Док. Филант. Финальный бой (СИ)

Умник с младшими помогали, как могли, шерстили все указанные участки с наездниками или самостоятельно. Катенька не ушла, так и продолжила ходить следом за Разумными, но людей к себе на близкий контакт не подпускала, о верховой езде и речи, естественно, не было, и с Алиской у них отношения как-то сразу не сложились. Катенька на лисицу и её отпрысков смотрела, как на сочный кусок свежатины, и Умнику стоило больших трудов упросить «девочку» не трогать лисов, потому как они тоже являются частью его семьи, а семью есть нельзя.
Рыжие зверёныши приносили немало пользы Парадизу. Подросшие и повзрослевшие Ниф, Нуф и Наф бегали по лесу, выискивая противника, передавали информацию матери, а та докладывала людям. Рыжуха научилась посылать мыслеобразы, картинки, наверное, сработала жемчужина Дока, а батька, видимо, сказались опыт и тесная эмоциональная связь с лисицей, улавливал их лучше и чётче всех остальных.
Шустрый дед, которого окрестили Старым, освоил «Джигита», к нему и был приставлен. Малой помощник, получивший имя Дамбо за свои оттопыренные уши, стал напарником Старого, вторым номером огневого расчёта. У подростка развивался дар Ускорения, хоть и слабенький пока, но всё же он шевелился гораздо быстрее других. Белобрысые, кучерявые близнецы, у которых прорезался крайне редкий дар Синхронов, тоже рвались на стены вместе с Дамбо и Старым.
— Но Дамбо тоже не обладает боевыми навыками! — возмущённо заявил Ром мне и Арману недавно.
— И такой же свежак, как и мы! — продолжил Рем, точь-в-точь повторяя тон брата.
— Дамбо через неделю четырнадцать, — ответил я, спокойно глядя на пацанов, — и он прекрасно справляется с поставленной задачей, ещё он гораздо ниже своих сверстников, щуплый и очень шустрый, легко и быстро прячется, практически, за любым укрытием. Случись бой, в него будет сложно попасть, если только случайно. К тому же, призывной возраст у граждан Парадиза — четырнадцать лет, и заявку на гражданство он подал, так что Дамбо военнообязанный, как ни крути, а вам только восемь.
— Но Взрывнику — десять, Аби — двенадцать, — привёл ещё один пример Рем, пытаясь «выгрызть» место в боевом строю.
— А мы ростом выше, почти, как Дамбо, — добавил Ром.
— Вот, о чём я Киру и говорила, — вышла из кухни Наталья, вытирая мокрые руки о передник. — Ну, хоть вы объясните этим балбесам, что Взрывник им не ровня, а Аби и подавно, и дело тут совсем не в росте или возрасте. — Взмолилась женщина, с надеждой глядя на нас. — Меня они ни в какую слушать не хотят, всю кровь выпили уже. Сбежали вчера вечером, представляете, не успела я Старого с Дамбо на смену проводить, гляжу, а этих чертей уже и след простыл. Думала, поубиваю гадёнышей! — Она строго посмотрела на обоих сыновей, которые стояли, переминаясь с ноги на ногу и внимательно изучая узор на дощатом полу вскрытым лаком.
Арман взъерошил волосы одному из близняшек. Рослые, упитанные, на вид им, и в самом деле, дашь не меньше одиннадцати. Я сильно удивился, когда их мать сказала, что этим богатырям ещё и девяти лет нету. Здоровенные, наверное, вырастут.
Пацаны посмотрели на него глазами, полными надежды.
— Бандюги! — усмехнулся он. — У Аби больше сотни мутантов на счету, несколько боевых рейдов и, если придётся стрелять в человека, я уверен, он выстрелит.
Мальчики переглянулись.
— А у Взрывника три мутанта убиты ножом и опыт выживания в одиночку, к тому же, благодаря своему дару, он вынослив не в меру, и пока вы, выполнив норматив, валялись без сил, он выполнял двойной и шёл на рукопашку к Прапору. Кто из вас стерпел больше двух занятий с Прапором зараз?
Близнецы опустили головы. Засопели.
— А слово «Дисциплина» вам знакомо?
«Надутые» от обиды мальчишки кивнули враз.
Арман отошёл чуть в сторону, так, чтобы смотреть сразу на обоих, и, добавив металла в голос спросил:
— Тогда почему нарушили приказ старшего и пришли вчера на стену⁈
Мать довольно поглядывала на сконфуженных сыновей, пунцовых, словно варёные раки.
— Не слышу ответа!
— Помочь… — буркнул Ром.
 
— Хотели, — поддержал брата Рем.
Арман буравил детей строгим взглядом.
— Ещё одно нарушение, и будете заперты в подвале до окончания боевых действий, а после я с вас на полигоне по пять литров пота выжму, с каждого, и, если вы так ровняетесь на Взрывника, то будете выполнять его нормативы и ходить на занятия к Прапору. Всё, свободны.
Рем открыл рот, собираясь что-то ответить, но брат дёрнул его за рукав, и одновременно развернувшись, оба выбежали из дома на задний двор.
— Как они это делают? — вырвалось у меня от удивления при взгляде на совершенно синхронные движения детей. — Такое впечатление, будто один человек, а у меня — просто проблемы со зрением и двоится в глазах. Они даже говорят в паре, как один человек. Если глаза закрыть, то и не понять, что их двое.
Наталья вздохнула.
— Я и сама привыкнуть пока не могу. Жутковато… Словно зеркало… С каждым днём всё больше и больше копируют друг друга.
Молчание немного затянулось.
— Мы чего зашли-то, — нарушил я тишину, — Манчестер звонил, просил, чтобы заглянули, как вы тут устроились и всего ли хватает. Ну, посуда там, вещи какие или постельное бельё, по продуктам питания что? Вы на склады к Скряге не ходили?
— Не-е-ет, — растерянно глядя перед собой, покачала девушка головой. — Да как-то и неудобно даже, вы и так для нас вон сколько всего сделали, и дом какой красивый Кир дал: большой, двухэтажный, с клумбами и огородиком. Прелесть, а не дом. — Улыбнулась она смущённо.
— Да, хороший, раньше мы с… — Арман на миг запнулся, — с крестником тут жили, но после его смерти я к ребятам переехал, не смог один, просторно слишком для одного, — вздохнул, окинув гостиную тоскливым взглядом. — Но вас-то много, — подмигнул и улыбнулся, стараясь спрятать сердечную тоску поглубже в душе.
— Ой, а я и не знала. Прости, если…
— Наталья, закрой рот, пожалуйста, — сказал Арман с лёгкой улыбкой, проходя на кухню. — Лучше чаем напои, а то из ущелья, как вернулись, вот только проснулся, а точнее, этот вот гад разбудил, — кинув на меня короткий взгляд, Арман уселся за стол. — Уже обед у людей, а у меня ещё и маковой росинки во рту не было со вчерашнего дня, — наигранно вздохнул, скривив жалобную мину, продолжил ломать комедию. — Леший в штабе, Рыся за пайком ушла, мелкий со Студентом на стене в дневную, Филин дрыхнет, а меня несчастного и покормить некому. Я побродил по пустому дому и к вам, вот, пошёл в надежде, может, хоть тут бутербродом угостят… если есть, конечно, — и такие, стервец, глаза печальные сделал, что даже у меня сердце дрогнуло на миг.
Я улыбнулся.
— Ой! — Всплеснула Наталья руками. — Да какой бутерброд, я вон жаркое готовлю с картошечкой и пирожки с чаем потом! Вы, только, потерпите немного, уже почти готово! — Кинулась она к внушительных размеров сковороде.
— А этого супостата кормить не надо, он ест много и людям спать не даёт. Пусть голодным ходит! — снова посмотрел на меня, усмехнувшись. — И вообще, он теперь у нас женатый, так что пусть жена и кормит. — И, хитро прищурив один глаз, скрутил мне фигу из-под стола.
— Да, забыл сообщить новость: мы с Асей теперь вместе живём и детей обоих забрали, так что, как всё утрясётся, соберёмся, посидим немного.
— В смысле — обоих? — Удивилась Наталья.
— А-а, ты же про Алёнку не знаешь, — влез в разговор Арман. — У Взрывника нашего подружка есть, они единственные, кто в том лагере выжить умудрились, но по дороге паренёк потерялся, а малую Док принёс, и пока у Лешего в доме на попечении Рыси оставил. К батьке два раза жители обращались, просили девчушку на удочерение, уж больно миленькая она, но батька наперёд этого разгильдяя знал, что малую он захочет себе оставить, так и не отдал никому. А теперь этот несчастный не успел жениться, а у него сразу уже двое готовых детей, — дружески хлопнул меня по лопатке.
— Ну, хитрован! — раздался с лестницы насмешливый голос Старого. — А мы тут пелёнки стираем, ночами не спим! Ну, здорово, служивые, отоспались уже? Я вот только проснулся после ночной, а малой хорькует ещё, — улыбаясь, дед протянул руку, приветствуя меня и Армана.