верят в тебя, надеются. Хоть им и тяжело. Терпят, потому что верят в твою борьбу и в тебя. И ты ведь поехал, не побоялся, что тебе плюнут в лицо. Сейчас ведь не выборы, не избирательная компания. Ты не обязан был ехать.
— Может это актёры, нанятые чтобы впечатлить тебя?
— Ну да, конечно! А то я не вижу. Ты же не боишься, показываешь мне трущобы. Хотел бы пустить пыль в глаза, повозил по центральной улице. Да и актеров многовато. Весь город актеров? Смешной ты.
— Значит, я не тиран?
— Пока не определилась точно…
— Ну ладно, думай. Ночью буду тиранить тебя снова, посмотрим, что ты скажешь.
— Фак! Ну зачем ты это сказал?
— А что такое? — Театрально нахмурился я и окинул Ли взглядом.
Она сжала ножки и поморщилась.
— Что ты со мной делаешь? — Тихо проговорила блондиночка, косясь в сторону водителя. — Я опять хочу...
— В туалет? Так сейчас организуем. Фредерико, останови у той забегаловки.
— Дурак! Вот зачем я с тобой связалась?!
— Не знаю даже...
Следующие несколько минут мы ехали молча. И лишь выехав на центральную, красивую и красочную улицу, Ли задумчиво сказала: