Тараканьи бега (СИ)
С этой группкой всё прошло спокойно. Первого Рилль расстреляла без хлопот, третий, который обогнал замедленного второго, успел выпустить паутину, но я же знал, чего ждать, девушки — тоже, метательный ком я аккуратно принял на щит, Майя не дёрнулась, перерезать связующую нить я тоже успел.
А вот последняя пара подошла одновременно с последним из предыдущей. Тридцать секунд отката ещё не истекли…
«— Десять секунд ещё, господин. Восемь, семь…
… и пауки плюнули паутиной. Три паука. («прядильщик» и два «вязальщика») Два щита. Но тут молодцом показала себя Джимайя Аркенанна:
— Вместе! — выкрикнула она.
И не пытаясь поймать отдельный ком, сдвинула свой щит вплотную с моим. Сделать шаг вперёд-вправо, синхронно с моим вперёд-влево, она тоже не забыла — и мы втроём оказались за двумя щитами.
Переждав тройное попадание, мы раскатились, а Рилль лук не опустила. Очередного тут же и добила.
«— Два, один, ноль!
— Майя, второго! — завопил я, обрубая нить.
И она опять сделала то, что надо: просто откинула щит, и через секунду он улетел, притянутый пауком, но в него же улетел и каст. «Сообразить», что произошло тот не успел, и щит вломился ему в лапу. Ну, не будем забывать, что мой щит не из стали, даже не из дерева — лёгкий он, но секунда-другая, чтоб отпутаться от него у твари ушла.
И Рилль успела всадить в него весь комплект из пяти стрел!
Сдохло, мерзкое насекомое…
«— Господин, пауки — не насекомые, это другой класс, тоже входящий в тип членистоногих…
«— Тьфу, какая умная!
Мерзкий арахнид сдох, не дотянувшись до ближайшей из нас лапами на пару всего метров. Я не пытался никого защитить — отступил за спину Рилль. А вот Майя стояла на шаг впереди от светлой с обнажённым мечом.
«— Хозяин, некрасиво получилось.
«— Господин всё сделал верно. Любой из его мечей паука и не поцарапал бы!
«— Секира нанести урон могла бы…
«— Против твари 7-ого уровня? С нашей силой? Ну, ладно: поцарапать — оцарапала бы… Тольковсё равно!.. Господин, Вам надо срочно показать, что у Вас это была продуманная ретирада, а не паническое отступление!
«— Как ты это предлагаешь показать?
А живые девицы тем временем переглянулись. Одна с красавцем-луком со снаряжённой стрелой, другая с обнажённым красавцем-мечом… И я с щитом из жучиного крыла за их спинами… Мда…
— Девушки, — обратился я к ним и не спеша двинулся к ближнему трупу. — У нас трофеи поровну. Кто-нибудь претендует на паучьи внутренности? У меня имеется «разделка», я сейчас ими займусь. Потренируюсь заодно.
Рилль выразительно поморщилась и право ответа уступила Майе. И та не удержалась:
— Кишки? Бери их все себе! Лут, если выпал — поровну, а всё остальное — твоё.
Тут светлая бровки разгладила, притворно вздохнула и проворковала:
— А я, пожалуй, не откажусь. А ты мне из хелицер пару кинжалов сделаешь? Они будут ядовитыми? Тебе Катли в этом подсобит? Ради этого можно в её капище вернуться. И… Ты надеешься, что паутинные железы ещё живые, да? А сможешь… э-э… их паутиномёты активировать? — я кивнул: — Значит, три тебе, три мне.
— Но с вон того, — показал я на самого первого, — всё моё.
— Согласна.
— Э! — изумилась тёмная: — Так это вы меня облапошили?!
— Торговец! — засмеялась светлая: — Ты у себя, наверное, богатеем был!
Глава 8. Пауки. Дебют
8. Пауки. Дебют
Я занялся разделкой. Девицы ещё раз кинули на пальцах, и светлая принялась за костёр и чай, а тёмная подошла ко мне. И не хмурилась, не гримасничала, не вздыхала. Советовать чего-то пытаться или комментировать — тоже не стала, вообще молчала, только смотрела.
Она не обиделась?
«— Тёмная, господин. У них это нормальная манера поведения. С детства. Постоянно стараться взять друг над другом вверх, как-то переиграть, в чём-то превозмочь. Обижаться — не спортивно.
«— Что ж тогда она так просто попалась?
«— Новичок-хомо и светлая — не ожидала.
«— От слова “совсем”, хозяин! — хихикнула рыжая.
Реакцию дроу проявила, только когда я выгреб из внутренностей блекленький камень — что-то вроде обкатанного волнами кварца. «Паучий страз» — пояснила мне серая подсказка. А девушка аж дёрнулась. Всего таких из всех пауков я выгреб три штуки.
Когда кончил с предпоследним, рядом с мигающей звёздочкой вспыхнула другая. Мигнула три раза — погасла. Новое сообщение системы?
«— Разделан девятыйвид существ, господин. Наверняка к Разделке единичку кинули.
«— Хозяин, а давай посмотрим!
У девиц на виду? Не хочу.
«— Да они не заметят!
Не хочу.
На последнего ушло чуть ли вдвое времени меньше, чем на первого!
К костру мы подошли вместе. На огне — чайник. Из графских каких-нибудь запасов? — вычурная форма просто кричала о древности… Да и рогульки, на которых лежала перекладинка не абы что — витая ковка, похоже? Да и сама перекладинка — такая же… И на чайнике знакомый дубовый листочек, ну, почти дубовый.
— Вода руки обмыть есть? — спросил я.
— Полить? — предложила Рилль.
А скажу “да”, кипятком она в мне в морду не плеснёт?!
«— Нет, — тонко поулыбалась Чи-сан. — Господин, похоже, она вас к тёмной приревновала.
— Ты так добра, — со всей возможной нейтральностью согласился я.
Она поднялась, чуть в стороне стоял котелок попроще, подошла к нему, подняла.
«— А мне что-то жутко, хозяин…
Ничего, фильмов про сказочное средневековье все у нас насмотрелись. А моя актриса со мною ещё и в своём театре наигралась! Я подошёл к высокородной эльфийке, взглянул на её каменное лицо и опустился перед нею на одно колено. И вытянул руки лодочкой.
Она выдохнула и плеснула воды. Чуть-чуть, прямо в ладони, тёплую. Кажется, пронесло. Руки от паучатины я отмыл.
А потом выставил из рюкзака трофеи.
— О! — встретила она паучий страз.
— Что это?
— Алхимики с руками оторвут. Из них накопители маны делают. Каждый — от пятнадцати до двадцати тысяч единиц. В зависимости от качества. Для сильнейших в этой локации магов — почти удвоение запаса.
Для Майи — ещё восемь молний.
Разыграли. Лишний — самый крупный, со жнеца, достался мне. Что ж, значит точно.
— Джимайя Аркенанна, — обратился к дроу я и указал на камень: — Подарок. От чистого сердца.
Объяснять, что, мол, за отличный бой, не стал. Опять же, той же актрисы школа Станиславского. И немного — Немировича-Данченко. Я как-то раз попытался ей подобное сказать, она меня оборвала: «Ты мне — даришь или хочешь за что-то расплатиться?!»
Девицы замерли. Обе.
Тёмная встала.
— Следующий раз, при таком обращении, не забудь поклониться. Поклон вежливости в тридцать градусов будет приемлемым. Сверг, я с чистым сердцем принимаю твой дар!
Она опустилась в лёгкий реверанс, впорхнула и подхватила камень. На светлую даже мельком не взглянула.
Дальше был чай. У раскладного столика стояли два раскладных стульчика, а на нём самом — две легкие, почти прозрачные чашки с выделенными только рельефом дубовыми листочками. Тёмная без слов вынула свой стул и свою чашку — чёрную, по которой словно молния расползлась золотая нить. Села.
— Я бы предложила всем разлить, но боюсь, твой чайничек лопнет в моих руках, а в его?
Рилль отвечать не стала. Молча разлила чай. Тёмная потянулась к чашке.
«— Господин, приглядитесь!
К чашке?
«— Потом и к чашке…
Да, если б меня не предупредили, я б внимания не обратил: прежде, чем свою чашку поднять и поднести к губам, Джимайя Аркенанна лёгким движением пальцев, унизанных кольцами, обвела её периметр.
«— Проверила на отраву, — тут же пояснила Чи-сан.
А как же невозможность здесь повредить игроку?
«— Это не к Таурэтариэлль сейчас недоверие — въевшаяся привычка.
Пригляделся я и к чашке — тёмная на тёмном фоне выпуклость была бы совсем незаметна, но контур её был обведен тёмно-синей линией, от которой отходили совсем крохотные штришки — колючки изображают? — и моему Восприятию хватило. Чертополох какой-нибудь?