Бьерн. Том 3 (СИ)

— У тебя тут так много стволов, что для них это дорога в один конец.
— Кто знает, что они смогут придумать, — пожал плечами бывший охотник.
— Ничего такого, с чем не смогут справиться две тысячи винтовок.
На этом мы распрощались, и я с отрядом охраны выдвинулся в Бродно. Сейчас на дорогах почти безопасно, жаль лишь то, что до города мне почти семьсот километров. Систему перекладных благородные так и не создали. Оно не особо сложно, но слишком высока децентрализация управления. Не существовало достаточно сильной и обеспеченной деньгами системы, чтобы содержать сеть конюшен.
Первый день я сосредоточенно отбивал задницу о седло, переночевали в селе, а ближе к полудню следующих суток плюнул и велел охране:
— Возвращайтесь обратно, не хочу время терять!
— И даже я? — поинтересовался Аяз.
— По поводу тебя… Подойди.
Я снял латную перчатку, настраиваясь на скверну, и когда он выполнил приказ, положил ему руку на плечо. Выдохнув, потянул заразу из его тела.
Немного сопротивления, но, в итоге, его защита рухнула, и я вытянул почти весь его резерв.
Он постоял с закрытыми глазами, отступил и тихо произнёс:
— Легко-то как стало.
— Доставите мои вещи в лагерь, — рыкнул я, снимая латы.
Оставил на себе штаны, рубаху, кошелёк, флягу, револьвер и тесак, который разместил на спине, чтобы не мешался на бегу. Затянутое тьмой тело дрожало от поглощённой силы, туманящей разум и стремящейся высвободиться действием.
Не став сдерживаться, выстрелил собой с места, сразу набирая огромную скорость. Мои пробежки уже совсем не то, что раньше. Скверна поддерживает каждую клеточку тела, укрепляя многократно связки и мышцы. Да и не первично мясо больше в моём движении.
Как же жаль, что не умел так раньше и калечил организм каждым подобным забегом. С другой стороны, тогда я бы и не пережил выжигание скверны из тела. И не было бы у меня будущего наследника или наследницы.
Босые ноги вгрызались в грязь дороги, и я взмыл в воздух, пропуская под собой несколько телег с сопровождением. По краю сознания пробежала мысль, что больше так делать не следует, могут с перепугу открыть огонь. Это сейчас я вылетел из-за поворота, как пуля, они просто ничего не успели понять.
Я пробежался ещё десяток минут и, сбросив скорость, пошёл пешком. Передохнув, выпил воды и опять сорвался на бег. Разогнался так, что уже к вечеру подходил к Озёрной, собираясь отдохнуть. Хорошо хоть стражники на воротах меня узнали, так что проблем не возникло, и я спокойно остановился в той же комнате, где провёл больше месяца.
Утром, хорошо поев и выспавшись, побежал дальше, не замечая отдельные километры. А к закату солнца уже аккуратно обнимал Элеонору, стараясь не тревожить далеко не маленький живот.
— Маги говорят — будет двойня! — счастливо улыбнулась принцесса, отпуская меня и осторожно опускаясь в своё обложенное подушками кресло. После, с прищуром поинтересовалась: — Зачем ты тут так неожиданно?
— Я вообще в горы собирался, но не мог не заскочить тебя проведать, — уселся я за стол напротив. — Мы осадили столицу, нам нужно новое оружие, иначе мы город не возьмём.
— А зачем брать? — нахмурилась она. — Не проще осадить и уморить голодом? В Вышгороде почти готовы корабли с пушками, они смогут заблокировать морскую торговлю и рыбную ловлю.
Я задумчиво опёрся подбородком на кулак, смотря в окно. Так-то она права, но если они реально начнут голодать, то благородные могут и на штурм пойти. Мы можем и не удержаться, ведь под стенами у меня всего пять тысяч человек. Остальные по-прежнему рассредоточены по всей стране, а в горах до сих пор продолжается война.
Со временем высвободится больше сил, изготовят больше оружия. Но в данный момент только так. По-хорошему, аристократам стоило бы пытаться отбиться, но пока они не доведены до отчаяния, чтобы идти в самоубийственную атаку с огромными жертвами. Да и перебьют они наши силы под стенами, а дальше что?
Конечно, наберут трофеев, в том числе и наших винтовок. Но ружьё — не меч, к нему патроны нужны. Поддержки среди населения у них нет никакой, будут прогрызаться через каждое село и гибнуть в засадах. А там я соберу ещё сил, и мы опять не загоним их в город. Тот же результат, что и сейчас, просто они потеряют несколько десятков тысяч воинов. Именно это и высказал внимательно слушающей меня принцессе.
 
— Тогда зачем они заперлись в столице? Не лучше бежать на континент?
— Все, кто мог, и бежит, но кораблей не хватает. Да и кто их там ждёт? Ты не хуже меня знаешь, что отношение к островным «благородным» не очень хорошее. Только если бежать обратно на второй континент, привыкать к жизни в степях исторической родины, — хмыкнул я.
— У них нет возможности уплыть так далеко. Перевезти десятки тысяч человек — не пиратствовать на ближайших торговых путях. Я читала донесения, островитяне уже в ближайших портах главенствуют. Их там слишком много, и корабли постоянно привозят новых.
— Но, если мы начнём и эти корабли топить, то шансов совсем не останется, кроме как идти в последний бой, чтобы умереть со славой, забрав с собой как можно больше врагов. Пусть вывозят женщин и детей на континент. За время осады вывезут ещё несколько тысяч человек, мы не будем сильно препятствовать.
— Они обязательно попробуют вернуться. Рано или поздно, подкопив сил. Эти твари не забудут и не простят, — вздохнула девушка, положив ладошки на живот. Поёрзала, устраиваясь удобнее, и добавила: — Чем больше их умрёт сейчас, тем проще будет потом нашим детям.
Я потёр переносицу, прикидывая, как оно способно повернуться, и хмыкнул:
— Эля, как думаешь, что в первую очередь станут делать «высшие» на континенте, обладая огнестрельным оружием и огромной армией, вкусившей горечи поражения?
— Начнут отбирать себе земли, конечно, — улыбнулась девушка, поняв, к чему я клоню. — И в первое время вполне успешно.
— Только континентальные королевства обладают немаленькими ресурсами. И наделать пушек смогут не меньше. Не удивлюсь, если там алхимики уже подбирают свой состав пороха и пытаются лить пушки.
Они нахмурилась, намотав локон волос на палец, и с некоторой тревогой спросила:
— А ведь королевства континента могут и нам потом проблем доставить.
— Могут. И более того, я никогда не спрашивал, но, всё же: кто и зачем убил твоего отца?
— Я не знаю, Бьёрн. Оно выгодно большей части континента. Каждый правящий род любого королевства знает, что противник всегда может выставить принца или принцессу нашей семьи и будет иметь права на престол. И даже не точно, что это Аллария. Я много думала: не факт, что тот отряд гвардии был послан, чтобы меня добить. Хотя могли и наши убрать, наконец, из системы постоянный фактор неопределённости.
— И как они отреагируют на то, что ты обосновалась здесь?
— Наплевать. Пусть приходят, твари! Всех уничтожим! Кровью умоются!
Каждое слово, наполненное искренней ненавистью, она прошипела, вцепившись в ручки кресла и покраснев от злости. Принцесса ничего не забыла. Ей ведь лишь дай повод, и она вернётся на материк. И конечно не одна, а с армией, которая сейчас выковывается в боях. Я вздохнул и поинтересовался:
— Что с землёй делать будешь, мстительница ты моя?
— Что? С землёй? — недоумённо переспросила девушка.
— Да, с той, на которой живут крестьяне, что нас с тобой кормят. Ну, знаешь, такая штука, как простой народ, который хочет спокойно жить, растить детей, желательно без войн и катаклизмов?
Она фыркнула, откинулась на спинку, повозилась, поморщилась и положила ноги на стоящую рядом поставку, расслабленно выдохнув:
— Аренда у страны?
— Значит всё-таки не собственность? — поднял я бровь.
— Если ты уверен, что нам действительно понадобится так много территорий под всякие производственные вещи…
— Понадобится.
— Тогда аренда. По крайней мере, на ближайшие полсотни лет. Да и подати так собирать проще. Главное — не стать, как старая империя…