Дневник плохого парня (ЛП)

Закрыв тяжелый занавес, я сажусь за стол и опускаю голову на руки. Уитни сразу же оказывается рядом со мной, положив руку мне на спину.
― Саттон, мне очень жаль. Не могу поверить, что проговорилась об этом.
― Это должно было когда-нибудь всплыть, ― я вздыхаю и поворачиваюсь к ней. ― Мне давно нужно было ему все рассказать. ― Достаю телефон из сумочки и начинаю набирать текстовое сообщение, когда из-за занавеса появляется папа. Он не садится, а расхаживает по великолепно отполированному паркетному полу в маленьком помещении.
Наконец, он останавливается и смотрит на меня, уперев руки в бока.
― Не хочешь объяснить, что происходит? Я только что пообещал этому мужчине VIP-билеты на первую игру «Stee's» в этом сезоне, чтобы он не выдвигал обвинений против Роарка.
Почему он платит тому, кто напал на меня?
― Папа, он...
― О чем, черт возьми, ты думала, Саттон? Во-первых, мужчина на восемь лет старше тебя.
― Папа...
Он поднимает руку.
― Во-вторых, он мой агент. Он занимается очень важной частью моего бизнеса, зачем ты связалась с человеком, который играет такую важную роль в моей жизни?
Пытаюсь не заострять внимание на его высказывании, слезы наполняют мои глаза.
― И в-третьих, хоть я и уважаю его методы ведения бизнеса, его личная жизнь ― не то, что я когда-либо желал для своей дочери, и ты должна была это знать. И сегодняшний вечер, к сожалению, доказывает, что он не изменится. Он и недели не протянет без драки. Я знаю его очень давно и видел много синяков на его лице, кто в здравом уме подумает, что встречаться с ним ― хорошая идея? Он бунтарь, Саттон, всегда будет эгоистом. ― Отец обхватил обеими руками свой затылок и потянул вперед, его руки напряжены. ― Господи, о чем, черт возьми, ты думала?
О чем я думала? Я думала и все еще думаю, что есть прекрасный сломленный человек, в которого я влюбилась, и ничего не могла сделать, чтобы остановить это. Ничто не заставит меня изменить мнение о человеке, которого люблю.
Я выросла на ранчо, пока мой отец был в Нью-Йорке, играл в футбол из года в год, в основном меня воспитывали бабушка и дедушка, но мне всегда говорили, чтобы я слушалась папу, несмотря на то, что он не мог быть рядом со мной. Я все принимала близко к сердцу, потому что в межсезонье он был рядом. Возможно, он был нетрадиционным отцом в силу своего рабочего графика, но я никогда не перечила ему, потому что даже по телефону он мог устроить мне разнос, который я запомнила бы на всю жизнь.
Но в этот момент, когда мой отец ведет себя настолько несправедливо, я решаю противостоять ему, готовая... впервые в жизни... поставить его на место.
Сдерживая слезы, изо всех сил стараясь не поддаваться эмоциям, я спрашиваю:
― Что ты всегда говорил мне о реакции, папа? ― Он смотрит мне в глаза, но ничего не говорит, поэтому я продолжаю: ― Ты постоянно говорил мне, что прежде чем реагировать, мне нужно собрать все факты. Ну, пришло время тебе узнать факты.
Успокаиваясь, выпрямляюсь и жестом указываю на стул рядом с собой.
― Присаживайся, папа. ― Жду несколько секунд, пока он решает, что делать. В конце концов, он показывает, что является благоразумным человеком и отодвигает стул. Усаживается на деревянное сиденье, опираясь руками в стол. Его рост сам по себе пугает, а глаза делают все это более очевидным... они всегда... он недоволен. Я планирую это изменить.
― Мы с Роарком начали встречаться чуть больше месяца назад. ― У него отвисла челюсть. ― Мы этого не планировали. Честно говоря, я презирала его, когда впервые встретила, но со временем в наших отношениях что-то изменилось, мы стали ценить друг друга, думаю, то же самое у тебя произошло с Уитни.
Он бросает взгляд на Уитни, которая кладет свою руку на мою, поощряя меня продолжать.
― Я не ожидала, что влюблюсь в него, но влюбилась, и очень рада этому, потому что он делает меня счастливой, папа. Он любит меня, я знаю, что любит, заботится, поддерживает, защищает...
― Защищает тебя? Он ввязался в драку... дважды в твоем присутствии.
 
― Папа, человек, которому ты заплатил сегодня, напал на меня, лапал...
― Что? ― Взрывается папа, вставая со стула.
― Роарк защищал меня, ― добавляю я и не даю папе устроить еще одну сцену. ― Не стоит беспокоиться. Тебе нужно выслушать меня насчет Роарка. Он хороший человек. В отличие от того мерзавца...
― Что. Он. С. Тобой. Сделал?
Я делаю глубокий вдох. Едва сдерживаюсь от того, что произошло с Роарком, от ощущения рук Джона на мне...
― Все началось в баре. Он утверждал, что я не хочу, чтобы Роарк был рядом со мной, что было далеко от истины. Ты вошел в ресторан, и я попросила Роарка держать дистанцию. Джон воспринял это так, словно я не хочу иметь ничего общего с Роарком, и набросился. Роарк выслушал оскорбления от этого человека, проглотил свою гордость, наблюдая, как я веду светскую беседу, но так и не предпринял никаких действий. Он был спокоен и сдержан, хотя я точно знаю, что он хотел бы называть меня своей, но не мог. ― Я опустила голову от стыда. ― Он не мог, потому что я запретила ему это делать. Я не была готова рассказать тебе, потому что не хотела такой реакции, какая была у тебя, когда ты узнал. Я хотела сохранить наши отношения как можно дольше.
― Ты должна была рассказать мне, Саттон. Я бы понял.
Я качаю головой.
― Очевидно, что нет, папа.
― Он избивал человека, что я должен был подумать?
― Ты ушел, прежде чем разобрался.
В разочаровании он проводит рукой по лицу.
― Потому что... я был застигнут врасплох.
― Твои отношения с Уитни стали для меня неожиданностью, но я повела себя как взрослый человек и радовалась за тебя. А когда ты оставил нас после того, как узнал, тогда Джон затащил меня в коридор и попытался воспользоваться положением. Роарк нашел меня и сказал Джону отойти. Когда он этого не сделал, да, он оттащил его.
― Он дотронулся до тебя...
― Да. ― Меня трясет. Не хочу думать об этом. ― Роарк любит меня, папа, так что представь, что он почувствовал, увидев это. Попроси видеозаписи у ресторана, если не веришь. Уверена, там все зафиксировано. Он защищал меня, папа, а ты обращался с ним, словно с чудовищем.
― Бл*дь, ― бормочет он, прижимая ладонь к ладони и медленно двигая ими вперед-назад. ― Почему ты ничего не сказала?
― Я пыталась, но ты не позволил. Я не хотела все оставить как есть, чтобы ты и дальше заблуждался. Он хороший человек, папа. Он может быть груб и принимал плохие решения в прошлом, но он хороший человек, и ты должен гордиться тем, что он есть в моей жизни... в твоей жизни.
Откинувшись назад, он глубоко вдохнул и уставился в потолок.
― Черт. И все то, что я ему наговорил, Саттон. Боже, прости меня. Почему он не рассказал мне о ваших отношениях? До сегодняшнего вечера, я замечал, что он меняется.
― Он хотел поговорить с тобой. С самого начала. Я попросила его подождать. Я была не права, папа, это не вина Роарка.
Я была не права.
Папа смотрит на меня и склоняет голову набок.
― И ты любишь его?
Киваю не задумываясь.
― Я люблю его, папа.
― Он хорошо к тебе относится?
― Да.
― И ты счастлива?
Я улыбаюсь.
― Счастлива как никогда. Он дразнит меня, испытывает мое терпение, злит, но все это показывает, насколько мы совместимы. И он хотел только одного, чтобы я была рядом. Он хочет быть со мной, держать за руку и обнимать. Вот и все. ― Я делаю паузу и перевожу дыхание. ― С ним я чувствую себя особенной, пап.
Любимой.
Обожаемой.
Желаемой.
Он медленно кивает и кладет руки на колени.
― Нам нужно его найти.
Слеза скатывается по моей щеке, я протягиваю руки и крепко обнимаю его. Опустив голову к моему уху, он шепчет:
― Прости меня, Саттон. Если ты счастлива ― я тоже счастлив. И ты права насчет Роарка. Мне жаль, что я позволил невежеству ослепить себя.
― Все хорошо, папа. ― Я откидываюсь назад и глажу его по щеке. ― Ты не можешь всегда быть идеальным.