Маски сбежавшей невесты (СИ)

Я подавила очередной приступ дурноты и горько усмехнулась. Как же далеки были мои детские страхи от настоящей человеческой мерзости.
И если oт особенно непристойных зрелищ ещё можно было как-то отвернуться, оставались еще запахи, звуки… Сладковатый цветочный аромат, плывший по воздуху, против воли дурманил голову, рождая в теле непривычное тяжелое томление, от которого гулко стучало сердце и подгибались колени. А стоны и вздохи из каждого укромного уголка темных беседок, казалось, сами проникали в уши, и невозможно было понять, были ли это крики боли, зов о помощи или же всплеск наслаждения. Или…
Я мысленно отвесила себе хлесткую пощечину, ругая за глупость и потерянное время — не иначе как под влиянием дурмана. Лорри. Если я так и продолжу блуждать по саду, то не найду ее даже за целую ночь. Нет, нужно было поступить иначе. И подумать об этом стоило в первую же секунду, а я…
Увлеклась. Забылась. Лорри, небось, и взглядом не повела, а я… я…
Щеки вспыхнули. Ноздри затрепетали, вдыхая сладковатый запах тумана. Γолову вновь повело, во рту стало вязко и сухо…
Я до боли закусила губу, возвращая власть над разумом.
Действовать. Пора было действовать.
Парочка на ближайшей скамейке, слившаяся в страстном поцелуе, не заметила пропажи беспечно забытой маски. Я схватила ее почти бездумно и тут же надела. Замерла, боясь, что творение лорда Голдена, подобно придворным иллюзиям, четко настраивалось на единственного хозяина, но нет — жесткая прозрачная вуаль, скрывавшая бархатную основу с прорезями для глаз, удлинилась, пряча лицо за складками темного кружева.
С маской стало спокойнее. Укрывшись от чужих глаз, я сделала несколько глубоких вдохов, возвращая ясность мыслям, и сосредоточилась.
Камень силы на обхватывавшей шею ленте полыхнул серебром, улавливая магический выплеск. Тонкие нити, легкие, точно ветер, устремились от меня во все уголки сада. Ρасчет был простой — родственная воздушная магия должна была откликнуться на прикосновение, посылая ответный сигнал. Да, сильный маг, даже увлеченный… делом, легко мог оградить себя от поисковой паутинки, но я надеялась, что Лорри не станет этого делать. Почувствует, как сильно я волнуюсь и как отчаянно желаю найти ее — и вернется. А если нет…
Что ж, тогда я буду пытаться снова и снова.
Οтвет не заставил ждать. В последние пару сотен лет мастера над воздухом — от слабейших слуг, в чьих жилах текла полученная много поколений назад благородная кровь, до самого графа Мейбриджа, деда Лоррейн по матери, и его потомков, считавшихся сильнейшими из воздушников — стали самой многочисленной группой среди одаренных. Неудивительно, что даже в Ночном саду магов, позабывших или не посчитавших нужным поднять щит, набралось около десятка. Это огневиков после затяжной войны с Варравией остались считанные единицы, из-за чего род Митчелов, как говорила мама, почти осиротел к моменту ее рождения. А воздушники были, есть и будут — Лорри и ее мать, леди Тэмзин, мисс Селия Фаулер, герцог Голден и даже частично я были тому живым доказательством.
Но радость продлилась недолго. Ни одна воздушная нить не привела меня к желанной цели. Мужчина с приспущенными штанами, ритмично шуршащий в кустах, пара, извивавшаяся вокруг связанного мужчины, рослая девица у винного столика и ещё одна леди со скованными запястьями — не то, все не то.
Или воздушной магии, не самой сильной из моих способностей, оказалось недостаточно, чтобы охватить всю территорию Ночного сада, или графиня уже успела пощекотать нервы очередным приключением и преспокойно вернулась во дворец под домашний арест к бдительному брату. Увы, во второй вариант, самый удачный и желанный, верилось с трудом.
«Мысли как Лорри, — приказала я себе, упрямо не желая сдаваться и снова и снова обследуя ближайшие аллеи в поисках мастеров над воздухом. — Куда графиня могла отправиться в первую очередь?»
Если подумать, ответ был очевиден.
В Дом Удовольствий.
Действительно, где же ещё стоило искать улики, как не в таинственном поместье герцога Голдена.
 
Осталось только найти сам дом.
— Простите, миледи…
Я выбрала приличную на вид рослую особу в многослойных юбках, чей размах плеч сделал бы честь императорскому гвардейцу. И едва не завизжала самым позорнейшим образом, когда под изящным кружевом маски обнаружились густые пепельные усы. На мощной шее выразительно дернулся кадык.
— Чем могу помочь, сладкая? — поинтересовалась «леди» густым басом.
— Я… — от изумления слова разом вылетели из головы. Взгляд почти против воли опустился с усов на выдающуюся грудь в высоком корсете — очевидно, поддельную. А я-то наивно полагала, что за время прогулки по саду успела увидеть все. — Я… ищу Дом Удовольствий…
— Ты уже здесь, — на плечо покровительственно легла тяжелая ладонь. Я дернулась, но держали меня крепко. — Ρасслабься — и получишь то, ради чего пришла. Удовольствие.
— Нет… — я дернула головой, прогоняя наваждение. — Мне нужен дом. Именно дом.
— Вы только посмотрите, какая смелая малышка, — хохотнула «леди». — Эдельберту по вкусу такие маленькие невинные мышки. Особенно те, что сами бегут к нему в когти.
Эдельберту?
— Лорду Голдену? А он…
— Там, там, — махнула на холм затянутая в шелк волосатая ручища. — Его сиятельство только что вернулся с императорского бала.
По спине заструился холодный пот.
Лорри…
Лорри была в опасности!
Скомкано поблагодарив за помощь, я изо всех сил припустила по указанной тропинке, подгоняемая низким смехом. Сердце стучало набатом, а страх за Лорри гнал вперед, придавая сил. В ушах эхом отдавались напутственные слова «леди».
— Торопись, синеглазая мышка, его сиятельство уже заждался. И не говори потом, что Сильванна не предупреждала…
  
ГЛАВА 14
 
На мое счастье, загадочный Дом Удовольствий оказался всего лишь домом. Я готова была увидеть за холмом если не дворец, то, по меньшей мере, поместье на полсотни комнат, соответствующее высокому статусу доверенного императорского советника. Но, видно, легенды не врали. Двухэтажное строение с неровной кладкой, едва различимой за густым плющом, узкими окнами и покатой черепичной крышей, над которой возвышался шпиль круглой башни, был возведен еще на заре Империи.
От каждого камня буквально веяло древностью — и вместе с тем чем-то таинственным. Могущественным, как древняя магия, способная сравнять с землей горы и повернуть вспять реки, и неведомым, словно ритуалы древних. В Ночном саду волей-неволей вспоминались известные с детства легенды о Дворцовом острове. И здесь они уже не казались глупыми сказками.
Нет, все было по — настоящему.
Магия. Чудеса. Семь стихий, покорных единой воле.
Но восхищение быстро уступило место разочарованию. Ночной сад, который должен был быть удивительным и таинственным местом, под черной рукой герцога Голдена превратился в ужасный дом разврата. Извратился, исказился, испортился…
Гостей во дворе и парадных комнатах, четко просматривавшихся сквозь высокие стрельчатые окна, было едва ли не больше, чем во всем Ночном саду. И на каждого приходилось по два-три прислужника, готовых выполнить любую прихоть господина. Полуобнаженные пажи почтительно следовали за разодетыми дамами с веерами, горничные разносили напитки. Единой униформы не было — количество и прозрачность одежды, судя по всему, подбирались исходя из… обязанностей. Единственным, что отличало слуг от сиятельных лордов, были маски — блестящий шлем для мужчин и длинная вуаль для женщин.
Я запоздало догадалась, кем была девушка, целовавшаяся на скамейке, но было поздно.
 
— Ты! — первая же попытка прошмыгнуть в дом была грубо пресечена твердой рукой в кожаной перчатке. Привратницей оказалась женщина… не такая как «леди» Сильванна, но все равно непривычно крепкая и высокая. Платье, короткое спереди и длинное сзади, обнажало стройные ноги в сетчатых чулках и кавалерийских сапогах почти до колена. Правой рукой она сжимала мое плечо, левой поглаживала рукоятку короткого хлыста. — В доме все обслужены. Бери поднос и марш в сад, лорд Сладкий как раз искал девиц твоего типажа.