Забери мою жизнь
– Да! – горячо воскликнул барон, и я снова заметила, как зажглись его глаза. – Это был эксперимент. Я не надеялся на успех, выкинул из головы: я не чувствовал ни грамма магии в этом ребенке, хотя поисковые заклятия каждый месяц доносили мне информацию, где она и что с ней. Но недавно, в начале осени, дар проснулся!
В начале осени… Когда жених, приглашенный тетушкой, лез с поцелуями, а я зарядила ему в лоб магией.
Я сжала кулаки от бессильной злости. Выходит, он всегда знал, где я, но без дара я была ему не нужна. Да и сейчас понадобилась лишь для того… Но для чего на самом деле? Я будто заново посмотрела на толпу приглашенных, на стол, на довольное лицо барона. Он представляет меня сейчас все равно что редкий товар. Неужели правда продаст? Живого человека.
– Как же удалось добиться таких результатов? – Моор Камр оказался въедливым покупателем, ему нужны были еще доказательства. – И почему тогда только одна курочка, несущая золотые яйца, когда ты мог создать целый выводок таких цыплят?
Ясно, человеком меня здесь и не считают. Курочка, несущая золотые яйца… Так почему же, папочка, ты ограничился одной дочерью?
Барон весело рассмеялся словам орка, будто его очень позабавило сравнение меня с курочкой.
– Множество причин. Во-первых, я думал, что эксперимент не удался. Во-вторых, слишком сложно создать правильные условия. Я несколько лет потратил на то, чтобы найти идеальный материал для опыта.
– Идеальный материал? – переспросил кто-то.
– Да. Женщину, которая должна была родить ребенка. Женщину с потенциально сильным, но не проснувшимся даром. Нужно было использовать ее скрытую магию, выжечь, обращая в универсальный усилитель. Выжигать пришлось долго, все время ее беременности. Не буду вдаваться в подробности, но я применял специальные зелья, заклинания, а иногда и плети, чтобы подавить волю.
Он развел руками, будто оправдываясь: «Что поделать, наука требует жертв».
– Но беспокоиться не о чем, мать ребенка принадлежала к низшему сословию. Ей некому было пожаловаться, да если бы она и рассказала кому-то, ей бы все равно не поверили.
«Не о чем беспокоиться…» – эти слова жгли душу словно каленым железом. Он мучил ее, зелья и побои подорвали здоровье мамочки, поэтому она умерла так быстро. Моя бедная. Если бы она только знала, что у нее есть магический дар, она бы могла сбежать в академию магии, где ректор обязательно взял бы ее под защиту. Я никогда не видела ректора, но почему-то думала, что он не выставил бы за ворота беременную женщину.
Нас с Ларнисом стиснули со всех сторон, толпа напирала сзади и по бокам – бесполезно сейчас пытаться уйти. Придется дослушать до конца признания барона. «Будь ты проклят, папочка!»
Нис нащупал кончики моих дрожащих пальцев и осторожно сжал в ладони – это было все, чем он мог сейчас меня утешить, и его горячая рука действительно придала мне сил.
– Но спасибо за совет, Моор. – Барон театрально поклонился. – Я еще полон энергии и теперь, зная, что эксперимент увенчался успехом, возможно, попробую снова. Но сейчас мы собрались здесь не за этим. Вы все знаете, что я пригласил вас не только на маскарад, но и на аукцион.
– Хитрец, – буркнул кто-то за моей спиной. – Хочет содрать побольше денег. Если бы сразу договорился с покупателем – столько не заработал бы.
– Аукцион объявляется на девчонку целиком, или ты планируешь продавать ее кровь? – деловито уточнил кто-то. – Вряд ли у меня хватит денег, чтобы ее выкупить, но пару унций универсального усилителя я бы приобрел.
– Я понимаю, – доброжелательно отозвался Чарльз Ви’Рем. – Но на аукционе будет представлен один лот, а вы уже сможете договориться с будущим владельцем, которому эта курочка будет нести золотые яйца. Он сам решит, что с ней делать.
Барон усмехнулся.
– В общем-то, он может делать с ней все, что его душе заблагорассудится. Кстати, насколько я понял, эта девочка еще девственна.
По толпе пробежали смешки и шепотки. Мужчины явно оживились при упоминании моей невинности. Наши с Нисом глаза встретились. Его взгляд без слов утешал и ласкал, воскрешая в памяти сегодняшнюю ночь – нежность и бесконечную любовь. Что же, по крайней мере моей невинности никто из них не получит!
– Это хорошо, – согласился Моор Камр, который взялся за самые неудобные вопросы. – Мы все знаем, какие разнообразные ритуалы можно провести с невинными девами, это повышает цену, согласен. Однако удастся ли скрыть исчезновение девушки, ведь она, в отличие от матери, не просто жительница бедного района? Ее хватятся в академии. И кстати про академию, как понимать тот милый сюрприз, который ожидал нас утром в гостиной?
Гости согласно зашумели: сюрприз интересовал всех. О чем это они?
Барон успокаивающе поднял руки:
– Удача на нашей стороне. Боюсь, наш общий знакомый ничего не помнит! Вообще ничего! Я проверял много раз. Удивительно, но факт.
– Кто же это с ним сделал? – фыркнул давешний попутчик – оборотень, обгладывая куриную ногу – его, похоже, действительно волновала лишь еда. – Сильно допек, видно.
– Видимо, так! – согласился Чарльз Ви’Рем. – Заклятие на нем мощное. Неснимаемое. Думаю, нам только спасибо скажут, если он не вернется в академию. Я все продумал – свидетели покажут, что оба сели в экипаж, отправляющийся в Ройм, а потом… Несчастный случай, кони понесли, ограда моста не выдержала, а лед на реке еще слишком тонкий. Оба утонули, какая досада! А на самом деле девчонка отправится к счастливому покупателю, а его – в расход. Справимся. Нас много – он один и потерял память.
Мы с Ларнисом покосились друг на друга. Я мало что поняла из разговора, лишь то, какая участь нам уготована. Неужели надежды нет? Мы вдвоем – против всех магов. Но знай, Нис, я буду бороться до последнего. Лучше погибнуть вместе, чем жизнь в подвале мага, выкупившего меня. Он посадит меня на цепь и будет приходить только затем, чтобы нацедить моей крови. Или не только для этого…
– Я развеял ваши сомнения? – улыбнулся барон.
Судя по тому, что ответом ему было молчание, гости готовы были приступить к аукциону.
– Понимаю, что какие-то вопросы еще могут возникнуть, но их я обговорю с будущим владельцем товара.
– Как ты ее! – усмехнулся гоблин в маске тролля. – Товар. А знаешь, почему ты продаешь девочку вместо того, чтобы самому собирать золотые яйца?
– Да все просто – возиться не хочу и срочно нужны деньги, – поспешно ответил Чарльз Ви’Рем.
– Деньги тебе нужны, это точно. Мы все это знаем. – В толпе раздались смешки. – А возиться ты не хочешь, потому что даже тебя, подлеца, покусывает совесть. Девчонка так на тебя похожа и еще утром с обожанием смотрела на драгоценного папулю.
– Чушь! – процедил барон. – Давайте уже начинать аукцион, вижу, вы заждались!
Он с высоты подиума оглядел присутствующих.
– Начальная ставка – пять золотых. Минимальный шаг – пять золотых. Поднятый палец означает, что вы подняли ставку. Итак, приступаем!
Первым палец поднял Моор Камр, но следом за ним потянулись руки остальных гостей.
– Франч, пятнадцать золотых… Раз… Глум, двадцать… Раз, два… Риордан, двадцать пять. Моор Камр, тридцать.
Я стояла ни жива ни мертва. Барон, мой отец, человек, кому я была обязана появлением на свет, продавал меня с молотка. А гости торговались, азартно перебивали цену. Большинство этих магов когда-то оканчивали Академию Кристалл. Как же они могли стать такими бессердечными? Неужели богатство действительно развращает душу?
Ставка поднялась до пятисот монет. Многие гости уже выбыли из гонки, но с азартом вертели головами, глядя на тех, кто продолжил борьбу.
И вот наступил момент, когда Моор Камр в очередной раз поднял палец, а его ставку никто не перебил.
– Моор Камр, шестьсот сорок монет. Раз, два…
Орк довольно улыбнулся, собираясь праздновать победу.
– Семьсот! – раздался негромкий, но четкий голос.
Я посмотрела и вздрогнула – это оказался Амер Ви’Грин, который до сих пор не участвовал в аукционе, просто стоял, сложив руки на груди, будто происходящее его не слишком интересовало.