Советница из Хаоса (СИ)

— Первым предоставит свой отчет министерство финансов. — активируя перед собой встроенный в стол планшет и открывая на нем какие-то таблицы, приказал Талахай.
Это первый этап совета. Сейчас все министры по очереди расскажут о своих успехах, провалах и планах, после чего император должен будет озвучить свои приказы по каждому ведомству. И чтобы он имел представление о реальном положении дел, я раскрыла на столе свою книгу и в фоновом режиме показывала ему настоящие цифры и факты, которые либо подтверждали, либо опровергали заявления министров.
Конечно, мою активность заметили все и сразу. Пока свой отчет предоставлял первый докладчик, остальные косились с подозрением и удивлением на незнакомую по большей части женщину, гадая, что же она тут забыла. На дальнем конце стола даже велись шепотом переговоры между несколькими министрами по этому поводу, а Ллойд колонкой сбоку выдавал мне контекстом всю их речь. Император, разумеется, тоже это видел. Уголки его губ временами подрагивали от сдерживаемой ухмылки, что докладчики воспринимали на свой счет и сбивались с мысли.
Мы выслушали всех, никого не перебивая. Мы узнали все, что нужно, и о них, и об их делах. Вместо плененных министров выступили с докладами их первые заместители, и после этого пришел черед императора взять слово, а я тем временем начала осторожно готовить парализующее заклинание. На всякий случай.
— Благодарю за доклады, министры. — выдержав недолгую паузу и обведя взглядом всех присутствующих, начал Талахай. — Не всех, но многих. Чего-то такого я и ожидал, когда занимал трон империи, поэтому не скажу, что был удивлен. Понимаю, что многие из вас были не согласны с решением прежнего императора оставить трон мне и уйти, но, к счастью, у нас не демократия. После моей коронации это наше второе собрание. Если помните, на первом вы принесли мне клятву верности. Кто-то счел, что это просто слова и можно не придавать им значения. Очень печально... Очень печально, что даже после арестов нескольких глав департаментов вы не осознали возможные последствия своих недальновидных поступков.
После этих слов императора в зале поднялся гвалт самых разнообразных высказываний. Кто-то принялся оправдываться приказами своих осужденных начальников, которые никто не отменял; кто-то стал рьяно доказывать свою честность, приводя какие-то удивительные цифры; кто-то просто орал не пойми что. Они кричали, а я молча смотрела, как на лице правителя проступает холодная улыбка.
Сейчас я увидела Талахая еще с одной стороны. Он не просто строил из себя хозяина жизни перед еще одной девочкой, он действительно был им перед лицом всего мира. Ледяное спокойствие, непогрешимая уверенность и колючий жестокий взгляд. Думаю, в зале присутствовали и другие маги, но нападать не рискнул никто из обиженных. Все понимали, что титул Повелителя Стихии, который носил наш правитель, не был "титулом учтивости". И даже "горячие головы" старались поумерить свой пыл, ограничившись словами.
Однако эти слова не понравились императору. На зал словно наложился второй слой реальности, наполненный тишиной, когда он демонстративно щелкнул пальцами. Я знаю, что для магии правителю не нужны жесты, он сделал это, чтобы окружающие поняли, чья магия над ними давлеет. Меньше секунды понадобилось Талахаю, чтобы люди замерли и неуклюже осели на свои стулья, не в силах вымолвить и слова. Похоже, мое заклятье здесь без надобности. Незаметно развеяв свои заготовленные руны, я продолжила молча следить за происходящим.
— Похоже, вы забыли, где находитесь. — медленно произнес император. Те немногие чиновники, что в галдеже не принимали участия и остались на свободе от водных оков, напряглись, внимательно следя за каждым жестом и словом своего правителя.
И вот теперь обстановка начала накаляться. То, что было до этого — так, легкий ветерок. Приближался настоящий шторм. Это было видно во взглядах и позах мужчин, в неуловимом аромате опасности, повисшем в воздухе, и пряном привкусе скандала на кончике языка. И с этим надо было что-то делать. Я была немного дезориентирована, так как впервые общественное недовольство было направлено не на меня. Думаю, это потому, что они не в курсе, кто именно достал на них компромат.
 
— Мой император, с вашего дозволения я озвучу совету реальные показатели, чтобы все понимали, что здесь происходит. — склонившись в почтительном поклоне, обратилась я к правителю.
Мы с ним не обсуждали заранее наши действия, но лично у меня было полное ощущение, что мы оба следуем общему плану и понимаем действия друг друга. Он чуть качнул головой, передавая мне право слова, и я, растянув губы в привычной светской улыбке, с выражением озвучила реальные цифры, не поленившись озвучить и разницу с предоставленными чиновниками отчетами.
К тому моменту, как моя речь приблизилась к концу, удерживающая магия не понадобилась больше никому. Почти все сидели с низко опущенными головами и растерянными лицами. Думаю, они гадали, что теперь с ними будет. На этот счет у меня тоже есть план.
— В свете всего вышеизложенного хочу подытожить, что впереди нас ждут масштабные кадровые перестановки. — закрывая книгу и поднимая взгляд на чиновников, вежливо улыбалась я. — Осужденные министры волей нашего императора снимаются с должности, их судьба будет решена в ближайшее время. На их место временно исполняющими обязанности будут назначены присутствующие здесь первые помощники. До решения императора о назначении на должность вам запрещено покидать планету. Ослушавшиеся будут наказаны. И, пожалуйста, помните, что вы подписали документы о неразглашении любой информации, связанной с внутренними делами империи. Если у кого-то остались вопросы, поднимите руки. Я тут же их отрежу.
Плечи императора едва заметно дрогнули, а лица ближайших ко мне чиновников немного вытянулись и побелели. Странно, с чего бы?
— Я снова что-то не то сказала? — склонившись к правителю, очень тихо спросила я, настороженно наблюдая за залом.
— Ну что ты, солнце. — так же тихо ответил он, улыбаясь. — Я бы и сам лучше не сказал. Умница.
________________________
— Это просто возмутительно! — совершенно не внезапно раздался чей-то возмущенный крик из дальнего конца зала.
Возможно, с моей стороны было опрометчиво выбирать такие жесткие слова касательно пленных министров, но мне в голову пришел совершенно блестящий план, не попробовать реализовать который я просто не могла. Безусловно, император может не поддержать мою инициативу, но я думаю, мы договоримся. Он разумный человек и наверняка увидит преимущества предлагаемого решения. Обернувшись к совету, я изобразила недоумение.
— Вас что-то не устраивает, министр Ликаган?
— Да! — вспыльчиво воскликнул молодой мужчина. Если я правильно помню, он курирует ведомство разработки и тестирования продуктов научной инженерии в сфере здравоохранения и ему сто двадцать девять лет. При средней продолжительности жизни двести пятьдесят лет он действительно был довольно молод, а насколько я успела понять, местная молодежь не любит слушать, им больше нравится говорить. Что ж, пусть выскажется. Тем более, что это полностью вписывается в мой план. — Я и мои коллеги служим империи со дня ее основания, и никогда наша работа не вызывала нареканий! Ваши выкладки и озвученные показатели не являются весомым поводом для подобных мер! И вообще! Вы кто такая?!
— Прошу прощения, мы еще не были представлены друг другу, министр. — идеально вежливая светская улыбка коснулась моих губ, а те, кто сидел к нам с императором ближе всего, почему-то стали незаметно отодвигаться подальше от нас. Наверное, потому что глаз эта улыбка не коснулась. — Я Эсфирь Рун, советница императора. Если у вас есть возражения, мы готовы их выслушать. Империя, безусловно, благодарна совету за внесенный в ее основание вклад, но в свете озвученных показателей ставится под вопрос доверие к совету министров. Все вы понимаете, что, занимая столь высокие посты, вы не имеете права не только на деятельность, ведущую к ущербу для империи, но даже на ошибки. Министр Ликаган, к вашему ведомству у нас нет вопросов. Ваша работа нас устраивает. И тем не менее даже вы были замечены в деятельности, не касающейся бюджета империи, но несущей ущерб вашей репутации. Я говорю о несовершеннолетних девушках, что вы и еще некоторые здесь присутствующие удерживают в своих поместьях. И это второй пункт нашего собрания, по которому будет приниматься решение. Вам есть, что сказать по этому поводу, министр? Коллеги?