Инструкция по выживанию (СИ)
— Да быть не может, — удивилась она, приблизившись почти вплотную и чуть расковыривая корку. — За несколько часов эффект нескольких дней.
Под коркой все еще имелась сечка, однако уже не такая большая.
— Если все действительно так пойдет, то через пару дней и следа не останется, а вот ушиб… с ним тяжело будет, — печально вздохнула медсестра, виновато посмотрев на парня. — Котик, пообещай, что больше не будешь так подставляться.
— Еще чего, — усмехнулся Юрий, серьезно посмотрев на Марикаву. — Я же говорил, что за тебя любого порву, так что даже не думай, что так легко сможешь избавиться от моего влияния…
— Кота, — так же серьезно посмотрела Сидзука. — Пожалуйста, давай только честно. Что происходит? Почему вместо пятнадцатилетнего школьника я чувствую перед собою потасканного жизнью мужика, что старше меня раза в два. Я понимаю, что возможно ворошу неприятное, но, что с тобою происходит? Это раздвоение личности, просто постравматический синдром или что? Кто те люди о ком ты бормотал? Черпак какой-то…
— Честно? Ты не поверишь, — усмехнулся парень.
— Поверю, — напряженно ответала она.
— Ну тогда слушай, — Кота завалился на спину, устраиваясь поудобнее и положив голову на ножки сидящей Марикавы. — Был такой мужик, Юрий Денисов, капитан в отставке, прослуживший два с половиной десятка лет в отдельной бригаде специального назначения. О, пожалуй начну с другого… Если уж тебе интересно кто такой Черпак…
******
(Здесь и далее по тексту история Черпака будет отделяться звездочками)
******
Любая командировка начинается со звонка начальства. Вот и сейчас, Филимонова Льва разбудила крайне неприятная милодия. Эдакое переливание высоких нот, пародирующее пение птиц. Рингтон не меняющийся уже последние года три и предвещающий неприятности. Лев недовольно ворча включил дисплей рабочего телефона, номер которого был только у его начальников, чтобы посмотреть, какой сволочи не спится.
— Слушаю, товарищ капитан, — сонно ответил Филимонов, усаживаясь на кровати так, чтобы не разбудить жену.
— Лева, не буду ходить вокруг да около, тут разнарядка пришла. К южанам скататься на пару месяцев, как гражданский персонал. Чисто поваром, — капитан явно тоже спал и был так же разбужен звонком. — У меня из относительно свободных только ты. Там формируют сводную группу. Надбавки как обычно, основная, плюс ставка и плюс боевые. Ты как?
— Это все хорошо… — тихо ответил парень, окончательно поднявшись и отходя к окну, чтобы не потревожить сон возлюбленной. — Подумаю.
— Времени думать нет, ответ нужен к утру, — тяжко вздохнул командир. — Сам знаешь, у меня кроме тебя…
— Да знаю, одни пенсионеры, дембеля и молодняк не стреляный, — тихо усмехнулся Лев, оглядываясь в сторону кровати. — Точно на пару месяцев?
— Точно, потом сразу на отпуск напишешь, ты же вроде как женился пару месяцев назад? Вот вернешься и на "боевые" в свадебное путешествие, — обрадовался капитан, понимая, что боец и не шибко против.
— Да не, не до путишествий… Мы с Лизой хотели ребенка, да средств… Ладно, вписывай. Поваром говоришь? — тяжко вздохнул Лев, понимая, что скорее всего придется работать ему по основному профилю. В подразделении он штатно был связистом, а по факту санитарным инструктором с обширным профилем подготовки. В стране последние лет пять шла волна сокращений в армии и потому из полноценной роты их осталось от силы два полных взвода, да и те, либо молодые пацаны первогодки, которых неположено трогать, либо те, кому до пенсии пара лет осталась. Остальные уволены в запас. Лев не попал под сокращение только потому, что за него хорошенько вписалось сразу несколько высокопоставленных офицеров. Он не был подлизой или блатным. Обычный работяга-трудоголик, вытягивающий на себе задачи за троих-четверых бойцов, отличник боевой подготовки и все это не смотря на звание рядового и небольшую зарплату.
— Поваром, чисто гражданский персонал, — согласился командир роты и тут же уточнил. — Едете по гражданке, с собою только удостоверение гражданина и личная карта военнослужащего. Все остальное на месте получите…
Лев с тоской посмотрел на спящую и ничего не подозревающую молодую жену. Деньги их семье действительно были нужны как никогда. Государство перестало поддерживать молодых, а зарплаты военного хватает едва ли на поддержание жизни, работы же молодой девушке толком не найти. Разве что обслуживающий персонал, а она не хотела идти и с улыбкой на лице выслушивать кучу дерьма в свою сторону. Лев ее мнение уважал и потом не шибко торопил. На жизнь им хватало, но хотелось бы заделать ребенка, а на него средств точно не хватит…
Парню так не хотелось беспокоить женушку, а потому разговор про поездку он решил отложить на потом… В конце концов, попадание в списки на отправку еще не означает, что он точно поедет…
Спустя три дня.
— Да ладно тебе, еще не факт что едете! — усмехаясь говорила мать.
— Это армия, там эти списки еще сто раз перетресутся! — вторил ей отец.
Лев не разделял их наплевательского отношения. За несколько лет он уже четко понял, что ничего просто так в армии не делается. Если их группу пихают на юга, значит какой-то высокопоставленный офицер из их армии захотел себе медальку и скакнуть на звание повыше. Все просто, по документам, их сводная группа из их четвертого отдельного спецбата едет заменять аналогичную сборную солянку из третьего и второго. С ними поедет старшим какой-нибудь полковник, которому эта командировка и нужна. Филимонову правда на это плевать, он сам едет туда чисто за деньгами. К тому же, жена отнеслась с пониманием, тем более что муж едет не воевать, а поваром сидеть на точке.
По крайней мере, именно так ей это расписали. Так что она даже помогла собраться и закупить все необходимое.
Отправка была назначена на вторую неделю месяца…
Однако отправили их в конце четвертой. Сначала долго мариновали в самой части, проверяли собранные вещи и документы. Пичкали разными прививками от всякой дряни.
В один момент приехал какой-то важный полковник из управления и толкнул речь о том, что они все едут выполнять свой долг, помогаю союзнику государства решить внутренние проблемы и что борт будет через три дня…
Уже следующим утром всех резко подняли по тревоге. Народ едва успел похватать заранее собранные сумки и закинувшись в машины, все своим ходом стали добираться до назначенного аэродрома. Армейский идиотизм начал проявляться во всей красе. К тому же начал валить мелкий снег, тут же превращаясь в слякоть. Так что когда всю сводную группу насчитывающую едва ли сотню человек, построили на взлетно-посадочной, бойцы ощутили, что такое прелести погодных условий. Несколько часов ждать опаздывающих, стоя в строю, пока на тебя валит мокрый снег и продувают ветра. Если бы Лев заранее не надел зимнюю уставную обувь, то промерз бы, как большинство его попутчиков.
Без завтрака, лишь с небольшим полевым обедом, их наконец погрузили на борт дерижабля. Самолеты в стране еще конечно имелись, но нехватка авиационного топлива довольно быстро заставила перейти армию на более экономичный транспорт. Частные топливные компании не хотели делиться с загибающейся отраслью и во всю спонсировали свои авиакомпании. Поэтому гражданские летали бортами "ПромГаз" и "ПромДизель". Льву же доводилось кататься лишь на малобюджетниках, дерижаблях и малых вертебердах.
— Первый раз на Юга? — спросил сидящий рядом мужчина лет сорока, видя как Филимонов с интересом рассматривает внутренности грузовой кабины.
— Ну, в Южную, да, — согласился он и недовольно поморщился. — А в Пустынный Бархан, говорят, самолетами возят!
— Так то в "песочку", — рассмеялся собеседник и протянул руку, представляясь. — Александр, для своих, можно просто Изот.
— Лев, можно просто Доктор, — Филимонов пожал протянутую руку и с интересом глянул на небольшой рюкзак на коленях товарища. — А ты, смотрю, не первый?