Закогтить феникса (СИ)

Первый страж почему-то успокаивается, а второй, покрутившись, небрежно пропускает мои следы и быстро уходит куда-то вдоль стены. Странно… У хвалёного принца настолько бездарные теневики? В любом случае это проблемы принца. Ему же хуже.
Я выжидаю —  снова тихо.
Рискнув, перебираюсь через стену. Первый охранник даже ухом не повёл. Пфф! Я с трудом удерживаюсь от презрительного фырка. Победное настроение слегка портит вернувшееся ощущение взгляда в спину, но почему я чувствую то, чего быть не может, я потом разберусь. Главное, что я выбралась с добычей.
—  Учитель?! —  подлетает Вей-эр, как только я выхожу из тени.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
—  Передай ЮЖун, что я буду утром.
—  С госпожой? —  уточняет он, имея в виду маму.
—  Пока не знаю.
Трусцой я припускаю по ночным улицам. Просто бежать мало —  нельзя забывать про чужих теневиков, пристально наблюдающих за центром города. Я совершенно не хочу, чтобы в столице заговорили о грязнуле с большим мешком.
В резиденцию Сян я возвращаюсь незадолго до рассвета. Уставшая, вымотанная, я затаскиваю мешок в мамин двор, плотно закрываю ставни и зажигаю бумажный талисман света. ЮЖун сделала несколько как для простых людей —  чтобы не требовалось вливать ци.
Свет вспыхивает яркий. Я до слёз зажмуриваюсь.
Проморгавшись, я вытряхиваю доктора прямо на пол. Талисман сна слетает. Доктор с тихим вскриком просыпается. И без того круглые глаза становятся ещё круглее.
—  Я сплю? —  глуповато спрашивает он.
—  Господин божественный доктор Азиз Йекта?
—  Боюсь, моя божественность преувеличена, —  доктор крутит головой.
У иноземца, обошедшего полмира, должны быть крепкие нервы, верно?
—  Господин божественный доктор, эта девушка, —  я перехожу на высокий стиль и начинаю ссылаться на свой статус, подчёркивая его скромность, —  просит прощения, однако я, —  долго изображать уважение у меня не получается, —  нуждаюсь в вашей помощи. Четвёртый принц не отказал. Моя мама серьёзно больна.
—  Четвёртый принц не отказал?! Да вы похитили меня!
Умный доктор.
Я киваю:
—  Разве принять покровительство Дома Огня, играючи обокравшего принца, не лучше? Ах, не нужно торопиться с ответом. Для начала просто скажите, какие пилюли вы хотите получить. Вы испытали неудобство. Естественно, всё будет компенсировано должным образом.
Доктор поднимается, стягивает с головы колпак, бросает его точнёхонько на бурдюк. Подозреваю, доктор понял, в чём именно я его доставила. Иначе с чего ему окидывать меня тяжёлым взглядом?
Я широко улыбаюсь.
Доктор хмурится, но от работы не отказывается:
—  Дом Огня, юная госпожа? Оригинальный наряд и макияж. Где больная?
Глава 28
Я вежливо провожаю доктора в спальню.
Свет и шум уже разбудили маму:
—  И-эр? —  жалобно спрашивает она.
—  Это ЯоЦинь, мама. Четвёртый принц не отказал. Я привела божественного доктора.
—  А-а?
Пропустив доктора вперёд, я хватаю водный талисман и выбегаю во двор. В мешке вместо платья, измазанная грязью, я готова предстать хоть перед четвёртым принцем. Но не перед мамой —  я ей и так по неосторожности нервы потрепала.
Запрыгнув на сруб колодца, я поднимаю над головой водный талисман и обрушиваю на себя поток воды. Всё равно что бочку на себя опрокинуть. Накопанную из клумбы почву смывает с кожи. Под кваканье мамаши братца я стягиваю с себя грязную мешковину. Я настолько добрая, что бросаю тряпку не вниз, а на землю.
—  Цыц, —  командую я. —  Медитируйте, не отвлекайтесь на ерунду.
—  Господин тебя…
—  Я всего лишь наказала наложницу за неуважение к дочери клана. В чём эта госпожа неправа?
Я испаряю воду с помощью ци.
Сейчас я оденусь и…
Бездна!
Мне опять мерещится взгляд, он щекочет спину, копчик.
Хах, наверное, память о хвосте чешется.
Войдя в переднюю, я быстро натягиваю бельё, платье. Волосы не досохли, но я уже не обращаю внимания, закалываю шпилькой. В моём внешнем виде наверняка полно огрех, но едва ли мама их заметит, так что я спокойна.
 
Я прохожу в спальню и останавливаюсь на пороге. Доктор всё ещё вслушивается в мамин пульс. Его пальцы уверенно лежат на её запястье, а вот мама смущена до предела, свободной рукой вцепилась в край одеяла. Наложнице не позволено касаться чужого мужчины, даже если он лечит. Пульс следует проверять через платок из тончайшего шёлка —  разве не чепуха? Доктор приоткрывает одеяло. Мама ахает, а доктор как ни в чём не бывало перемещает ладонь маме на живот. Она бледнеет, в уголках глаз выступает влага.
—  Мама ты рано собралась оплакивать мужа, он пока ещё жив.
—  Цинь-Цинь? Если господин узнает…
—  Пусть в поисках справедливости топает к четвёртому принцу, —  предлагаю я. —  Доктор, мама у меня, конечно, красивая, но вам есть, что сказать по делу?
Он задумчиво поглаживает бороду. Жёсткие волоски закручиваются кольцами, и от того мне кажется, что доктор прилепил на подбородок кусок шкуры чёрной овцы.
—  Ядро и меридианы госпожи были повреждены. Болезнь тела —  следствие.
—  Говорите прямо, доктор, не мычите, пожалуйста, —  раздражаюсь я. Что нового он сказал? Разве что про болезнь тела. Я не была уверена в причинах.
—  Цинь-Цинь, ты слишком груба, —  вмешивается мама. —  Твоя речь совсем не женственная. Даже благородные господа, мужчины, будут держаться деликатнее.
Чего-чего?
Я не в настроении спорить, поэтому киваю:
—  Я запомню, —  и переключаюсь на врача. —  Доктор, я всё ещё жду.
—  Юная госпожа, —  мямлит он. —  Я назначу укрепляющие отвары.
До меня доходит, что, возможно, господин Йекта остерегается говорить при маме.
—  Как будто они помогут, —  выдыхает мама.
Она откидывается на подушку и больше не пытается ни прикрыться, ни упрекнуть меня в невоспитанности. Жест потерявшей надежду обречённой.
—  Пользу точно принесут, —  возражаю я.
—  Цинь-Цинь, мне недолго осталось. Господин божественный доктор щадит мои чувства…
—  Не совсем так, госпожа, —  поправляет врач. —  Юная госпожа говорит верно, отвары пойдут вам на пользу, однако для исцеления простых отваров мало. Юная госпожа, ядро и меридианы вашей матушки были частично выпиты.
—  Мама?!
—  Цинь-Цинь, тебе не нужно об этом беспокоиться.
—  Не нужно?! Я не верю, что на тебя напали снаружи, а потом позволили вернуться живой. В клане Сян практикуют поглощение ци разумных?
Становится понятна связь Сян и “Семи ветров”.
—  Цинь-Цинь.
А почему сразу не убили?
— Юная госпожа, вы упоминали пилюли. Если вы сумеете найти пилюли с нужным действием…
— Рецепта пилюль у вас нет?
Сходным образом могут действовать пилюли с совершенно разным составом, различия будут в тонких нюансах, и я бы предпочла доверить выбор врачу. Я привыкла ориентироваться на крепкие духовные структуры, но мама только в начале пути совершенствования. Я боюсь ошибиться.
—  Я не алхимик, юная госпожа. Вы напрасно беспокоитесь, подобного рода пилюли невероятно редки. Получить одну —  уже большая удача.
В том-то и дело, что я могу сделать разные.
—  Если я принесу несколько, вы сможете выбрать?
—  Да, юная госпожа.
—  Цинь-Цинь?
—  Ещё вопрос. Что будет, если я проведу маму через тень? —  по плану мы уходим на рассвете. То есть прямо сейчас. 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—  Цинь-Цинь?!
—  Юная госпожа, до восстановления ядра госпожи близость любых заклинаний может спровоцировать окончательное разрушение энергетических каналов.
Р-р-р.
Опасения оправдались —  тайком не сбежать. Прорываться с боем? Несколько ударов сердца я кручу соблазнительную мысль, но с сожалением отбрасываю. Я не в той форме, чтобы затевать бой с теневиками. Мои ученики тоже пока недостаточно хороши для сражений.