Новая жизнь

Рональд на это только утвердительно кивнул.
– Предлагаю выспаться и завтра с утра – в столицу. А то из-за отсутствия нормального сна мы с тобой еще больше ошибок допустим.
– Принимается.
Вот только оба друга даже не представляли, что их ждет в столице. Они не знали, что их вроде бы простое решение – отдохнуть до утра и отправиться в столицу, и уже там доложиться лично магистру – изменит ход истории.
А тем временем в столице королевства царила паника и суматоха. По улицам города бегали как ошпаренные гвардейцы короля и стражники города. Во все стороны от столицы из ворот почти одновременно во весь опор скакали отряды гвардии. А располагавшийся недалеко от столицы гарнизон гвардейцев был поднят по тревоге. И нет, это не было войной или переворотом. Просто сегодня утром пропала дочка короля. Вот только мало кто знал о том, что принцесса не просто пропала, а сбежала сама. Официально было озвучено, что принцессу похитили. И вот теперь четыре самых важных лица королевства собрались в кабинете короля.
Король Эдмунд Первый нервно ходил от своего рабочего стола до окна и обратно. Глава гвардейцев барон Сем фор Травон, стоя по стойке смирно, смотрел на уже немолодого короля с беспокойством в глазах. Казначей Арен де Ворин, спокойно расположившись в кресле, на вид абсолютно расслабленно крутил в руках четки. Глава всех стражей королевства, Амиль Родинор, самый молодой из присутствующих, заметно нервничал, стоя у самых дверей кабинета. Последний гость короля, граф Оланд де Аварский – магистр тайной канцелярии, задумчиво рассматривал карту королевства на стене кабинета. По сути эта карта и являлась стеной. Самая большая и подробная карта в королевстве.
– Что, так и будем молчать? – наконец остановившись возле стола, произнес король. – Предложений нет?
– Никак нет, ваше императорское величество, – моментально среагировал барон, и бодро продолжил: – Предлагаю поднять армию по тревоге и перекрыть все границы.
На слова барона казначей поморщился, а магистр улыбнулся. Все присутствующие знали, что дай барону волю – он поднимет всех и вся. Вот только с последствиями этих решений разбираться придется им всем.
– Барон, я ценю ваше рвение, но такие радикальные меры применять не будем, – слегка улыбнулся король и, уже повернувшись к магистру, серьезно добавил: – Оланд, у тебя же есть отличная команда для поиска! Если не ошибаюсь, команда де Монти?
– Есть. Но они сейчас заняты другим делом, – глядя прямо в глаза королю, ответил магистр.
– И какое дело может быть важнее моей дочери? – фактически прошипел злой король.
– Ваша жизнь, – абсолютно спокойно ответил магистр.
В комнате все изумленно замерли. Даже казначей перестал крутить четки.
– Опять? – Король устало сел в свое кресло. – И почему я только сейчас об этом узнаю?
– Там еще не все ясно, поэтому я и не доложил. Сейчас команды де Монти и де Эдмуна занимаются преследованием предполагаемого убийцы. Нам точно не известна его цель, но он двигается в сторону столицы. А его подготовка намного лучше, чем в том прискорбном случае.
– Ясно. – Король часто спорил и ругался с магистром, но, когда дело касалось королевской жизни, магистр превращался в фанатика и даже король предпочитал не трогать его в этот момент. – Но дочку надо найти. И как можно быстрее. У вас максимум неделя.
– Неделя? Все агенты и сыщики отправлены на поиски, плюс вся гвардия, но найти сбежавшую принцессу будет сложно, – возразил королю магистр и, поморщившись, добавил: – К сожалению, она сбежала не одна.
– Принц Мугор будет ждать свою невесту максимум две недели. А потом просто откажется от такой партии, – пояснил казначей. – Потери казны в этом случае сложно даже представить.
– Я, конечно, извиняюсь, но можно я немного уточню детали? – робко, от дверей, произнес Амиль Родинор.
С виду скромный молодой человек, но при этом вся его скромность моментально слетала, если дело касалось войны. Гений тактики – так его называли все союзники и противники. Вот только в мирной жизни он терялся и постоянно путался. Так что фразе Амиля никто особо не удивился. Король лишь кивнул, разрешая продолжить.
 
– Итак, принцесса сбежала предположительно вчера вечером. С ней отправились три телохранительницы из тайной канцелярии, а также четыре элитных гвардейца во главе с капитаном гвардии. – При этих словах магистр тяжело вздохнул, а барон вздрогнул. – Кроме того, помощник казначея выдал на руки этой компании деньги, – тут уже казначей отреагировал, смутившись, и резко заинтересовался люстрой на потолке, – и теперь свадьба с принцем соседнего королевства Оран под угрозой. А если они узнают, что принцесса сбежала сама, то еще и война возможна. Я все правильно сказал?
Король утвердительно кивнул, при этом внимательно рассматривая присутствующих. Как-то он вначале не обратил внимания, что кроме Амиля подчиненные всех присутствующих замешаны в побеге принцессы.
– Так вот, я подумал, а нужно ли этому препятствовать? – Все удивленно посмотрели на Амиля. – Сами посудите: у нас сейчас армия в почти идеальном состоянии. На данный момент у королевства Оран состав войск хуже, чем у нас. Боевых магов примерно на двести человек меньше, а армия укомплектована не полностью, и опять-таки меньше, чем у нас, примерно на десять процентов. Проведя небольшую ротацию войск, мы сможем увеличить свои силы еще процентов на пятнадцать. Более того, когда в Оране узнают правду, они сами нападут на наши границы, а значит, мы будем вправе нанести ответный удар. Захватить королевство нам вряд ли позволят соседи, но спорные территории будут наши, плюс еще и контрибуцию можно на них наложить.
Выслушав Амиля, все задумались. С одной стороны, это выглядит не совсем честно, но с другой – решит многие проблемы.
– То, что хотели решить свадьбой, можем решить с помощью войны, – задумчиво произнес магистр.
– За мирный договор мы сможем с них получить больше, чем со свадьбы, – добавил казначей, уже считая прибыль.
– А вы уверены, что потери на фронте окупят полученные дивиденды? – неуверенно произнес король.
– Не думаю, что потери в личном составе будут больше восьми процентов. А если мы дополнительно подготовим позиции, то и вообще составят не более пяти, – уверенно произнес Амиль.
Когда дело касалось войны, спорить с Амилем никто не хотел. Если он говорит, что потери будут такие, значит, это уже можно принимать как факт.
– Хм. Однако интересное предложение и неожиданное. – Король задумчиво смотрел на Амиля. – Вот только если они заметят нашу подготовку, то вряд ли решатся на войну.
– Я думаю, что смогу по этому поводу поднять волну недовольства среди дворян Орана. Если начать уже сейчас и запустить нужные слухи, к моменту узнавания ими правды почва будет подготовлена, – уверенно произнес магистр. И, усмехнувшись, добавил: – Урон чести королевской семьи как-никак.
– Интересное и заманчивое предложение… – Король опять начал ходить туда-сюда от стола к окну. – Очень интересное.
Все молча смотрели на метания короля и ждали решение. Король же мысленно разрывался между желанием найти дочку, с одной стороны, и увеличить территорию королевства – с другой. В конце концов, желание новых территорий победило, да и детей у него еще много. Придется выбирать новую любимую дочку ну или сына. Баловать кого-то из детей было одним из любимых увлечений короля. Тяжело вздохнув, Эдмунд Первый остановился и огласил своё решение:
– Значит, готовимся к войне.
Через трое суток прибывшие в столицу Роланд де Монти и Горан де Эдмун, раздав все необходимые приказы и распоряжения по поиску убийцы, отправились в кабинет магистра.
Они уже были в курсе похищения принцессы, и по дороге к кабинету оба размышляли, кого магистр оставит на поисках убийцы, а кто отправится за принцессой. Думать о том разносе, который устроит магистр за их не совсем правильные действия, не хотел никто. А Роланд вообще сокрушался больше по утраченному отпуску. Ему опять предстояло выслушивать дома ворчание жены по поводу пропадания сутками на службе и полное игнорирование семьи. И было совсем непонятно, что больше его беспокоило: гнев магистра или ворчание жены. Хотя если его пошлют на поиски принцессы, то ворчание получится как минимум отложить, а то и вообще избежать. От этой удачной мысли Роланд даже приободрился, а гнев магистра уже не казался ему таким страшным.