Месть «Синдиката» (ЛП)
— Ты серьезно хочешь выйти замуж сегодня, детка? — Его голос мягкий, с нотками благоговения.
Я улыбаюсь ему в ответ.
— Конечно. Я бы не стала угрожать братьям прекратить общение, если они не помогут со всем, Деклан, и была настроена серьезно. Как бы еще я смогла получить вашингтонское свидетельство о браке, если бы не они? Ну, и еще вам кольца.
— Нам кольца? — спрашивает Джованни, от чего я закатываю глаза. Синклер тоже может отвалить.
— Да. Ваши кольца. Ты правда полагаешь, что я позволю кому-то видеть только Деклана с кольцом и думать, что девки могут покуситься на вас двоих? Черта с два. Я забью сучек битой, если хоть одна из жаждущих шлюшек хотя бы попытается посмотреть в вашу сторону.
Я усмехаюсь, и Синклер с Джованни подходят ближе, а Деклан обхватывает меня руками и зарывается лицом в мою шею. Я чувствую его шепот «люблю тебя», который говорит мне, что он совершенно не против моей идеи. Ему так не терпелось перевести меня в статус «жены», что он несколько раз чуть не сорвал мои планы.
— Итак, что все это значит, мой коварный маленький котенок?
Я посылаю ему соблазнительную ухмылку.
— Ну, сэр, это значит, что Деклан становится моим мужем, а вы оба превращаетесь из парней в женихов. Ну что, ты сможешь справиться с этим титулом?
Его глаза смягчаются, и рукой касается моей щеки.
— Чертовски уверен, что справлюсь, Бетани. Ты уверена, что справишься с тремя чрезмерно заботливыми мужчинами, которые поклоняются земле, по которой ты ходишь?
— Ха! — хмыкаю я. — Я прекрасно справлюсь с вами тремя… А ты, Джованни? Ты в порядке?
Тот прерывает молчание.
— Безусловно. Хотя все еще ошеломлен, что ты все это провернула. Неужели дерьмовое предложение Деклана отпугнуло тебя, и тебе пришлось наброситься на нас?
Деклан бьет Джованни в грудь, ворча при этом «членоголовый» комментарий в мое плечо. Я просто качаю головой.
— Вовсе нет. Вы можете спрашивать меня, о чем захотите. Я просто хотела высказать свои претензии. А теперь, пожалуйста, мы можем приступить к церемонии, чтобы вернуться домой и как следует отпраздновать?
Намек на то, что мы вернемся домой и поваляемся между простынями, заставил их зашевелиться.
Тайни усаживает нас всех на место и приступает к клятвам. Мы выбрали простые и стандартные клятвы с обещанием дать более искренние позже, когда сможем провести надлежащую церемонию, которая законно свяжет нас в другой стране, независимо от того, считается ли это законным в штате.
Деклан надевает мне на палец кольцо, произнося клятву, и я следую его примеру. Наш союз скрепляется страстным и неистовым поцелуем, не оставляющим никаких предположений о том, когда мы заключим наш брак — сразу же после отъезда. После того как мы закончили, я беру руки моих других двух темных королей и надеваю обручальные кольца на их пальцы, завершая церемонию горячими поцелуями, от которых так и хочется сбросить трусики.
Взяв парней за руки, делаю фото всех вместе и улыбаюсь. Я выбрала для них матовые черные титановые кольца с индивидуальными надписями для каждого из них. Они — мои темные короли до скончания времен, и золотые кольца для них просто не имели смысла. Для себя я тоже сделала кольцо на заказ. Это то же черное матовое покрытие и титановый металл, но украшенное красным бриллиантом огранки «кушон» в три карата с двумя однокаратными бриллиантами с каждой стороны. Все наши кольца несколько нестандартны, но в то же время несут в себе атмосферу уникальности и неповторимости.
Мы — свой элемент в мире хаоса, скрепленный вместе испытаниями и трагедиями. Кровопролитием и бурями. Наша любовь всегда будет цунами, ожидающим удара, готовым посеять ужас в окружающем нас мире.
Когда мы усаживаемся обратно в машину с горячими обещаниями поклоняться моему телу до тех пор, пока я не смогу двигаться, в моей душе разливается спокойствие.
Я буду жить для своих мужчин так же яростно, как и готова продать за них свою душу.
Глава 20
Неизвестный
— И вы уверены, что сможете подделать все, чтобы это выглядело как можно более реалистично?
Его неуверенный тон заставил меня насмехаться над ним.
— Я занимаюсь подобным делом с пятнадцати лет. Если вы не верите в мою работу, то найдите кого-нибудь другого. Я заработала свои миллионы не просто так. Хотя предупреждаю вас… моя цена такая, какая она есть, неспроста. Я, черт подери, лучшая, и то, что вы сомневаетесь в моих услугах, вызывает у меня желание взять с вас двойную плату.
Этот вычурный дурак такой же, как и все остальные. Всегда выдвигают требования, а потом приходят в негодование, когда видят мои гонорары. Я беру столько, сколько беру, по чертовски веской причине. Я лучшая в этом извращенном мире подделок. Никто не может найти недостатки в моей работе, если только я сама этого не захочу.
Даже тогда, если они облажаются и обожгутся, меня никак не прижмешь. Я потратила слишком много времени, пряча свою личность за экранами компьютеров. На встречи я надеваю солнцезащитные очки и очень вызывающий, но дорогой парик, который скрывает мой настоящий цвет волос. В мире есть только один человек, который знает, кто я такая, и будь я проклята, если когда-нибудь снова пересекусь с ним.
Постукивание моими дешевыми ногтями по столу действует им на нервы, но я примерно в двух секундах, чтобы уйти. Тот, что посередине, понимает, что я не уступаю, и двигает ко мне папку с файлами с подробностями того, что им нужно подделать. Я беру ее и засовываю в свою сумочку.
Встав, я собираюсь уходить, но не раньше, чем говорю через плечо:
— Первой половине платежа лучше быть на счету к полуночи, если только вы не хотите, чтобы этот файл попал не в те руки.
Они начинают что-то бормотать, но я продолжаю идти. У меня нет времени на их обиды.
Если они хотят, чтобы работа была выполнена и выполнена правильно, то знают, что делать.
Ну… Если понимают, что для них лучше.
Глава 21
Синклер
Джованни и Деклан на занятиях, а я лежу на диване и смотрю какой-то документальный фильм, Бетани дремлет в моих объятиях. В голове прокручиваются события последних двух недель. Пришли три требования о нашем присутствии в «Синдикате» и около миллиона звонков и сообщений от наших отцов с не очень завуалированными угрозами по поводу нашего отсутствия и последствий, которые нам грозят за наш вопиющий отказ признать или посетить собрания.
Теперь, когда мы перешли на новый уровень отношений без секретов, я все меньше и меньше нуждаюсь в железном контроле, которого обычно жажду с силой тысячи солнц. Самоконтроль все еще присутствует в полной мере, но при нашем полном доверии друг другу обнаружил, что мне настолько нравится обыденное времяпрепровождение, как сейчас, что это иногда тревожит меня.
Раньше я бы никогда не проигнорировал вызов; однако, хотя и презирал быть марионеткой, все же мог контролировать результат. Если мне хотелось устроить шум, устраивал его и разбирался с беспорядком после. А сейчас?
Я так далек от планов мести наших отцов, полагаюсь на братьев Костовых, чтобы справиться с последующей огненной метелью, несущейся в нашу сторону, и все же мне не хочется хоть раз взять управление в свои руки.
Я бы предпочел просто быть здесь сейчас, рядом со спящей Бетани, и плевать на последствия. А мы все знаем, что реакция на наши действия будет. Мы просто ждем, когда, где и как сильно отцы ударят по нам.
Бетани шевелится во сне, отчего ее упругая попка трется о мой член. Из-за трения я мгновенно возбуждаюсь. Зажмуриваю глаза и пытаюсь успокоиться, но только еще больше возбуждаюсь, как и подобает ублюдку. Можно было бы подумать, что при такой нагрузке мой член не сможет функционировать, но он снова доказывает, что я ошибаюсь. Я поправляю себя и случайно задеваю бедра Бетани.