Док. Филант. Финальный бой (СИ)

  
S-T-I-K-S. Филант
   
Пролог
 
Четырнадцать дней назад, где-то на границе у болот.
Проснулся Взрывник весь в холодном поту. Сердце колотилось о грудную клетку, норовя пробить её и ускакать в лес.
Мальчик окинул взглядом их маленький лагерь.
Под боком тихонько сопела Алёна, нормальная, живая, совсем не зомби, какой она только что ему привиделась во сне.
Взрывник судорожно выдохнул и перевёл взгляд на Дока, который спал сидя, привалившись спиной к дереву, с топором в руках. Это он так на дежурстве?
Подходить близко было страшно, но, чтобы убедиться, что и с Доком всё в порядке и это лишь дурной сон, страх пришлось пересилить.
Мальчик аккуратно встал, чтобы не потревожить сон подружки и, стараясь не шуметь сухими веточками, попадающимися под ногами, медленно подошёл к спящему мужчине и всмотрелся в лицо.
«Нет, всё в порядке, нормальное спящее лицо» — подумал взволнованный страшным сном ребёнок.
Чувство облегчения прошло по всему телу и отразилось на мочевом пузыре. Утерев тыльной стороной руки нос, Взрывник огляделся и, выбрав направление, двинулся по нужде.
«Я же говорил: уснёт. Всю ночь сидеть тяжко, тем более, мы все так устали. Ничего, пусть спит, теперь я покараулю» — думал мальчик, поливая ствол дерева, пока на глаза ему не попалась странная светящаяся тусклой зеленью штука неподалеку.
Застегнув штаны, он отправился поглядеть на светящийся предмет. В воздухе ощущался странный, знакомый запах химической кислятины. Под ногами, у самой земли стелилась туманная дымка…
— Ой! — прошептал Взрывник. — Так это же перезагрузка! — И, повернувшись, побежал, вроде бы, назад.
Он всё бежал и бежал, не разбирая дороги, а туман не кончался, он поднялся уже выше колен, и паника захлестнула сознание: «Не успею! Где же конец этого кластера⁉». В глазах помутнело, дыхание сбилось и, уже хрипя, словно загнанный конь, хватая ртом воздух, Взрывник в очередной раз шлёпнулся, запнувшись о корень и больше не встал. Мальчик лежал на животе, раскинув руки, уткнувшись правой стороной лица в жидкую грязь, носом пускал пузыри.
— Гы-ы-ы! — Внезапно заржал незнакомый голос, смутно воспринимающийся отплывающим сознанием. — Гля! Точно лягух в луже булькает! А ну, гамбузия, иди сюда. — Взрывника кто-то поднял за шкирку, словно котёнка. — И откуда ты у нас такой оборвыш взялся? — хохотнул бородатый мужик, лицо которого мальчик видел очень расплывчато.
— Куда его? На мясо? — поинтересовался весело второй голос, очень противный и скрипучий.
— Смеёшься, какое из него мясо⁈ Мороки больше, чем навара. Ты глянь, кожа да кости, да ещё и свежак совсем. От него кисляком несёт за три километра, не чуешь что ли⁈
— Вон там токо что кластер грузанулся. Он, вроде же, с той стороны выбежал? — обозначился третий голос. — Тебя как звать? Ты один?
Взрывник сначала хотел сказать им, что потерялся и надо найти его друзей, но, услышав про мясо и навар, передумал. Если уж его и сожрут, то хоть одного, а Док с Алёнкой останутся в безопасности.
— Ну! Живо отвечай, Гамбузия! — Взрывника тряхнули так, что чуть мозги не вылетели из ушей.
— Ы-ы-ы-м-мы-ы-ы-ууу, — выдавил из пересохшего горла малец.
— Ты чего, немой что ли⁈ — тряхнули его снова, но уже не так сильно.
Взрывник кивнул. Зачем он это сделал — и сам не понял.
— Базиль, да сверни ты ему шею и пошли. Нам ещё шкандылять чёрт-те сколько, а ты с заморышем этим возишься, — раздражённо сказал противный, скрипучий голос.
— Успею свернуть, — буркнул бородатый и, наконец, поставил мальчишку на землю. — Ну-ка, глянь на меня, — взял он Взрывника за подбородок и внимательно посмотрел в глаза. — Будешь меня слушать — будешь жить, понял?
Мальчик моргнул в знак согласия.
— Ну, тогда пошли, и смотри мне — без шуточек, иначе шкуру с тебя сниму живьём… в прямом смысле. Всосал, Гамбузия⁈ — И хохотнув, подпихнул мальчонку в спину. — Шагай, давай.
 
Невысокий, щуплый мужик с козлиной бородкой зло посмотрел на бородатого здоровяка, но промолчал и, только раздражённо плюнув себе под ноги, быстро зашагал вперёд.
  
Глава 1
 
— Ну, так чего решаем? Какой вариант выберем? — устало вздохнул Прапор и опёрся подбородком о кулак.
— Ну, явно не первый. Таскаться всю дорогу с этой ноющей толпой, да ещё и в топях — нет уж, увольте. Это вообще не стоило рассматривать, как вариант. — Ответил Кир. — Лично я думаю, что лучше в лесу лагерь устроить и там посидеть недельку с ними, пока мы смотаемся на остров тот и к Герману, а потом все вместе домой спокойно поедем. За это время у раненых наших конечности отрастать начнут, и дорога им не такая тяжкая будет. Место только найти нужно подходящее, где отсидеться, или долгий кластер, или, в идеале: стаб, маленький треугольник к примеру, вообще было бы замечательно, а то с нашим везением в последнее время обязательно на неожиданную перезагрузку попадём среди ночи. — Кир грустно усмехнулся.
— Чем тебе наша фарта не нравится? — поднял бровь Прапор.
— Да через жопу у нас всё, не заметил?
— Да и хрен с ним, что через жопу! До поставленной цели мы доходим? Доходим! Все живы, ну, и почти целы! — глянул на Лешего, — а по прямой мы идём или зигзагами скакать приходится, это уже дело десятое. Так что, нормально у нас с фартой всё, не наговаривай зазря. И чего с этим прибытком делать тоже придумаем, не нервничай только. «Прибытком», заметь Кир, а не с убытками. Даже, если мы их всего пятерых до стаба довезём, то, всё равно, с прибытком приедем. Ты понимаешь, о чём я тебе говорю сейчас? — Прапор уставился с прищуром на Кира, который развалился в раскладном пляжном кресле с видом полного пофигизма.
Слушая их разговор, я не сразу обратил внимание на внутренний призыв Умника, и вообще, что это именно призыв, я тоже не сразу сообразил. С этим новым подарком Стикса я столкнулся сейчас впервые.
Когда до меня наконец дошло, я подошёл к другу сообщить, что «слышу» его и узнать, чего он хотел.
Новость повергла меня в полную растерянность.
— Док, кажется, у меня не будет новой лапы, — сказал мне Умник, — я не чувствую её роста, а уже давно пора бы, сутки прошли. Мы восстанавливаемся намного быстрее людей, и лапа должна была уже начать расти, но никаких изменений. Смотри, даже не зажила ещё, а это вообще нереально, за сутки-то! — Мутант был не на шутку озабочен и взволнован.
Осмотрев Умника, я убедился в правоте его слов. Рана заживала, но совершенно обычно по земным меркам.
— Как у Высшего дела с его ранами? — задал он вопрос, который заставил меня очень сильно занервничать. Я понял, если такая же картина и у Лешего, то, кажется, у нас очень серьёзные проблемы. Перевязку ему делал Фома, весь день он ехал в другой машине, потом ели и обсуждали планы, так что пока было не до осмотра. Ничего не ответив Умнику, я быстрым шагом направился к нашей стайке мыслителей, по пути захватив из машины медицинскую сумку.
— Леший, тебе перевязку сделать надо, — сказал я, подходя и, видимо, выдал себя голосом.
Все резко замолчали и уставились на меня.
— Делай, раз надо, — Леший смотрел на меня немигающим взглядом, в котором читался вопрос.
Не обращая ни на кого внимания, я снял бинты и замер. Раны слегка кровили. Да, они были чистые, ни следа воспаления, но и никакой чудесной регенерации тоже не было, обычные культи со следами вчерашней ампутации. Слегка стянутая кетгутом кожа и свежее мясо под тонкой коркой. Прапор превратился в шарпея, так задрал брови на лоб, что вся лысина, до самого затылка собралась в гармошку. У остальных вид был не лучше. Один Леший не сильно удивился, внешне.
— А я то и думаю, чего оно так, собака, болит, — сказал он совершенно спокойно, рассматривая свои обрубки. — Что с Умником? Та же песня?